Частный дознаватель (СИ)

— И не подумаю. — услышал я голос Марианны, вставшей с кровати.
Девушка пошла в сторону выхода. В это время мне пришлось лезть к ампуле под кроватью, спрятанной на самый поганый случай. Я перестраховался. Как всегда.
В комнату ворвались люди в масках. Они оттащили меня от кровати, не дав допить ампулу, и скинули около камина, после чего сняли маски.
— Помнишь, сволочь?
Я присмотрелся к молодому парню с гневливым взглядом, но не узнал его. Я видел много разгневанных лиц, и увижу ещё столько же: когда противоядие подействует, всем людям в комнате придётся вызывать врача.
— Ну конечно! — вскрикнула Марианна и пролезла между будущими врагами народа. — Куда великому дознавателю помнить имена своих первых жертв. — девушка достала что-то из-за спины. — А так помнишь, мразь?
Я взглянул на алый платок с белыми лилиями. Чей же это герб…
— Мой отец, — начал говорить злобный юноша, сжимая кулаки. — Мой отец был твоим другом, а ты что сделал? Отдал его своей конторе не за хер собачий?
Я наконец вспомнил, о ком шла речь — Вардон Дэйт, мой первый клиент. Я должен был войти к нему в доверие и выведать, как он занимается контрабандой через горы. Его повесили на месячную годовщину нашего знакомства. У него остались дети… мальчик и девочка.
— Вижу, что вспомнил! — парнишка рванул ко мне с кастетом, но я уже давно был наготове, поэтому, когда от его кулака до моего лица оставалось не больше пары сантиметров, я резко пригнул голову и зарядил уроду локтем в кадык.
— Ты же парализован, дрянь! — завопили товарищи Дэйта младшего, но было уже поздно: противник сменил траекторию и свалился около камина, а я достал из-за голенища его сапога охотничий нож.
— Джек, нет!.. — Марианна кинулась к брату, которому я мгновением позже перерезал горло. Кровь из него хлестала, как вода из ручья. — Нет… Нет!!!
Девушка упала на колени и зарыдала. Такой она мне больше не нравилась.
— Ребята, обходи его!
Оставшаяся троица окружила меня и прижала к камину. Я успел встать и взяться за кочергу.
«Понять, когда неопытный противник будет бить, весьма просто: сначала дёрнется его нога, а только потом оружие.» — следуя этой простой тактике, я ещё никогда не проигрывал, вот и сейчас она меня не подвела: нога преступника, находящегося справа от меня, подозрительно дёрнулась, и в следующий момент он сам кинулся на меня с полуторным мечом. Одна беда — его пузо уже напоролось на мою кочергу.
Мальчишка вскрикнул и повалился на стенку, я же прихватил его меч и, поставив блок подбежавшему юнцу, вспорол его брюхо ножом. Третий смертник в страхе ожидал своей участи…
— Тхх… — я опустил взгляд на свою грудь. В ней торчал арбалетный болт.
— Получи, мразь! — Марианна безумно загоготала. — Получи! — арбалет был трёхзарядным, так что ещё две стрелки ворвались в мою грудную клетку с противным тупым звуком.
Моё сердце проткнули насквозь…
  
Глава 2
 
Первое правило божественного кодекса: не вмешиваться в естественный порядок вещей. Второе правило божественного кодекса — наплюй на правила.
За круглым столом на двенадцать персон не хватало целой половины божественного состава. Было довольно скучно, поэтому богиня красоты постоянно смотрелась в декоративное зеркальце и поправляла золотистые волосы. По легенде, если обмотаться этими дивными прядями, то можно научиться летать…
 
— Скучно. — бог войны раздражённо забарабанил пальцами по столу, и на какой-то дальней планете началось землетрясение, сдвинувшее литосферные плиты.
— Крон, перестань. — богиня мудрости осуждающе посмотрела на раскрасневшегося толстячка. Мужчина ответил ей воздушным поцелуем.
— Вы как всегда: в своём репертуаре. — хмыкнул бог морей и облил свою заросшую водорослями физиономию водой из чарки. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить среднюю продолжительность жизни на планете Тируан, так чего тянем? У меня скоро массаж, а позже я вообще уплываю в отпуск…
— Не бухти, Мирсин, не то где-то опять шторм начнётся. — богиня мудрости устало вздохнула, и на какой-то планете родился очередной философ.
— А я и не бухчу! — старик влепил по столу, да так, что какая-то из планет лишилась материка. — Ой, извиняюсь… это ведь пустая была, да? Хе-хе…
Двери божественного зала резко открылись, и в проём вошел молодой высокий мужчина. Лучи солнца с удовольствием ложились на его прекрасные чёрные волосы и так льнули к нему, как кошки к забору.
Только красавчик ступил на порог, как двери автоматически закрылись, чуть не захватив с собой его белую тогу.
— Никогда не понимал, зачем их тут поставили! — новый гость пригрозил волшебным дверям кулаком.
Помещение, в котором находились боги, имело форму круга, а стеной ему служили лишь тонкие колонны, за которыми виднелись кустистые облачка. Никто так и не понял, зачем такому месту нужны ворота.
— Ты про двери? — бог царства мёртвых свернул некролог, снял квадратные очки и, изобразив задумчивый вид, ответил: — Думаю, для солидности! Только представь, — мужчина превратился в клубы дума и за секунду добрался до своего коллеги по божественному цеху. — Ты крутой парень, святые девчонки лежат у твоих ног, живность поёт дифирамбы… и тут! — шутник обхватил потускневшего бога солнца за плечи. — Нету дверей. Уважение к тебе, прямо скажем, сразу пропадает, ведь если нету двери, значит, тебе их никто и не открывает, а это, мой дорогой друг, показатель низкого происхождения.
— Какая-то ерунда. Я не понял ничего. — сказал красавец и скинул с своего плеча проклятую руку бога смерти.
— Да я, в общем-то, тоже. — умник развёл плечами и достал из закромов длинной мантии гнилое яблоко. — Будешь?
— Нет уж, спасибо. — бог солнца отвернулся от своего мертвецки бледного коллеги и направился к любимому креслу, чтобы поскорее уткнуться в прогноз погоды.
— И чего все отказываются… — бог смерти надкусил яблочко и размеренно зашагал к своему креслу, надеясь выплюнуть горстку праха где-нибудь по дороге.
Время шло, а хозяин небес так и не объявился. Даже не прислал записки с извинениями. Все знали, что он предпочитал обществу своих коллег глупую парочку нимф или кентавра, которого можно обставить в карты, но даже эти знатоки не ожидали, что наглец не явится на самолично созванное собрание.
— Скучно. — бог войны снял помятый генеральский шлем и аккуратно поставил его на стол, предварительно смахнув с поверхности пыль. — Ни одной хорошей войны, всё какая-то мелочь. Хоть бы где-то миллиончик схлестнулся…
И тут вояка не выдержал: щёки его свирепо надулись, мощная грудная клетка расширилась, как парус под ветром, а из волосатых ноздрей пошёл горячий, обжигающий кожу пар.
— Мало им места! Места им мало! — своим криком мужчина испугал уснувшую на подлокотнике богиню мудрости. — Да я в своё время бился с целой сотней в казарме пять на пять и не возникал!!! — разъярённый громила вспыхнул, как сигнальный факел.
Повелитель тентаклей знал, что если не разобраться с проблемой сейчас, то вскоре им вновь придётся заказывать у божественного бюро новый стул, поэтому он нелегко встал и облил вспыльчивого коллегу из шланга.
Бог войны, конечно, покричал ради приличия, но вскоре смирно потух, и его лысая макушка по обыкновению превратилась в мирно догорающие угольки. С носа главного холерика пантеона ещё долго капала морская вода.