На грани вызова

– Я не в… твоем доме.
Не знаю, почему я это сказала. Я вообще не хотела говорить. Но слова сами по себе сорвались с губ.
– Это вызов? – удивленно вскинулись тонкие брови.
Вызов? Какой еще вызов? Логики я не поняла.
И снова мое подсознание среагировало до того, как я определилась:
– Ты сказал, что его не примешь.
Совсем краткий миг молчания, и уверенное:
– Ты уже не в моем доме.
Э-э-э… И что? Как это связано? И вообще, чего это он так улыбается?!
– И я его принимаю, – продолжил Ньевор, приседая, чтобы оказаться со мной на одном уровне.
Окончательно прекратив попытки хоть что-то понять, я пожала плечами. Вернее, нервно передернула, то ли от холода, то ли от озноба. Только сейчас заметила, насколько сильно замерзла.
Увидел это и рарк.
– А ну-ка…
Подавшись вперед, он с легкостью взвалил меня на плечо и без видимых усилий поднялся на ноги. Поза оказалась не самой удобной – я чувствовала его кости, упирающиеся мне в живот, – но сил спорить и требовать поставить меня обратно не было.
К счастью, и терпеть пришлось недолго. Дальше своей квартиры нести меня Ньевор не собирался. А когда опустил…
Наверное, мой визг в этот момент точно переполошил соседей, а рарка оглушил. Последнему досталась не только звуковая атака, но еще и водный душ. И причина была простая до банальности – холодными ногами встать в горячую воду! Немудрено, что я выпрыгнуть попыталась. И Ньевора обрызгала.
То есть он опять разозлится?
На этой мысли я замерла, непроизвольно вцепившись в плечи удерживающего меня рарка. Вот только ожидаемой реакции не последовало. Совсем иная.
– Потерпи, – спокойно приказал он. – Это только ощущения. Вода едва теплая. Сейчас привыкнешь.
«Прав, прав», – билась в мозгу судорожная мысль, в такт толчкам крови и жгучим иглам, принявшимся терзать тело.
И все равно я не выдержала, тихонько заскулила, когда руки мужчины надавили, заставив полностью опуститься в углубление в полу ванной комнаты, постоянно заполненное водой, обновляющейся после каждой «помывки». Она действительно всегда была теплой, а увеличить или уменьшить ее температуру можно было регулятором на стене.
– Грейся, я сейчас приду.
Отсутствовал он долго. То есть «сейчас» растянулось… ну, наверное, на полчаса. Возможно, больше. А может, это было субъективное ощущение?
В любом случае за это время я действительно согрелась и даже сделала воду чуточку горячее. Задумалась было насчет одежды – Ньевор ведь меня прямо в ночнушке купаться отправил, – но решила ее не снимать. Не хватало еще смущать рарка. И самой краснеть со стыда.
Конечно, в мокрой тонкой тряпочке, облепляющей тело, я тоже не выгляжу особенно целомудренно. Но все же это лучше, чем ничего.
Вместе с теплом в организм вернулась энергия. Уже и спать не так хотелось, и мозг наконец проявил сообразительность, прагматично сопоставив мой невнятный лепет, ответы рарка и все то, что я успела об этой расе узнать. В общем, как ни крути, а выходило, что я действительно ухитрилась бросить вызов Ньевору. А он его принял, потому что его же собственное прежнее заявление, что я не имею права что-либо требовать, утратило силу, когда он меня выгнал. Осталось понять, какими рарк увидел условия нашего с ним пари, раз обрадовался и так кардинально изменил свое поведение. Я вроде ничего детального не просила.
Теперь мне не хватало двух вещей. Окончательного ответа и… еды! Я ведь так и не поужинала. Вопрос с одеждой, конечно, тоже стоял, но не так остро. В конце концов, можно завернуться в полотенце…
Последнее не понадобилось. Вернувшийся Ньевор держал в руках пакет, сквозь который просвечивала ткань приятного синего цвета.
– Сама справишься? – поинтересовался и, едва я кивнула, тут же исчез, оставив пакет на тумбочке.
Сгорая от любопытства, я стягивала мокрую ночнушку, вытиралась и сушила волосы, вскрывала упаковку… Одеждой оказался теплый длинный халатик с поясом, а мои домашние тапочки ждали меня в коридоре за занавеской. Так что босиком идти мне не пришлось. Зато пришлось остановиться, делая выбор – куда именно направиться.
– Завтракать! – развеял мои сомнения строгий голос, доносящийся с кухни.
Вошла я с опаской. Может, в голове у этого рарка что-то и щелкнуло, сместив акцент поведения с агрессии на доброжелательность, но откуда я знаю, на какой срок сохранится эффект?
– Пришоединяйша, Дея.
Жующий Ньевор дернул головой в сторону свободного стула, перед которым на столе стоял стакан с соком и полная тарелка, и продолжил ковырять ложкой свой завтрак. В итоге его он съел раньше, и потому доедала я уже под пристальным взглядом маленьких черных глаз, отслеживающих каждое мое движение.
– Ну и что нам с тобой теперь делать? – неожиданно сокрушенно вздохнул рарк.
Я подавилась. Пока откашливалась, пила сок, вытирала выступившие на глазах слезы, Ньевор терпеливо ждал. А когда я выдавила потрясенное: «Нам?», растянул губы в вымученной улыбке.
– Ты же хотела равных прав на одной территории.
Э-э-э… То есть тогда, на балконе, мой ответ: «Я не в твоем доме» на его: «Ты здесь» означал заявление, что вне своей квартиры он мне не указ? А потому я могу сидеть где хочу? И он решил, что я вернусь обратно, ну или он меня вернет, только на условиях равенства?
– Разве равноправие между нами возможно? – не нашла ничего лучше, чем спросить. И тут же пожалела, потому что Ньевор нахмурился.
– Ты снова бросаешь мне вызов? Дея, притормози. Первый я принял без ответных условий, понимая, что сам виноват, погорячился. Второй обойдется тебе дороже.
Упс… Я зажала рот рукой и вторую приложила для надежности. С этим рарком лучше вообще молчать, раз он любой вопрос как сомнение в его возможностях воспринимает. С другой стороны, я сама сглупила, не подумала, что «равные права на территории» – это очень узкая степень свободы, а вот «равноправие» наверняка рассматривается в самом широком смысле.
– Так что же нам делать? – повторил Ньевор, но я лишь крепче прижала руки ко рту и помотала головой.
Ну нет, больше я ничего не скажу, целее буду.
– Ладно, извини, – рарк болезненно скривился и запустил пятерню в волосы, окончательно разворошив челку. Посмотрел на меня из-под руки и признал: – Понял я, понял, что ты меня не провоцировала. Просто по дурости ляпнула. Теперь буду это учитывать. Говори, не бойся.
Пришлось поверить. И рискнуть. Потому что, если бы я поступила иначе, он бы наверняка еще что-нибудь себе напридумывал.
– Может, просто жить? – осторожно предложила. – Пусть все идет само собой. Ты будешь работать, я дома… – запнулась, вспомнив рассыпанные гранулы и скандал. Но все же договорила: – За порядком следить.