Кесарь (СИ)

Все дело в том, что в последнее время участились нападения на обозы – лисовчики, казаче-воровской сброд шляхтича Александра Лисовского, грабители и разбойники по своей натуре, озоруют из Суздаля. Скопин-Шуйский отправил против лисовчиков воевод с небольшими отрядами стрельцов, детей боярских и ополченцев; последние блокировали дороги из Суздаля, заняв удобные для обороны монастыри и города. Однако, запертый в древнем городе с основными своими силами Лисовский мстит налетами небольших разбойных банд, просочившихся сквозь блокаду.
Ну, а когда я услышал об этом, у меня появилась идея – если выгорит, охоту лисовчикам озоровать мы отобьем надолго! Но тут как князь решит – без его отмашки увести по собственному усмотрению три сотни обученных рейтар я уже не смогу, мы ныне не под Ельцом... Пока же всей моей «самостоятельности» хватило, чтобы разбить лагерь чуть в стороне от Троице-Сергеевой лавры, да отправить гонцов с сообщением о прибытии и изложением моего плана.
…Тепло хорошо прогретых, мерцающих багровым углей, выложенных на железной чаще, в одночасье окутало меня и разморило. А финн, сняв с практически потухшего огня котелок со вскипевшей уже водой (талым снегом), чуть разбавил кипяток остатками колодезной воды из бурдюка – и бросил в него целебных трав. Их сын Суоми периодически собирает и высушивает… Воду же он разбавлял для того, чтобы травы заварились, но высокая температура не убила их полезные свойства.
Джок подкинул пару небольших деревянных плашек на огонь – а Тапани, подождав, пока отвар заварится, зачерпнул его резной деревянной кружкой и, добавив туда немного меда, протянул мне:
- Выпей отвар, согреешься, и голова сразу прояснится.
За время совместного путешествия я успел привыкнуть к знахарским талантам финна, потому сейчас просто припал губами к горячей жидкости; по телу потекло приятное тепло…
- Покуда ждем гонца, есть у меня одна занятная история. Поведал мне ее один ландскнехт, служивший в Богемии, в Праге. Послушаете?
Джок вопросительно взглянул на Тапани, и тот сразу же оживленно закивал. Я, немного брюзжа, протянул:
- Сколько же ты этих историй знаешь... Или ты их выдумываешь, Лермонт? Ладно, вижу же, что не терпится рассказать, валяй…
- Богатый город, кхм… – горец поперхнулся, воздух в шатре стал вязким. – Но, честно скажу вам друзья, очень мрачный. Не зря его городом колдунов кличут!
Я про себя хмыкнул, вспомнив свое посещение Чехии в студенческие годы. Демоны-горгульи в качестве украшений костелов – и орнаменты из человеческих костей в храме у Кутна-Горы… Между тем, Джок продолжил:
- Расквартировали наемников у Вышеградской крепости. Все чинно и благородно – пока не наступила ночь… Местные, кстати, заботливо посоветовали не выходить с наступлением тьмы на улицу – но это же кнехты! Попробуй, удержи их на месте, да еще и без выпивки!
Все трое понятливо усмехнулись... После короткой паузы Лермонт возобновил свой рассказ:
- Конечно же, ландскнехты разошлись ночью – кто в трактир, промочить горло, кто в поисках продажной любви... Но на утро двоих солдат нашли с ужасными рваными ранами, как будто исполинский пес рвал их на куски! Да еще и некоторые раны были словно прижжены железом! Всех наемников опросили – и выяснилось, что несчастные остались у крепости, не ходили пить. Убитые услышали где-то про клад, который был зарыт в основании стены Вышеградского замка, да решили попытать счастья.
Тапани аж скривился от подобной глупости, рожденной алчностью:
- Хах! Местные не нашли за столько лет, а пришлые решились найти за одну ночь? Жадные дураки!
Шотландец, также сделав глоток горячего, и даже приятного на вкус терпкого финского отвара, только пожал плечами:
- Иногда новичкам везет.
Финн только хмыкнул:
- Этим вот точно не повезло!
- Не поспоришь... Несчастных похоронили – но зов возмездия в скучающих ландскнехтах был велик. Решили наемники изловить этих псов – и в назидание другим изжарить. Сказано – сделано. Выставили караулы у костров; в первую ночь ничего не происходило. А вот на вторую ночь наш рассказчик видит, как среди деревьев двигается что-то, да орет страшно! Присмотрелся – так то пес огненный и есть!
 
Я аж поперхнулся от неожиданности – а Джок продолжил вещать с горящими глазами:
- Кнехт справедливо рассудил, что пока соратники придут на помощь, псина – или другое какое существо – его просто порвет, и притаился, в бой не полез... А утром местные объяснили, что это как раз была та нечисть, что напала на убитых наемников. Мол, это дух нечистый охраняет клад – дозорного он не тронул, потому что ландскнехт об этом кладе и не думал вовсе! Поверили или не поверили местным наемники, но дозоры усилили. А вот на вторую ночь…
- Ого! Еще и вторая ночь будет. – финну рассказ явно нравился.
- Да, пришла вторая ночь. Караулы людные, в три-четыре человека. И страха такого нет, переговариваются, смеются... Наш ландскнехт с двумя товарищами заступил: чехом и литовцем. Говорили о своем – вдруг видят, едет к ним рыцарь! Дозорные приосанились – наверняка офицер незнакомый, а потом видят: шлема над доспехами нет, как и головы! И словно в столбы соляные от ужаса превратились...
Финн поспешно перекрестился:
- Нечисть!
- Ага… Почти. – улыбнулся шотландец. – В соседнем дозоре уже изрядно хмельные бойцы стояли, бывалые и всяко повидавшие. Они, не усрашась, с именем Господа кинулись на призрака! И завалили тварь... А оказалось, что и не призрак это вовсе, и не нечисть.
- А кто? – Тапани даже приоткрыл рот от удивления.
- А это друг мой, местные чехи казну наемников таким способом хотели умыкнуть. Убили пару кнехтов, а раны страшные прижгли. После и собаку бедную подожгли заживо, чтобы караулы убежали… Но с первого раза ничего у них не вышло. Ну а рыцаря без головы, черную капюшон и маску одевшего так, чтобы в ночи над кирасой было не разобрать, позже действительно на голову укоротили! Конечно, после того как все выяснили…
- Да-а-а уж. – на время забыв от отваре, я наконец-то сделал глубокий глоток уже порядком поостывшего напитка. Тапани же глубокомысленно протянул:
- А мне отец всегда говорил, не бойся мертвых, сынок, бойся живых… Отличный рассказ Джок. Обязательно расскажу своим, умнее будут!
- Вот так и возникают легенды о призраках. – улыбнулся я. – А призраков-то в них и нет.
- Именно. – серьезно кивнул финн. – А теперь, друзья, пришло время сварить похлебки. Сейчас закинем в воду пшена и вяленого мяса, и головку лука для вкуса…
Тапани, перелив из котла в кожаный бурдюк остатки варева, забросил на жаровню еще тройку плах, после чего быстро сходил за свежим снегом, набив им целый котелок… К слову, после его отвара голова мря действительно прояснилась – сон ушел, и дышать стало легче.
- Как думаешь, сработает задумка?
Задумавшийся Джок задал вопрос, не отрывая взгляда от хлопочущего финна. Я же почал плечами:
- Лермонт, ты должен сам понимать, что многое в таком деле зависит от случайности, но в общем – почему бы и нет? Тут вопрос в ином – есть ли у кесаря время, чтобы позволить нам все провернуть, и не требуются ли Михаилу рейтарские сотни уже сейчас для большого дела…
- Ну что же, будем надеяться, что время есть и великий князь даст добро.
Я эхом отозвался:
- Будем надеяться…
Немного погодя финн, уже заварив крупу и постругав в нее тонкие полоски солонины, с легкой тревогой посмотрел под купол шатра – туда, где находится «волоконное оконце» для выхода дыма; я также обратил внимание, что небо в этом окошке уже потемнело.
- Задерживаются. Может в беду какую угодили?
Немного помолчав, я все же отрицательно мотнул головой:
- Лагерные костры видно издали. И погода ровная – ни метели, ни ветра, ни снега; небо чистое... Значит, дойдут. Ну, а лисовчики вблизи лагеря Скопина-Шуйского озоровать бояться, и действуют они по слухам заметно восточнее. Не будем пороть горячки, если еще через час не объявятся, отправим навстречу дозор из казаков.