Лето длиною в жизнь (СИ)
— Идем! — я схватила ее за руку и потащила между столиков, отчаянно пританцовывая, подскакивая от нарастающего, искрившегося всеми цветами возбуждения. Мы протиснулись между танцующих почти в самую середину танцпола, нашли себе пространство и буквально отдались музыке, ее темпу, ритму, басам, становясь с ней единым целым. Музыка ложилась мурашками по всему телу, заставляя его двигаться с собой то быстро, то замедляясь, активные движения переходили в тягучие и плавные и наоборот, это заводило, захлестывало, опустошало и не оставляло в теле ничего, кроме ее величества музыки.
За первым коктейлем последовал второй, потом третий, и в какой-то момент я ощутила себя абсолютно счастливой и такой свободной, в полной эйфории и гармонии с самой собой. Я наткнулась глазами на Николь, которая сидела на перилах, ограждавших танцплощадку от бара, и отчаянно махала мне рукой, призывая подойти. Рядом с ней находился какой-то высокий парень в белой рубашке. Она постучала его по плечу, нагнулась к уху и что-то сказала, а потом указала пальцем в мою сторону, громко хохоча. Парень обернулся, его взгляд пробежался по толпе и безошибочно остановился на мне. Я моргнула пару раз, пока мой рот сам собой расплывался в радостной улыбке. Этим парнем оказался мой знакомый, которого я встретила на пляже в прошлую поездку сюда — Джерман. Он откинул челку назад, проведя рукой по волосам, и улыбнулся мне. А я стала протискиваться через толпу на эту ослепительную улыбку.
— Эмили! — воскликнул он, когда я, наконец, добралась до него и Николь, и крепко обнял меня. — Вот это сюрприз! Я не поверил глазам, когда увидел здесь твою подругу Николь, думал, что ошибся, но она первая позвала меня.
— Ну, я же говорила, что у нас будут съемки в июле. — ответила я.
— Я помню, — кивнул Джерман. — но ведь еще и не июль! Я ждал тебя не раньше следующих выходных.
— Ждал?! — удивленно вскинула я бровь.
— Конечно! Не часто встретишь живых сценаристов! — засмеялся он. — Пойдёмте, у нас там местечко на ступенях есть. — он кивнул куда-то неопределенно в сторону, подхватывая меня под руку. Николь спрыгнула с перил, показывая всем свои видом готовность идти, а ведь в первую встречу поглядывала на Джермана не очень одобрительно. Или это был Дерек, кто буравил его взглядом?
Мы спустились на песок, обошли танцплощадку и на противоположной стороне от бара Джерман указал нам место рядом с привлекательным мужчиной лет сорока. У незнакомца были средней длины волнистые волосы, которые красиво обрамляли его худощавое узкое лицо, недельная щетина придавала его виду аристократичности, а задумчивый взгляд притягивал к себе, словно ловя в капкан. На него хотелось смотреть, изучать его черты, переходя от высокого лба к густым бровям, от прямого носа к чувственным губам, от заостренного подбородка к широкой шее.
— Это Майкл, мой двоюродный брат. — представил незнакомца Джерман, выдернув своим голосом из морока. — Эмили, Николь.
— Приятно познакомиться! — тихий голос, без особых эмоций, но именно этим необычным спокойствием он загипнотизировал, заставляя нервы напрячься в натянутую струну. И тут же захотелось, чтобы он продолжил говорить, чтобы слышать этот невероятный тембр! Никогда не думала, что можно влюбиться в голос! Он протянул руку сначала Николь, пожал ее, потом мою. А рука у него оказалась сухая и горячая, пальцы жесткие и сильные, а на подушечках ладони я ощутила даже твердые мозоли. — Давно здесь отдыхаете?
— Только приехали! — ответила Николь. — Но будем долго.
— Майкл, помнишь рассказывал тебе о съемках, что здесь планируют? Ну, дипломный проект? Так вот Эмили его автор! — добавил Джерман и посмотрел на меня с гордостью.
— В нашу молодость таких проектов не было. — улыбнулся он тепло.
— А вы чем занимаетесь? — спросила Николь, ей было невероятно уютно сидеть рядом с этим человеком, который излучал сдержанность и покой.
— Я люблю работать с деревом, создаю разнообразные предметы интерьера, арт-объекты. — ответил Майкл. — Джерман рисует, а я воплощаю то, что он изобразил, с той или иной погрешностью. — он усмехнулся, взглянув на своего родственника.
— Ты художник? — удивленно протянула я.
— Художник, фотограф, — кивнул Джерман и расплылся в своей солнечной улыбке.
— Ну, просто творческий треугольник собрался. — вставила Николь.
— А вы чем занимаетесь? — обратился к ней своим мягким тихим голосом Майкл.
— Я обожаю литературу и историю, изучаю все, что с этим связано.
— А еще она участвует в конкурсах, проводит дополнительные часы для первого курса в нашем университете. — встряла я.
— Подождите, но ведь вы сами еще студентки, если не ошибаюсь. — Майкл внимательно окинул нас взглядом.
— Да, верно! — кивнула я. — Но Николь — уникум! Она такая одна! Ее обожает наш декан, и уверен себе ее заполучить по окончании университета.
— Эмили! — воскликнула смущенно Николь.
— Не стоит смущаться, — улыбнулся Майкл, — это же замечательно, когда вас ценят! А что вы сами хотите?
— Джерман, пойдем потанцуем?! — я вскочила со ступенек, на которых сидела. — Сейчас начнутся философские беседы, я уже чувствую! А мне хочется веселья! Ты со мной?! — я схватила Джермана за руку и потащила через толпу танцпола к бару.
— Пока не решила. — пожала Николь плечами, отвечая на вопрос Майкла. — Возможно, действительно, пойду по направлению преподавания, или займусь научной деятельностью. Недавно я готовила проект для участия в международном конкурсе и мне очень понравилось.
— Что за конкурс?
— «Автор». - ответила Николь.
— Я знаю этот конкурс, очень престижный и известный. Но участвовать в нем могут только дипломированные специалисты, как же вас допустили? — Майкл удивленно посмотрел на девушку.
— Я была не одна. — голос ее дрогнул. — Точнее, это мой преподаватель подавал заявку на участие, а я была его ассистенткой, но он дал мне возможность также выступить.
— Такое поведение заслуживает уважения. Ваш преподаватель в данном случае поступил очень благородно и правильно. Уверен, что у вас появилось много новых знакомств после этого мероприятия. Результаты уже известны?
— Нет, — покачала головой Николь, почувствовав, как сердце сжалось в груди от воспоминаний.
— Желаю вам удачи на хороший результат.
— Спасибо! — кивнула Николь, вздохнув, но все же нашла в себе силы и постаралась улыбнуться. Повисла пауза. Они молча стали смотреть на танцующих и развлекающихся гостей отеля, большую часть которых составляли конечно же молодые люди. И было абсолютно комфортно сидеть рядом с Майклом, касаться его плечом, чувствуя тепло. Не возникало неловкости, что нужно о чем-то обязательно говорить. — Расскажите мне о вашей работе поподробнее.
— Николь, ко мне можно обращаться без формальностей. — проговорил Майкл. — Я не ваш преподаватель.
— Хорошо, тогда к тебе относится тоже правило.
— Договорились. — кивнул он. — У меня своя художественная мастерская загородом. Не люблю город, слишком шумно, слишком суетно и много народу. Мне нравится степенность и лаконичность. Это вот Джерман — друг хаоса и бесконечного драйва. А мне нравится тишина, чтобы подумать, поймать творческую музу.
— Тогда как тебя угораздило попасть на эту вечеринку?! — воскликнула Николь.
— Но иногда мне нужен этот шум вокруг, чтобы еще больше ощутить, насколько тишина прекраснее.
— Ты поэт?
— Немного. — его глаза улыбались искренне и тепло. Николь показалось, что ее окутало дымкой чего-то сказочного, волшебного и недоступного в ее понимании. Этот человек был словно с другой планеты, из другого космоса, из неизвестной вселенной. Совсем другой и от этого невозможно привлекательный и завораживающий своей непохожестью. И рядом с ним она не ощущала его возраста, что он был старше ее вдвое.
— Расскажи, как строится твоя работа. С чего ты начинаешь? — Николь поерзала на месте от нетерпения.
— Когда становится понятен проект, изучен его заказчик, то самое главное — это выбор дерева, которое станет ключевой фигурой, его фактуры, цвета. Пока я не найду дерево, отражающее мою задумку, я даже не начинаю творить. Мне важно почувствовать материал.