Сердце Ведьмы

– Я задремала всего на секунду. – Её голос звучал хрипло от долгого молчания. Она подобрала наконец чашу и начала подниматься – но замерла, заметив, кто был их посетителем.
Ведьма придвинулась ближе к Локи и настороженно посмотрела на асинью. Они виделись прежде лишь однажды, и теперь женщина ожидала криков, рыданий, обвинений.
Но встретила лишь спокойное смирение.
Сигюн с трудом поднялась на ноги, не сводя глаз с бывшей соперницы.
Когда она полностью встала, то распрямила плечи и откашлялась, и Ангербода с удивлением поняла, что она по крайней мере на три дюйма выше богини; вторая жена Локи была меньше, чем казалась с другой стороны ручья полтора века назад.
– Ты оказалась права, – наконец сказала Сигюн, – в том, что показала мне той ночью. Мой сыновья… Я пыталась укрыть их, когда Локи исчез, но боги всё равно нашли их, и они… они…
– Я знаю, – ответила колдунья, искоса взглянув на оковы Локи. Хотя они выглядели как железные, ей было известно, что их сотворили с помощью магии из гораздо более жуткого материала. – Мне не следовало говорить тебе того, что наговорила. С моей стороны было неправильно взваливать это знание на твои плечи, и я искренне сожалею о том, что так поступила.
– Я вынудила тебя, – пробормотала богиня, глядя на глиняную миску в своих руках. – Настолько я тогда разозлилась.
– Но это мне следовало понимать, что до добра подобное не доведёт. Я вышла из себя и придумала худший из возможных способов отомстить тебе за сказанное о моих детях. А должна была отступить и всё как следует обдумать…
– Нам обеим не повезло встретиться подобным образом. – Сигюн закрыла глаза. – И в конце концов мы обе лишились детей. Разница в том, что именно из-за меня ты потеряла своих. Я считала, что поступаю правильно, а теперь сожалею.
– Нет, – сказала Ангербода. – Причина не в тебе. В конечном счёте только асы несут ответственность за преступления против наших семей.
Ведьма поняла истинность этих слов, как только произнесла их. Она обвиняла Локи в том, что он предал её и их детей, и он действительно принял несколько бесспорно ужасных решений – но, в конце концов, в случившемся с Ангербодой он был винован не более, чем Сигюн или Гёрд.
Так или иначе она потеряла бы своих детей.
Так или иначе Один получил бы то, чего хотел.
И Локи уже достаточно страдал за это. Как и вся остальная её семья.
Странный звук, что-то среднее между смехом и рыданием, вырвался из горла асиньи, прежде чем она прошептала:
– Отбрось надежду, Сигюн, ибо твои боги в конце концов оставят тебя… Я должна была тебе поверить. Мне следовало отнестись к твоему предупреждению более серьёзно.
– Это было не предупреждение, – печально произнесла Ангербода. – Это была моя месть. У тебя не было причин доверять тому, что я заставила тебя увидеть.
– Но всё же, если бы я смогла предотвратить…
– Это невозможно было предотвратить. Ничего из того, что произошло. Не вини себя.
Сигюн снова уставилась на миску в своих руках. Потом на мёртвую змею на полу. И вдруг она со злостью швырнула чашу об стену пещеры, от чего та разлетелась на миллион осколков.
Локи по-прежнему не приходил в сознание.
– Он даже разговаривать со мной не захотел, – сдавленно вскрикнула асинья. – Не произнёс ни слова с тех пор, как они оставили нас здесь. Знаешь, каково это? Я так его любила. И до сих пор люблю. Я всегда была ему верна. Поддерживала его вплоть до этого самого момента.
– И не получила взамен ничего, кроме горя, – добавила ведьма. – Я могу лишь посочувствовать. Не могу себе представить, через что тебе пришлось пройти. Но в этой пещере тебе больше нечего делать.
– Я останусь рядом до тех пор, пока он будет здесь прикован, – твёрдо произнесла Сигюн.
– Это уже ненадолго.
Сигин уставилась на неё.
– Ты собираешься освободить его?
– Именно, – ответила Ангербода. В глубине души она понимала, что Локи не в том состоянии, чтобы заключать с ней сделки; сначала ей придётся облегчить его страдания, а потом беспокоиться о собственных планах. Но на этот риск она была готова пойти.
– Я уже пыталась, но ничего не вышло. Но если у тебя получится, то не представляю даже, что это будет значить для меня. – Асинья указала на осколки своей чаши, валявшиеся на земле. – Неужели это было моей единственной целью? Что мне теперь делать?
– Не знаю, – ответил ведьма. – Но, может быть, вы двое решите это вместе.
Сигюн потребовалось мгновение, чтобы осознать, к чему та клонит, – и это стало истинным окончанием раздора между ними, – а когда она поняла, то кивнула и протянула Ангербоде руку. После недолгого колебания ведьма тоже протянула свою, и женщины скрепили молчаливый уговор.
– Это последнее, что я должна сделать, – сказала колдунья. – Не думаю, что мы ещё встретимся.
– Так сделай это, – ответила богиня. – И расстанемся друзьями.
Они отпустили друг друга. Сигюн отступила назад, а Ангербода сделала шаг вперёд и опустилась на колени рядом с Локи, поднеся призрачную руку к его лицу. Прохладное прикосновение наконец заставило его пошевелиться. Веки его на мгновение дрогнули, прежде чем открыться, и сердце Ангербоды упало, когда она поняла, что яд ослепил его на один глаз.
Мужчина ошеломлённо уставился на свою бывшую жену.
– Ты всё ещё когда-нибудь сомневаешься, – прошептала она, – было ли правильно с твоей стороны вернуть мне сердце?
До него дошёл смысл её слов, и он прохрипел:
– Никогда.
Ангербода щёлкнула пальцами, и его оковы разорвались. Звук при этом раздался настолько громкий, что даже в тишине пещеры показалось, что эхо от него разнеслось по всем мирам.
Впрочем, так оно и было.
Ведьма знала, что за пределами пещеры теперь разразится хаос. Но в тот самый момент она подхватила Локи на руки, когда он упал, и держала его на коленях, как ребёнка, пока он тяжело дышал и корчился. Его тело не понимало, что делать теперь, когда оно освободилось от неудобной, болезненной позы.
– Что… что ты здесь делаешь? – спросил он между глубокими вдохами.
– Пришла просить тебя передать послание Хель от моего имени в обмен на твою свободу, а потом увидела, в каком ты состоянии… – Её лицо исказилось от горя. – Это ужасно – то, что они сделали с тобой. Хуже, чем я себе представляла.
Как только дыхание Локи выровнялось, он нашёл в себе силы пошутить:
– Как мило с твоей стороны. А мне уж стало казаться, что придётся корчиться от боли целую вечность.
Ангербода пристально посмотрела на него.
– Неужели ты до сих пор не знаешь, что нас ждёт?
Мужчина покачал головой и закрыл глаза.