Начало пути (СИ)
— А он симпатичный…Очень даже…– Подруга Лины окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы и обратно, с головы до ног.
— Вообще-то, если вы обе не в курсе, говорить о человеке в третьем лице, когда он стоит рядом — некрасиво. — Я тоже нагло уставился на эту Варю. Правда, с моей стороны такое поведение было ответкой на ее откровенность.
— Не обращай внимания. У девчонок в голове — розовые единороги и радужные пони. Не надо ждать от них разумного поведения. Я — Николай. — Один из парней протянул руку, которую пришлось пожать. Игнор выглядел бы с моей стороны хамством. Тем более, в отличие от Романовской, мне как раз надо подружиться со всей богатенькой шушерой.
— Владислав. Для друзей — просто Влад. — Второй пацан тоже поздоровался стандартным мужским способом.
— Ой, молчали бы…Единороги…– Варя усмехнулась, продолжая пялиться на меня. — Можно подумать у вас там в голове — тридцать два Эйнштейна на одну мозговую клетку.
— В общем, это — мой троюродный брат, как вы поняли. — Снова вмешалась в разговор Романовская. — Антон или Тони. Ему больше нравится второй вариант. Типа, звучит не столь провинциально, как выглядит его лицо. Он теперь учится в нашем классе. Не могу сказать, что меня это радует, но, как говорится, родственников не выбирают.
Я посмотрел на девчонку. Интересно, она просто хорошо играет хреновое отношение к фальшивому брату или пользуется возможностью, дабы лишний раз показать настоящие эмоции, направленные в мою сторону. Все-таки думаю, больше всего ее злит, что игрушка оказалась самостоятельной личностью, с характером, мыслями и желаниями. Даже несмотря на откровенный шантаж ее папаши. А по сути, поведение Ликвидатора шантаж и есть. Либо я выполняю все его указания и помогаю заполучить абсолютную власть, либо сдохну. Девчонка, наверное, была уверена, в свете подобных обстоятельств я буду полностью ей подчиняться.
— Что у нас? Какие дела? Я вчера была немного занята. — Ангелина мой взгляд проигнорировала.
Будто не заметила недовольства. Ну, ладно. Подождем. Хотя «Тони» бесит меня еще сильнее, чем новое лицо. Тони, блин… Тони, Бобби, хреноби… Дебильные собачьи клички.
— Да ничего особо. Кстати, я — Варвара Лопухина. Для тебя, красавчик, могу быть Лопушком. Такое позволяется очень немногим. Цени́. — Подруга Романовской игриво улыбнулась, а потом тоже протянула руку.
Я внутренне напрягся. Лопухины — владельцы одной из Корпораций. Это, выходит, дочь бенефициара. Так, что ли? Почему Романовская не упомянула столь важную деталь? Лопухиной не было в списке тех учеников, на которых мне надо обратить внимание.
А список, естественно, вручили первым делом после того, как замена личности прошла успешно. Впервые, между прочим, использовал психометаболизм в присутствии посторонних. Несколько дискомфортно, надо признать. Особенно, если учесть, что Романовский с огромным интересом наблюдал за тем, как я это делаю. Буквально изучал каждое малейшее движение, не отрывая глаз.
— Любопытно… Ты представляешь себе нужный образ, как костюм. Да? А потом просто надеваешь его на себя. Ну, что ж… Оригинально. Думаю, конкретно в данном случае продолжай делать так же. На смену лица у тебя ушло несколько минут. Мощно…– Полковник покачал головой, видимо, недоумевая. Мне даже показалось, в его глазах отдаленно мелькнуло восхищение.
— А правильно нужно делать по-другому? — Я замер напротив зеркала, рассматривая симпатичного блондина в отражении. Мы переместились с веранды в спальню, именно для того, чтоб заняться непосредственно делом.
— «Правильный» способ занимает гораздо больше времени. Он тебе не нужен. Да и потом… Как правильно, никто не знает. Есть общие принципы, выработанные малочисленным опытом. Псионики открывают в себе способности в возрасте от шести-семи лет и до шестнадцати. Ты ведь знаешь. Раньше некоторые ухитрялись прятаться от Орбого отдела достаточно долго. Самый длительный период… Ммм… Около двадцати лет исполнилось парню. Да… В последние годы такого уже не случалось. Я хорошо делаю свою работу. Так вот… Мало времени у псиоников, чтоб создать какую-то единую систему управления способностями. К тому же, поверь, у тебя выходит гораздо эффективнее, что лишний раз подтверждает мою правоту. Ты — удивительно талантлив.
После этих слов Романовский протянул мне планшет, чтоб я изучил имена и фото будущих «друзей».
Первым шел Никита Шереметев. Сын владельца «Рубина». Корпорация, которая занимается добычей, обработкой, а так же продажей драгоценных металлов и камней. Вот он, кстати, выглядел не очень свойственно для своего положения. Может, конечно, в жизни у пацана нереальная харизма, черт его знает, но на фото я увидел самого настоящего задрота. Лицо симпатичное, а при этом какое-то простоватое. С конопушками, рассыпанными по щекам, и широкими светлыми бровями. Такими же светлыми, как растрёпанные волосы, падающие ему на глаза. Взгляд у Шереметова был слишком тяжелый для шестнадцатилетнего пацана, хмурый. И еще — огромные уши. Уши у него были просто огромнейшие. Я бы с тоски удавился при таких ушах. Они привлекали внимание больше всего остального.
Второй в списке — Макс Бутурлин. Корпорация «Лотос». Тут все как положено. Морда лощеная, держит себя уверенно. Снимок сделали, когда он садился в тачку. В очень дорогую тачку, конечно же. Пацан в этот момент оглянулся на девчонку, проходящую мимо. В его глазах даже на фото можно было рассмотреть тень собственного гипертрофированного самолюбия.
Третий — Илья Головин. Корпорация «Источник». В их руках сущая мелочь –вода. Всего лишь водичка. Казалось бы, это ведь не драгоценности, не вся косметическая промышленность и производство хозяйственно-бытовых принадлежностей. Но тем не менее, именно «Источник» стоит на втором месте после «Светлого пути». Потому что без золота, крема от морщин и зубной пасты люди могут жить, а без воды –нет.
И последний, четвертый человек — Анна Морозова. Непосредственно — тот самый «Светлый путь». Девка удивила меня сильнее остальных. У нее было абсолютно неприметное лицо, широкий, немного приплюснутый нос, высокие скулы, узкие губы и серые, никакие, глаза. Вообще невыразительная особа. Просто — бесцветная картинка. Волосы, какого-то мышиного цвета, собраны в хвост. Взгляд — холодный, равнодушный. Как у змеи. Никаких эмоций. Вообще.
— Почему ты задержался на ней? — Спросил вдруг Ликвидатор.
Полковник наблюдал, как я рассматриваю наследников. Стоял возле окна, опираясь о подоконник и наклонив голову к плечу. Он будто пытался прислушаться к моим мыслям. Хотя, конечно, это невозможно. Могу сказать точно, без телепатии, Романовский не псионик. Грешным делом, несколько минут в моей голове имелась даже такая мысль. Ровно до того момента, когда он на веранде заговорил о своем плане.
Дело в том, что я, например, имея способности, никогда не задумывался об абсолютной власти. Тогда как Ликвидатору нужно именно это. И дело даже не в моем возрасте. Хотя, даже наоборот. Несмотря на мой возраст. Как раз в этот период в башку какая только чушь не лезет. Настя однажды спросила:
— Борь, а представь, кем бы ты мог быть, если бы начал жить в полную силу. Эх… Я бы, наверное, не удержалась. Я бы, наверное, как тряхнула всю Империю. Представляешь? Ведь если так задуматься, с тобой достаточно сложно будет сладить, когда ты выпустишь на волю все, что сидит внутри… Вспомни ту грозу. Случайную грозу… А если действовать целенаправленно…
Моя подруга покачала головой, уставившись вдаль туманным взглядом. Но тут же взяла себя в руки. Посмотрела на меня строго, а потом добавила:
— Так делать нельзя. Понял? Это я чисто теоретически предположила.
То есть, даже Настя, с ее природной, настоящей, не испорченной нашей сраной жизнью добротой, нет-нет, а представляла возможности псионика, примеряла их на себя. Я же — никогда не думал ни о чем подобном. Это сложно объяснить, но мне реально не интересна вся подобная ерунда. Вообще. Ни Империя, ни власть, ни хрен его знает, что еще.