После эпилога

– Такая сексуальная… – признаюсь и поворачиваю её полностью к себе.
– Я же в муке, – хихикает.
– Ты во всём сексуальная, детка, – улыбаюсь сорвано и сжимаю её щеки.
Целую. В губы. И возле них.
Везде бы мне её целовать. Член в джинсах дёргается, оглашая не учебную тревогу. Больше нет. Всё по-настоящему.
И от этой мысли я схожу с ума. Отменяю эвакуацию. Подсаживаю девушку на столешницу. Сладкой попкой прямо в тесто. Аня пищит от удивления, а я рычу и стягиваю свитер. Мука снова поднимается в воздухе и окутывает нас как туман.
– Ты всё испортил, – такое милое осуждение.
– Исправлю, – обещаю и нависаю над ней.
– Ты умеешь готовить? – уточняет с недоверием.
Ох, детка…
– Да, – отвечаю быстро. Зарываюсь пальцами в её густые волосы и немного оттягиваю, чтобы целовать её шею. Чтобы вдыхать свой запах на её коже. – Мой друг шеф-повар ресторана в Баку. Немного научил меня всякому…
– Ого… – выдыхает соблазнительница.
И я ловлю её выдох. Поцелуем.
Аня не успевает дышать. Её пальцы с такой страстью скользят по моему телу, что я почти чувствую как они клеймят меня. Я бы хотел, чтобы так было.
Блять, Лука. Ты как яхта, потерявшая парус, где-то в водах Антарктики. Теперь только по течению плыть… до столкновения с ближайшим айсбергом. Но я справлюсь с управлением, потому что это мой континент. Я открыл его, мне и якорь бросать. Совсем не страшно, наоборот, давно я не ощущал себя так…
Захватнически, как сказала Аня. И возможно, даже никогда.
Я понял, что до встречи с этой девушкой не сталкивался с подобным сопротивлением. Я либо не был особо заинтересован в человеке, либо мы оба были заинтересованы друг в друге. Я не знал какие сражения могут устроить мои собственные желания, вопреки преградам судьбы и характеру этой малышки… Вот это меня и захватило. Нас двоих.
– Лука… – шепчет сквозь поцелуй. – Лу-ука, подожди…
Ну вот. Об этом я.
Отрываюсь от её распухших от постоянных поцелуев губ и прижимаюсь лбом.
– Я просто… Я хотела спросить насчёт папы, – смущённо объясняет. – Прости, просто я думаю об этом…
– Детка, – ухмыляюсь, поглаживая её ногу выше колена. – Всё хорошо, я же сказал.
– А папа, что сказал? – тихо интересуется.
– Что отрежет мне яйца, если я завтра не привезу тебя, – улыбаюсь.
– Что? Прям так и сказал??! – в ужасе девушка отрывается от меня. Глаза широко распахнуты.
– Более корректно, но посыл был такой, – играюсь с кончиком футболки. Она такая лишняя. Чёрт…
– Лука! – выдыхает. – Конечно, мой папа не мог так грубить, он у меня…
– Отличный отец, – перебиваю её.
И это правда. Мы нормально поговорили. Всё, что он сказал более, чем уместно в сложившейся ситуации.
– Но то, что ты предполагаешь, он и вправду может сделать… – задумчиво отвечает девушка. – Наверное. То есть я ещё так не пропадала…
И это мне тоже нравится. То, что так много всего у неё впервые со мной. Я бы предпочёл, чтобы у неё вообще не было воспоминаний о других мужчинах. Возможно, она права и это моя восточная кровь даёт о себе знать. Что ж, она её пробудила, ей её и усмирять…
– Волнуешься за меня? – шепчу Ане на ушко с интересом, упираясь ладонями в муку.
– Ну… – кусает губу. – Думаю, твои яйца нам ещё пригодятся…
Что?
Я хохочу, а она смущается. Ох, детка…
– Определённо, – обещаю.
Выравниваюсь и резко закидываю её длинные ножки себе на бёдра. Девушка тут же сплетает их вокруг меня. А я осторожно тяну её футболку вверх. Мой взгляд пытливый, но движения уверенные. Я вижу, что девушке неловко, но это мимолётное. Ты не захочешь закрываться от меня после того, что я сделаю с тобой…
И Аня чувствует это. Она готова преодолеть свои страхи. Идёт ко мне навстречу, помогает снять футболку. Мы избавляемся от ненужной вещи и мне требуется… секунда, чтобы ощутить самый каменный стояк в своей жизни. Он даже болезненный, настолько взывающий… к ней. Надеюсь, что она слышит его молитвы и, в конце концов, пощадит бедолашного. Потому что Аня…
…непостижимо красивая.
Её грудь покрылась мурашками, которые столпились вокруг маленьких острых сосков. Таких возбуждённых, что я теряю дар речи. Её плечи инстинктивно поддаются вперёд, чтобы прикрыться, но я опережаю любые страхи и подхватываю девушку на руки. Она охает, а я приподнимаю её, чтобы лизнуть острый сосок языком и почувствовать как вибрирует от этого хрупкое тело девушки.
И она делает это. Откликается.
Выгибается и запускает запачканные пальцы мне в волосы. Плевать, даже если мы будем полностью в муке.
– Лу-ука, это та-ак…
– Ска-ажи, – хриплю, прежде чем снова облизать её сосок. – Ка-ак тебе?
Я прохожусь кончиком носа по её груди и тихо вздыхаю. Бле-ать. Дрожащие поцелуи покрывают её грудь, следуя за дорожкой оставленной от моего дыхания.
– Хо-орошо… о-очень… – стонет в ответ. – У тебя хо-орошо получается…
Я ухмыляюсь и опускаю её обратно на столешницу. Наклоняю настолько низко, что могу целовать её слегка запачканную от муки талию. И я целую, сжимая мягко налитую грудь. Она идеально помещается в моей большой ладони. Тяну зубами за её чёрные трусики, оттягиваю и отпускаю с рыком. Девушка охает, а её коленки подрагивают. Су-ука, я её съем.
Резко выравниваюсь с самым одержимым взглядом на свете. Притягиваю малышку к себе, размазывая муку на её щеках. Ловлю миндальный взгляд затянутый пеленой похоти. Накрываю её губы очередным требовательным поцелуем и невольно толкаюсь стояком сквозь штаны в неё. Когда она чувствует его, раскрывается ещё больше для меня…
Да. Да-а, продолжай, Ань.
В каждом нашем движении ни одного сомнения. В каждом желании безмолвное обещание. В каждом стоне подписанный пакт о продолжении.
Но она бы не была собой, если бы всё было так просто, да?
– Лука… – её ноготки мягко впиваются в мою испачканную грудь. – Я хочу спросить…– задыхается. – Есть вопрос…
– Куда же без них, – улыбаюсь, продолжая зацеловывать каждый сантиметр её тела.
– Лука…
Выдыхаю. Конечно, я знаю, что должен отстраниться. Хорошо, чтобы там ни было…
– Какой вопрос, детка?
– То, что ты сделал… сорвался с поезда, – объясняет она с пылающими глазами. – Это многое значит для меня, – заверяет. – Но я должна знать… что будет дальше, – добавляет тихо и с опаской. – Тебе же всё равно придётся улететь, верно? Что мы будем делать, Лука?
И с надеждой. Теперь это так звучит. Она ищет надежду в моих обещаниях….