Большое сердце маленького воина (СИ)

Скрепя сердце, Осви должен был признать; — женщины не такие уж пропащие существа, как он привык о них думать ранее.
Эти мысли его рассердили.
— Нужно действовать прямо сейчас. Возможно, у нас мало времени. Завтра утром поедем на юго-восточные границы, посмотрим всё на месте.
… Гертруда легла спать вместе с дочерью. С момента их встречи они не расставались ни на минуту. Она то прижимала Адель к себе, то нежно касалась рыжих кудряшек, точно не веря; — дочь рядом, это не сон.
В ногах у них уютно свернулся клубочком тихонько урчащий после сытного ужина Люк.
Устав от смеха и слёз после бурной встречи с матерью, девочка быстро заснула.
К Гертруде сон не шёл.
Ей хотелось, как можно скорее, вернуться в Белые Лилии. Каким-то внутренним чутьём она понимала: находиться и дальше рядом с королём Хитрых Лисиц ей не нужно. Почему? Гертруда не знала. Но при виде Осви на сердце поднималась тревога и ещё что-то непонятое, отчего замирало дыхание.
Он совершенно не был похож на мужчин, которые у неё были.
Его голос теплел, когда он говорил с Адель.
Одновременно он мог быть суровым и жёстким, когда речь заходила о делах.
В чём причина, что он не захотел отпускать её? Неужели всерьёз переживает за малознакомую женщину и её ребёнка? Но как такое возможно? Кто они ему?
И не многовато ли мыслей занимает он в её голове? Ей что, больше не о чем подумать перед сном?
… Осви обещал разгромить Артура. Она наконец станет свободной. Не нужно будет притворяться и играть.
С Эдвином их дороги разошлись навсегда.
Война закончится, и они с Адель заживут себе спокойно. Всё у них будет хорошо.
Вот только где, она пока не знала. Но то, что хорошо, — не сомневалась. Хватит с неё страданий и унижений.
У них начнётся другая жизнь. И отец Иосиф им в этом поможет. Он не оставит свою крестницу.
С этими мечтами Гертруда задремала. А, когда проснулась, обнаружила за завтраком, что Осви нигде нет.
— А ваш король? Он не придёт? — не выдержав, спросила у Марии, стараясь от самой себя скрыть внезапное разочарование.
— Его Величество давно позавтракали и отправились на юго-восток, — охотно вступила с ней в диалог служанка.
— Он наказал мне передать вам, чтобы вы не покидали дворец, пока он не вернётся.
— Что, и в саду прогуляться нельзя? — усмехнулась Гертруда.
Уехал, но про неё не забыл.
— Про сад его Величество ничего не говорил, — вопрос гостьи поставил Марию в тупик.
— Думаю, ничего страшного не случится, если мы подышим свежим воздухом. Хочу посмотреть на ваши цветы, они ведь есть в саду?
Она так торопилась вчера встретиться с Адель, что совсем не смотрела по сторонам, и не заметила, есть ли клумбы у стен дворца.
А ещё она хотела повидаться с Бруно и Джеком, но Мария снова её опечалила.
— Ваши друзья уехали вместе с Его Величеством. Я слышала, как они сказали ему, что не могут сидеть без дела. Вот он и позвал их с собой.
В саду к приятному удивлению она обнаружила розовые кусты. Гертруда любила розы. Но ей показалось, что земля под ними суха.
— Где можно взять лейку и воду? — спросила она у Марии.
Теперь удивилась служанка. Неужто эта красотка собирается поливать цветы? Держится, точно королева. И хочет заняться таким некоролевским делом.
Женщины весь день провели в саду. Гертруда со своими помощницами, — Марией и дочерью, возились на клумбах. Поливали, рыхлили, убирали сорняки.
— Садовник захворал, а замену ему не искали, — оправдывалась Мария, любуясь, как ловко расправляются нежные ручки Гертруды с сорной травой.
… За этим занятием их и застал Осви уже вечером.
— Вы справляетесь лучше моего садовника, — не смог не похвалить он Гертруду, не в силах оторвать от неё глаз.
От работы её щёки раскраснелись, пряди волос выбились из строгой причёски. Она не ожидала его увидеть, поднялась с колен. По росту она оказалась значительно ниже короля Хитрых Лисиц, отчего ей пришлось смотреть на него снизу верх. Но в её глазах читался вызов. Они словно предупреждали: я не дам себя в обиду, не подходи ко мне слишком близко.
 
Его это позабавило. Растрёпанная, с перепачканными руками, она стояла перед ним, расправив плечи и не отрывая своих волшебных глаз.
— Предлагаю поужинать и прогуляться к озеру, — миролюбиво предложил он.
Гертруда с остальными пошла за Осви.
Что происходит между ними? И в какой момент это началось? Кажется, оба что-то хотят доказать друг другу. Но что и зачем? Разве она не просто гостья в его дворце? К чему все эти взгляды, усмешки?
Вчера он, разозлившись на её упрямство, в сердцах покинул зал, где шёл ужин. Сегодня приглашает её на прогулку. Как-будто у него других дел нет, как гулять с ней.
Но Адель предложение короля поддержала с радостью.
Ей очень хотелось сделать мамочке сюрприз, о котором та ни за что бы не догадалась. И она его сделает. Маме он должен непременно понравиться.
… Втроём они стояли на мостках.
Осви был совсем близко от Гертруды, Адель чуть в стороне.
— А где же Бруно и Джек? — запоздало удивилась она.
Король улыбнулся.
— Мы возвращались обратно, проезжая мимо пастбища с моими новыми овцами. Вы когда-нибудь видели мериносовых овец?
— Нет, — улыбнулась она в ответ.
— О! Это замечательная порода! Я раздобыл её в Испании. У этих овец шерсть значительно мягче, чем обычная, английская. Так вот, вашим друзьям они приглянулись. Они решили остаться в деревушке, где из разводят. Им стало интересно, как красят и ткут шерсть мои люди. Кажется, Бруно всерьёз решил заняться овцеводством.
— Ваше королевство — лучшее по производству шерсти. Артур тоже мог бы разводить больше овец, добывать шерсть. Вместо этого развязал войну, — сказала Гертруда.
Осви молчал, и его молчание её сердило. Позвал прогуляться, теперь молчит, как рыба. Она решила первой его нарушить.
— Отобрать и разрушить проще, чем учиться и созидать, — ответил Осви.
Про себя он подумал: она не только красива, но и умна. Страшная смесь для мужчин в одной женщине.
— У меня есть очень редкие породы, привезённые с берегов Шотландии, хотите завтра взглянуть на них? — сказал он без тени на хвастовство.
Но Гертруда видела, — король гордится своими овцами. Говорит о них с любовью. Наверно, он действительно увлечён тем, что делает. Оттого его королевство добилось таких успехов. Они заслужены.
… Воспользовавшись тем, что взрослые заняты разговором, Адель торопливо скинула платье. Сейчас она покажет мамочке, как здорово научилась плавать!
— Мам, смотри! — с задорным криком она разбежалась и сиганула мимо взрослых с высоких мостков.
Гертруда интуитивно дёрнулась всем корпусом тела вслед за дочерью. Казалось, ещё миг, и она прыгнет за ней в воду.
Осви не успел додумать: собирается ли прыгать Гертруда на самом деле, или нет; как его крепкие руки уже держали её тонкую талию.
Король не мог знать, что испытывает она в тот момент. Его же самого словно обожгло огнём, и он немедленно отдёрнул руки назад.
— Не стоит, Гертруда, своим страхом вы можете напугать собственную дочь.
— Мам, смотри: я плыву! — весело махала из воды Адель.
Она превосходно держалась на воде, и ужас понемногу стал покидать сердце Гертруды.
— Но как… — сказала она, глядя на дочь.
— Она совсем не умеет плавать…
— Вы уверены? — улыбнулся Осви, старательно отгоняя от себя то странное, что нахлынуло на него, когда он коснулся Гертруды.
Напрасно он позвал их на озеро. Надо было остаться в своём кабинете. Там, среди бумаг, занимаясь работой, он был в безопасности от этой женщины.
Хотя… даже там он помнил о ней. Вспоминал глаза, губы…
Побыстрее бы прибыл враг к их берегам! После битвы он сможет отправить её обратно в Белые Лилии. Будет восстанавливать дела в своём королевстве, отвлечётся от глупых мыслей.
Праздник! Он устроит праздник своему народу по случаю окончания войны.