Сердце Ведьмы

– Ты улыбаешься, – с удивлением отметил он.
На лицо Ангербоды снова вернулось бесстрастное выражение, и она невозмутимо переспросила:
– Уверен?
– Да.
– Странно…
– Хотел бы я вновь вызвать твою улыбку.
– Ну попробуй вызови.
Ангербода через голову стянула платье и отбросила его в сторону, представ перед ним обнажённой – и только длинные волосы завесой падали ей на грудь. Локи неотрывно смотрел на неё и лишь отвёл её локоны в сторону. Он не стал спрашивать о шраме у неё на груди – может, догадался, откуда он, а может, сейчас ему было не до вопросов. Да и вообще не до каких-либо реплик, если уж на то пошло.
– Похоже, ты опять утратил дар речи, о Хитроумный, – сказала ведьма во второй раз за эту ночь, но теперь слова словно застряли у неё в горле, и по её телу пробежала дрожь радостного предвкушения.
Только тогда он, казалось, стряхнул с себя оцепенение и, по-прежнему не отрывая от женщины глаз, стянул с себя брюки и отбросил их в сторону.
– Не думаю, что речь мне ещё потребуется. – Усмехнувшись, Локи посмотрел ей в глаза и снова поцеловал.
– Я дам тебе всё, что понадобится, – решила колдунья в то мгновение. – Ведь ты вернул мне моё сердце.
Никогда прежде Ангербода, на её памяти, не была такой измотанной, но сон так и не пришёл. Всякий раз, как она начинала дремать, её будило либо бешено колотящееся в груди сердце, либо поцелуи Локи где-то на её коже. С рассветом он уже растянулся на кровати, наполовину подмяв свою возлюбленную под себя и посапывая в её волосы.
Огонь почти угас, и сквозь дымоход струился солнечный свет. Колдунья уже готова была вновь задремать, когда раздался громкий стук в дверь, а следом за ним голос Скади:
– Ангербода, ты не спишь? Солнце уже несколько часов как встало!
– Просыпайся, – прошептала ведьма, тормоша Локи.
Он поднял голову, сонно моргая, а затем сполз с кровати и поднялся на ноги, пошатываясь и бормоча что-то себе под нос. Женщина подтолкнула его в сторону кладовой в глубине пещеры и жестом велела скрыться в тени за сундуком и корзинами.
– Это только до тех пор, пока она не уедет. Пожалуйста, я знаю, что это будет для тебя непросто, но постарайся держать рот на замке.
Локи издал возмущённый звук, но послушался.
Скади снова постучала.
– Эй?
– Дай мне минутку! – крикнула Ангербода, подбрасывая хворост в догорающие угли в очаге, чтобы всё выглядело так, будто она спала не дольше, чем обычно.
– Мне надо в туалет, – пожаловался Локи тихим шёпотом из-за сундука.
– Тебе придется потерпеть, пока она не уйдёт, – прошипела в ответ ведьма, закутываясь в одно из одеял и заталкивая их сброшенную одежду под кровать.
Когда она открыла дверь, её встретила не только Скади, но и другая ётунша, державшая корзину с растениями. Ангербода плотнее закуталась в одеяло и невозмутимо подняла подбородок. Она могла лишь догадываться, как выглядит со стороны, – но одно дело, когда лишь подруга лицезреет её в таком виде, и совсем другое – когда кто-то незнакомый.
Охотница, как и всегда, была одета в мужскую тунику и брюки. Поскольку осенняя погода была не по сезону тёплой, она сменила свой обычный меховой кафтан на менее плотную шерстяную одежду, хотя шапка по-прежнему красовалась на ней, как и кожаные охотничьи сапоги с острыми мысками.
– Доброе утро, – произнесла Ангербода.
Скади оглядела её с ног до головы и приподняла бровь.
– Тяжёлая ночка?
– Можно и так сказать, – ответила колдунья и, как ей казалось, небрежно убрала за ухо взъерошенные волосы. – Что вас сюда привело?
– Мы принесли кое-какие ингредиенты для твоих снадобий, – сообщила другая великанша, глядя на хозяйку пещеры с чем-то вроде неодобрения. Она была молода и очень хороша собой, но, судя по всему, не лёгкого нрава.
– Ангербода, познакомься – это моя кузина Гёрд, – представила её Скади. – Она живёт недалеко от гор, их семье принадлежит большой сад, где она выращивает множество различных растений. Её мать – прекрасная ткачиха, а у отца сотни овец. Большинство трав и тканей для тебя я выменяла у её семьи. Так что Гёрд очень хотелось наконец лично познакомиться с тобой.
– Хотя я и перепутала долгий поход с короткой прогулкой, – проворчала ётунша, вытирая пот со лба и приглаживая свои тусклые распущенные волосы. Она была немного ниже Скади и не такая смуглая, но формы её были округлее и мягче, да и одета куда изящнее. Если бы не небольшие следы грязи под ногтями, Ангербода предположила бы, что девушка и дня в своей жизни не работала.
Скади только ухмыльнулась.
– Кузина, это Ангербода, та самая ведьма, о которой я рассказывала.
– Очень приятно, – сказала колдунья.
– Взаимно, – ответила Гёрд, но, казалось, её больше интересует возможность заглянуть через плечо хозяйки пещеры. – Там что, мужчина?
– Не исключено. А может, и женщина, – ответила Ангербода, не сводя взгляда с гостьи. – А в чём, собственно, дело?
– Он муж тебе? – спросила гостья, уставившись на неё в ответ.
– С чего ты взяла, что это «он»? – спокойно поинтересовалась ведьма.
Лицо Скади слегка дёрнулось, но она ничего не произнесла. Гёрд же смущенно продолжила:
– Если ты собираешься возлечь с мужчиной, то должна прежде выйти за него замуж. Но я так поняла, колдунья, что ты не замужем, иначе не жила бы в пещере.
Ангербода посмотрела на Скади.
– А у тебя прелестная компания.
– Она член семьи, – пожала плечами Охотница. – Но ты же знаешь, я готова вести дела с кем угодно.
– По-видимому, даже с ведьмами вольных нравов, – добавила Гёрд.
– Ох, просто отдай ей уже растения, Гёрд. – Скади, вздохнув, потёрла виски, и её кузина с раздражением подчинилась.
Ангербода чинно и неторопливо приняла корзину и прижала её к груди, чтобы одеяло не упало и не обнаружило её наготу.
– Благодарю.
Затем Скади нахмурилась, уставившись на что-то прямо над корзиной, и колдунья неожиданно поняла, что это шрам на её груди привлёк внимание подруги. Она подтянула корзину повыше, чтобы прикрыть его. К счастью, Гёрд ничего не заметила: она была занята тем, что неприязненно оглядывала поляну. В ответ на вопрос в глазах Охотницы Ангербода так же глазами ответила: расскажу позже. Затем хозяйка пригласила женщин в дом перекусить, но обе ётунши отказались и ушли.
Как только она закрыла дверь за визитёрами, то услышала громкий вздох облегчения, сопровождаемый звуком струи, бьющейся о пустой керамический кувшин.
– Дотерпел? – поинтересовалась она в направлении дальнего конца пещеры, поставила корзину с травами на стол и сняла одеяло, бросив его обратно на кровать.