Овсянка, мэм!
Потом, все потом.
Пальцы легли на ее виски. Мрамор был ледяным, так что я озябла, и у меня вдобавок свело ногу, но телесные неудобства почти перестали меня занимать.
Сквозь вату в ушах я услышала гневное восклицание викария:
– Проклятая кровь!
Однако на него тут же зашикали. Леди Присцилла оттащила священника в сторону и принялась негромко отчитывать.
В наши просвещенные времена примесь крови фэйри уже не считается чем-то предосудительным. Даже потомки темных фэйри, оборотни, больше не прячутся. Кое-кто из них теперь в полиции служит. Но в глубинке встречаются еще… ретрограды.
Я поморщилась и зажмурилась. Под моей ладонью чуть слышно бился пульс и дрожала тонкая нить чужой жизни. Что тут у нас?..
Наконец я с облегчением вынырнула из транса.
– Как она? – Инспектор набросил мне на плечи свой пиджак и подал руку.
Я с благодарностью на нее оперлась.
– Ничего страшного, – поморщилась я, растирая ноющую икру. – Небольшой ушиб головы, пара синяков и вывих ступни. Для доктора пара пустяков. Роуз?
Роуз молча сунула склянку под нос беспамятной леди. Та сморщилась, заметалась, замычала протестующе и, наконец, открыла мутные от боли глаза.
– Кто вас столкнул, леди Сибил? – деловито поинтересовался инспектор.
Сверху донесся какой-то сдавленный звук, и все дружно задрали головы.
С третьего, хозяйского этажа на нас таращился Родерик Хьюз в распахнутом халате. Погодите, он ведь должен был ночевать в городе?
– Леди Сибил? – спросил он, откашлявшись. – Что случилось? Что вы тут делаете?
Сама невинность. Однако припухшие губы и помада на шее выдали его с головой.
Ему никто не ответил.
– Кто вас столкнул, леди Сибил? – терпеливо повторил инспектор.
– Н-никто. Я не знаю. Не помню… – Леди Сибил поднесла к виску тонкую руку и закрыла глаза.
– А вам, мистер Хьюз, что-нибудь об этом известно?
В кривой усмешке Родерика скользила нервозность.
– Абсолютно ничего. Надеюсь, вы не думаете, что это я?
– Как знать… – проговорил инспектор задумчиво. – Кстати, мистер Хьюз, что леди Сибил делала в вашей комнате?
Родерик вскинул бровь.
– О чем вы? Я мирно спал в своей постели – в одиночестве, прошу заметить. Ай-ай-ай, инспектор! Ваши подозрения пятнают репутацию леди.
– Идите к себе, мистер Хьюз, – разрешил инспектор рассеянно, зачем-то внимательно изучая ступени. – Я загляну к вам через несколько минут.
Родерик мгновенно скрылся.
Красный от смущения викарий вскричал потрясенно:
– Да ведь она ему в матери годится!
– Когда и кого это останавливало? – заметила Леона Фаулер, изогнув бровь, и вытащила из кармана халата портсигар.
– Я-то думала, леди Сибил охотится на мистера Гилмора… – прокомментировала я вполголоса.
– Она вовремя поняла, что я ей не по зубам, – насмешливо объяснил подошедший сзади мистер Гилмор. – Кстати, мисс Райт, чудное неглиже. Вам очень идет.
Он скользнул взглядом по моему телу, едва прикрытому коротенькой сорочкой и – спасибо инспектору – мужским пиджаком.
Леди Сибил застонала, поднесла руку к бледному челу, пробормотала:
– Я… Кажется, я опять ходила во сне?
Леона фыркнула, крутя в длинных наманикюренных пальцах зажигалку.
– Так себе объяснение. Никто в такое не поверит.
Профессор выступил вперед и рыцарственно предложил:
– Леди Сибил, я донесу вас до кровати.
Должно быть, поправить ей одеяло перед сном он тоже не прочь.
– Спасибо, – ответила она слабым голосом и опустила длинные ресницы.
– Леди лучше не двигать с места до приезда доктора, – тихо возразила Роуз, вспомнив наконец, что ее тоже кое-чему учили. – Я побуду с ней.
Доктор – единственный из гостей, кто ночевать в доме Хьюзов не стал. Сослался на срочные дела и обещал вернуться утром. Поскольку отравить леди ХХХ он никак не мог, инспектор возражать не стал. Выходит, зря.
Полицейский наклонился и поднял с пола дешевенькую заколку. Покрутил в пальцах, позвал негромко:
– Леди Присцилла, не могли бы вы подойти? Взгляните-ка на это.
Застучала трость, и старая дама склонилась над недорогой деревянной заколкой с жемчужиной в центре. Откуда она могла взяться на парадной лестнице?
И, кажется, где-то я эту вещицу видела. Но где?..
– Легкое магическое воздействие, направленное на нарушение координации движений, – резюмировала старая леди пространно и уточнила с усмешкой: – В обиходе – «спотыкач». Уже неопасен, истратил весь заряд.
Кто-то – кажется, мистер Гилмор, – длинно присвистнул.
– Значит, леди Сибил и впрямь пытались убить? – переспросила Леона Фаулер и нервно затянулась сигаретой.
– Боюсь, это не совсем так, – покачал головой инспектор. – Никто ведь не знал о…
– Ночных визитах леди Сибил к мужчине, – хмыкнула леди Присцилла.
– Именно, – кивнул инспектор, осторожно заворачивая улику в чистый носовой платок. – Скорее всего, покушались на мистера Хьюза. Или же на полковника Хьюза, хоть это менее вероятно.
– По-моему, это все больше похоже на детскую шалость! – заявил профессор Фаулер решительно.
Инспектор спрятал улику в карман и ничего не ответил.
На завтрак нас собрали в столовой.
– Как жаль! – воскликнула Леона, обведя комнату взглядом. Глаза у нее сверкали, алые губы капризно кривились. – Я-то думала, повсюду будет порошок для снятия отпечатков, фотоснимки и гипсовые слепки. А тут все так… обычно.
Расследование будто вдохнуло в кинозвезду новую жизнь. Она выглядела оживленной и красивой как никогда.
– В жизни все совсем не так, как в кино, мисс Фаулер, – заметил инспектор наставительно, и лишь морщинки у глаз выдавали иронию.
Старый дворецкий – Уильямс, кажется, – неодобрительно поджал губы и продолжил раскладывать по тарелкам яйца, копченую рыбу, сандвичи и бекон. Никакой овсянки, слава богу!
Старания дворецкого пропали втуне. Полковник Хьюз, который вернулся домой всего четверть часа назад, жадно глотал воду и морщился от одного взгляда на еду. Родерик Хьюз, который ночью налегал на клубнику с шампанским и устрицами (как шепнула мне бесценная Лиззи), простой пищей пренебрег. Викарий решил поститься и обошелся кусочком поджаренного хлеба, сестра последовала его примеру. Леди Присцилла жевала изюм и курагу, которые, в нарушение всяческих приличий, принесла с собой. Леди Сибил цедила бульон, специально для нее доставленный с кухни. Роуз, ни на кого не глядя, выпила стакан молока с булочкой.