Паранормы. Контрольный вирус в голову
* * *
Деревня Чужиновка в отличие от сотен других умерших по всей России деревень благополучно дожила до двадцатых годов двадцать первого века. Правда, её население сократилось в шесть раз, с шести тысяч до тысячи жителей, что повлекло за собой и рост числа заброшенных домов.
Никаких предприятий, в том числе по выращиванию сельскохозяйственной продукции, на территории района не было, кроме разве что подстанции и узла компрессорной газовой перекачки, и сельчане, кто мог, работали в основном в Ярославле либо в других поселениях губернии. Поэтому фермерское хозяйство Гавриловых резко контрастировало с типично сельским образом бытия при отсутствии у жителей желания работать. Лишь с полсотни усадеб кормились со своих хозяйств, кое-как содержа животину – коров, коз и свиней, да сажая картофель, остальные мучились при почти полном отсутствии средств к существованию, что вело и накоплению ненависти у «люмпенпролетариев» к «буржуям», которыми неожиданно стали Гавриловы.
Глава семьи заново отстроил дом, поставил небольшую ферму для коров, сараи для птицы и засадил два гектара овощами. Помидоры он выращивал в теплицах, которых насчитывалось десять. И всё это теперь постепенно приходило в упадок, потому что продать выращенное Гавриловы не могли.
К тому же, как выяснилось после разговора с родственником, жена местного царька – главы администрации Октябрьского района, известная как «бизнес-леди Мценского уезда», вознамерилась купить хозяйство у Гавриловых за гроши, что только усугубляло положение фермера. Чиновники ни капли не стеснялись того, что отжали его бизнес, и делали всё, что хотели.
Всю историю борьбы за выживание Нестор выслушал от хозяина усадьбы вместе с другом Стасом Ревенко, который присоединился к нему утром в последний момент перед отъездом в деревню. Выяснилось, что его экраноплан поставили на модернизацию, и пилот остался не у дел.
Сидели втроём на веранде с видом на реку и на лес на другом берегу. В воздухе витали запахи прели и сена. Издали доносились звуки мирной сельской жизни: мычание коров, петушиные крики, лай собак.
Облака разошлись, и впервые за весь ноябрь на небе засияло солнышко.
Хозяйка, статная женщина пятидесяти лет, хлопотала на кухне, готовя завтрак. Мужчины разговаривали.
– Я вас понял, дядя Костя, – сказал Нестор. – От кого, по-вашему, зависит решение вопроса покупки фермы и вообще всей этой кампании?
– Придирчиво я не оценивал, но, конечно, старший в той стае – глава администрации, Виктор Борисович Усик.
Стас рассмеялся.
Гаврилов посмотрел на него с понимающей усмешкой.
– Вот именно.
– А его жена? – не стал поддерживать шутливый тон Нестор.
– Стерва! – вырвалось у Константина Васильевича. Он виновато поёжился, крупный, большеголовый, с льняными волосами и усами соломенного цвета. – Извините. Вполне возможно, что она и заворачивает всем.
– Где мне их можно найти?
– В правлении, – ответил Гаврилов. – Глава постоянно там. А вот его жену найти труднее. Бизнесом она никаким не занимается, просто муж записал все свои активы на неё, и госпожа Усик разъезжает по городу, либо отдыхает в Москве. Чаще всего она посещает салон красоты в Ярославле.
– Хорошо, ею мы займёмся позже. У тебя есть фотография босса?
Константин Васильевич наморщил лоб.
– Не хватало ещё его фотографию в красный угол дома повесить. Хотя подожди.
Он вышел с веранды и вернулся с толстым глянцевым журналом, на обложке которого красовалось название «Ярославский гламур».
– О нём тут статья с перечислением заслуг, напечатали к пятидесятилетию. Есть и фото.
Нестор и Стас с любопытством полюбовались на фото главы администрации Октябрьского района. Ракурс фотограф выбрал удачный, и Усик выглядел мужественным патриотом если и не страны, то Кремля, так как носил точно такой же костюм, что и президент. Во взгляде управленца читалась безграничная уверенность в своих силах.
– Молодой, – сказал Стас. – Далеко пойдёт.
– Кадровый резерв президента, – криво улыбнулся Гаврилов.
– А кто у армян главный?
– Есть тут один, в соседней Киреевке обитает, все его князем кличут. Тигран Ирбисович Мирзоян, типа заготовитель. Появился два года назад, перетащил своих родных, создал банду, и теперь у него чуть ли не табор. Хотели даже обложить данью грибников и ягодников, да прокуратура вмешалась. А потом подмяли под себя местных продавцов и никого из производителей в город не пускают. До мордобоя доходило. Но у них и в полиции связи.
– Обычная картина, – хмыкнул Стас.
– Для кого-то, может, и обычная, только люди бегут из села. И если так пойдёт и дальше, кто останется на земле?
– А вы куда хотите переехать?
Гаврилов посмотрел на пилота исподлобья.
– К брату поеду, Фёдору, он в Северном живёт, там вроде полегче ситуация.
– Уже договорились? Вас ждут?
– Брат ждёт.
Стас засмеялся.
Собеседники вопросительно посмотрели на него.
– Вспомнил изречение актёра боевиков Стэтхема, помните фильмы «Перевозчик»? Он сказал: если тебе не рады в рваных носках, то и в целых идти туда не стоит.
Гаврилов улыбнулся.
– В рваных я не хожу, но думаю, что Фёдор будет рад. Другое дело, переезд – дело нелёгкое.
– Подождите переезжать, – сказал Нестор. – Может, всё устаканится. Мне надо сделать три визита: в администрацию, к армянам и туда, где можно встретить жену Усика.
Константин Васильевич с недоверием посмотрел на племянника.
– Что ты хочешь сделать?
– Ничего криминального, – сказал Нестор. – Я даже разговаривать с ними не буду, только посмотрю издали.
– Евлампий говорил, что ты… – Гаврилов смущённо поёрзад на лавке, – типа экстрасенс.
– Никому ни слова, дядь Кость, даже не намекай, что я был у тебя.
– Да я что, просто переживаю. Буду нем как рыба.
Посидев ещё несколько минут, Нестор толкнул Стаса в плечо.
– Поехали.
– Прямо так и поедете? – удивился фермер.
– А как надо?
– Ну, я думал… тебе надо подготовиться…
– Он всегда готов встретиться с подлецами, – развеселился Стас.
– Я позвоню, – пообещал Нестор, направляясь к машине.
Пожали друг другу руки.
Нестор включил навигатор, и машина выехала со двора усадьбы, провожаемая взглядами Константина Васильевича и его жены.
* * *
Кирпичное здание администрации Октябрьского района Ярославской области располагалось в селе Зыряновка, в десяти километрах от Чужиновки. Оно было двухэтажное, с колоннадой (выпендрился архитектор, проектируя корпус правления уже нынешних времён) и большим российским флагом на козырьке входа. Стоянка машин у здания была хорошо обустроена, заполнена наполовину, и Нестор легко поставил «реношку» между «Ладой Спорт» и жёлтым автобусом.