Истина внутри кошмара (СИ)
Да, мы совершили преступление, но никто не пострадал от того, что братья взяли немного ресурсов со складов, особенно на фоне того, что приближенные Рэвери итак получали их с избытком. Что плохого в том, что немногим больше досталось той, кто действительно в этом нуждалась? Когда Виз, который был одним из советников, поймал моих близких за кражей, я верила, что наша госпожа поймет ситуацию, пойдет навстречу и простит их, но этого не случилось. Старший из моих братьев был публично казнен, а на остальном семействе навсегда осталось клеймо позора. Стремясь избежать издевок и ухудшившегося отношения со стороны соседей, мы вернулись в старый Рандервиль, обратно в болота, где располагался наш первый дом. Там тоже проходили некоторые работы, а потому мы оставались частью нашего народа, но оказались обособлены от остальных, как изгои.
Так и разрушились все мои мечты, все стремления и вера в величие человека, который сумел изменить наш образ жизни. Восхищение сменилось ненавистью, а за ненавистью последовала жажда мести. Тогда уже ходили слухи о бессмертии нашей госпожи, что и являлось одним из главных залогов ее успеха. Долгое время у меня созревал план. Началось все с попыток покушения, при помощи которых хотелось проверить, действительно ли Рэвери неуязвима? Как оказалось, она способна чувствовать любую боль, как и обычный человек, но просто не могла умереть. Тогда я нацелилась на нечто более уязвимое, а заодно, еще один объект моей ненависти — ее ближайшие советники. Так, я убила сначала Хаарона, а потом и Виза. Лишь Кардель сумел уцелеть.
Меня поймали и посадили в клетку. Однако, я изначально знала, что рано или поздно буду побеждена. Моя цель — сломить Рэвери, заставить ее страдать так, как она сделала это со мной. Но у меня не получилось. Она и правда оказалась сломленной, но нашла в себе силы понять меня. Так, отказавшись от своего титула и всех достижений в Рандервиле, бывшая правительница оставила город, но перед этим освободила меня из клетки и вывела наружу, рассчитывая, что я догоню своих заранее убежавших родственников и попытаюсь найти новое место в жизни.
Мы сумели простить друг друга за всю причиненную боль и страдания, но сейчас я понимаю, что злость по отношению к ней, злость на саму себя до сих пор сидит в моем сердце. Если бы не эта череда событий, все могло бы повернуться иначе, более счастливым для всех финалом.
Я отказалась от возможности продолжать существовать жизнью, которая потеряла для меня всякий смысл, а потому спрыгнула с высокой скалы рядом с моим домом. В знак прощения, я подарила Рэвери ту самую фигурку, которая предназначалась для нее, и не стала обременять бывшую правительницу лишней ответственностью за собственную судьбу. Это мой выбор, моя последовательность решений и мой конец, который я принимаю.
Но теперь, все изменилось. Теперь я знаю намного больше, чем при жизни, и мне известна та самая правда. Рэвери — моя сестра. Мы обе прокляты, она — на долгое, или даже вечное существование, а я — на бесконечные перерождения.
И есть лишь один способ прервать оба проклятья сразу.
7. Обещание из далеких дней — часть 3
— Гильтер, может ли человек родится бессмертным?
Я уже рассказала Визу о том, кем являюсь на самом деле, и кто такая Джирэн. Ситуация удивила его настолько сильно, что буквально заставила забыть о собственных проблемах.
— Нет, — покачал головой Гильтер. — Любое земное существо смертно, и люди не исключение.
— Но ведь мы с Ромалин лично видели при жизни девушку, которая не могла умереть даже со смертельными ранениями!
— Не я отвечаю за то, как устроены те или иные существа в мире живых.
Гильтер лишь отмахнулся, и неизвестно, знает ли он в самом деле ответы на наши вопросы. Джирэн все еще смотрела на меня, словно бы ожидая вердикта в свою сторону, но, скорее всего, ей все равно.
— Я хочу вернуться в мир живых, — сказала я.
— Что? — нахмурился Виз. — Ты ведь совсем недавно рассказывала мне о том, как это плохо.
— Здесь другая ситуация. Тебе и правда стоит пойти дальше, а меня ждет одна и та же судьба в каждой реинкарнации. Именно поэтому я хочу достичь своей цели сейчас, когда знаю всю правду.
— И что же ты собираешься делать?
— Найду Рэвери… и убью ее.
Именно к такому решению я пришла. Единственный способ прервать всю цепочку несчастий для нас обоих — одновременно прервать наши жизни. Никому не придется страдать от своего проклятья, никто не будет ждать, годами сидя у входа в белые сады. Я с уважением отнесусь к собственному обещанию и сделаю то, чего так хотела в самой первой жизни, но сделаю это на своих условиях. Рэвери и правда моя сестра, и, если это единственный выход — придется лично сопроводить ее к сияющей арке.
— Но ведь… ее нельзя убить…
— Я найду способ, ведь любое существо смертное, а значит, и Рэвери тоже. Надо лишь понять, в чем подвох.
— Тебя ждет тяжелый путь, ты уверена, что действительно готова на нечто подобное? — спросил Гильтер, но было понятно, что ответ для него предсказуем.
— Да, я уверена в своем решении.
Виз стоял, разинув рот, неспособный поверить в происходящее.
— Возвращение в реальный мир — куда более сложная задача, нежели простое перерождение.
— Вся моя жизнь — это сплошная трудность, так что я привыкла.
— Будь по-твоему. В таком случае, я задам еще один вопрос. Если ответишь достойно — помогу тебе, но в противном случае твои шансы на успех будут крайне низкими.
— А мне ничего подобного не говорил, — возмутился Виз.
— Я хорошо знаю, как мыслят люди, — усмехнулся Гильтер. — И совершенно очевидно, что ты не готов к возвращению в реальный мир.
Он снова посмотрел на меня. Значит, он уверен в моей готовности? Нет, вряд ли, ведь неспроста Гильтер хочет задать этот вопрос. Вероятно, именно так он и определит, готова я к выбранной дорожке, или мною движут простые эмоции, мимолетное желание сделать так, как того желает сердце.
— Ромалин, предположим, что твоя сестра попадет в белые сады, но что, если она не захочет умирать?
Мои брови удивленно приподнялись вверх.
— Я помню наш разговор перед моей смертью, и сомневаюсь, что она и правда счастлива со своим бессмертием.
— И все же, как ты поступишь, если она окажет сопротивление и не примет твою сторону?
Я глубоко задумалась. Может ли Рэвери в самом деле начать ценить свою жизнь, пусть и такую долгую? А что, если она не примет свою младшую сестру в таком виде? Вполне может оказаться так, что я действительно пожертвую многим, но мое решение окажется неправильным, так станет ли кто-то вроде меня продолжать стоять на своем?
— Мне придется сделать это, независимо от ее решения, — ответила я. — Она родилась человеком, и является человеком, таким же, как и я, а значит, ей давно пора сделать следующий шаг.
— Значит, ты не отнесешься с уважением к мнению сестры, и поступишь так, как считаешь нужной сама?
С моей стороны последовал уверенный кивок. Это единственный способ привнести покой в наши жизни и сдержать собственное обещание. Гильтер высоко поднял руку надо мной, из-за чего я инстинктивно зажмурилась, но после, он повернул ее в сторону одной из скалистых стен. В тот же миг сбоку появилась маленькая расщелина, которая разбила горный склон на две половинки и раздвигала его в разные стороны, тем самым образуя новую тропу, которая ведет наверх.
— Вы приняли свои решения, и я готов счесть всех присутствующих достойными, пусть и глубоко внутри вас все еще таятся сомнения. Идите же, впереди ждет самое сложное испытание, в котором каждому предстоит доказать свою готовность и отстоять правоту.
Он учтиво поклонился, и вернулся на свой трон, предоставив нам долгожданную возможность подняться еще немного выше.
7. Обещание из далеких дней — часть 4
— Джирэн, — я обратилась к своей копии. — Ты можешь что-нибудь рассказать о моих прошлых жизнях?