Черное Рождество (СИ)

— Сноб, — направляет она на него острием ловко подхваченной вилки, и тонкие губы изгибаются в чванливой усмешке.
— Мне не хватило совсем немного, чтобы этот мир стал моим!..
— О боги! — страдальчески стонет Сигюн, отгоняя опешившего официанта рукой. — Только не начинай…
***
— Спасибо за визит! Приходите к нам еще! — любезно улыбается парнишка, нервно поглядывая в сторону Локи.
Даже в костюме тройке, нелепой шляпе и шерстяном пальто тот сохраняет опасную ауру мага, воина и коварного серийного убийцы. Даже в одежде смертных внушает страх.
Сигюн нравится эта закономерность. Она наслаждается галантными манерами асгардского принца, помогающего накинуть на плечи увесистую шубу, и с достоинством ванийской леди берет Локи под руку.
Колокольчик на двери звенит, знаменуя об уходе, и экстравагантная пара не из мира сего выходит в морозный вечер. Между ними льется размеренный ленивый диалог, сочетающий в себе флирт, подкалывания и выстраивание стратегии по грядущей «работе», когда в них буквально врезается вылетевшая из-за угла девушка.
Сигюн издает болезненное «ауч», по стечению обстоятельств принимая основной удар на себя, и тут же оказывается притянута к Локи в защитной реакции.
— Осторожнее! — недовольно рявкает он и получает спешное сконфуженное «извините». — Эти невоспитанные мидгардцы! — Локи брезгливо фыркает, отворачиваясь от быстро удаляющейся девушки, не остановившейся ни на секунду.
Уже собирается продолжить путь к припаркованному автомобилю, но вставшая как вкопанная Сигюн не дает это сделать. Он заглядывает в нахмуренное, предельно сосредоточенное на удаляющейся фигуре лицо, вопросительно выгибая бровь.
— Брось, это не стоит убийства, дорогая.
— Ты не почувствовал? — Сигюн стреляет в него острым взглядом.
И Локи в мгновение становится серьезным. Он уже выучил этот взгляд. У его напарницы просто ужасающая интуиция.
— Что именно? Думаешь, она связана с камнем?
— Не уверена…
Сигюн отпускает его локоть и быстрым шагом направляется вслед за незнакомкой, скрывшейся секунду назад за углом антикварного магазинчика. На тонких пальцах мелкими искрами угрожающе оживает магия. Локи материализует в руке кинжал. Но когда они резко выходят из-за угла…
Сигюн цепким взглядом окидывает две каменные стены и кованые ворота посередине. Магия в руках тухнет.
Пусто.
— Она не могла просто исчезнуть!
Локи коршуном проносится мимо, бешено шаря взглядом по всем углам. Но тщетно. Пробует на прочность ворота, резко дергая на себя, — те держатся крепко. Из груди выходит гортанный рык.
— Тессеракт? — дико вперяет он в нее взгляд.
— Это не магия, Локи. Ты и сам видишь — следов нет, — Сигюн нервно закусывает губу. Это все ей не нравится…
Еще больше ей не нравится расползающаяся на остром лице кровожадная ухмылка. Знакомая ухмылка, означающая неподдельный интерес. И к кому? К мидгардке? Факт как-то странно уязвляет и бесит. Сигюн, возможно, даже самую малость ревнует. Но не к этой человечке, о нет. Сигюн привыкла, что лишь только она — и только она — у кого бы то ни было на первом месте. Даже у ее треклятого напарника-йотуна.
— Ладно, — чеканит она, вновь завоевывая его внимание. — Что бы это ни было, пока это не встанет у нас на пути, это не наше дело. Ты понял? Локи? — уточняет она.
— Но разве тебе?..
— Локи! — Сигюн понижает голос. — Не порть все. Опять.
Он хмыкает и улыбается змеиной улыбкой, подходя так близко, что почти заставляет отступить на шаг.
— И что же мне будет за хорошее поведение?
— Что ты хочешь? — серьезно спрашивает Сигюн, с вызовом заглядывая ему в глаза. Очередная форма их извращенного флирта.
— Поцелуй, — с энтузиазмом сообщает Локи, как будто уже заведомо получил награду.
Он пристрастился к этому исключительному виду наркотика — волшебному мигу неподдельной страсти, кратковременному безумию и помешательству, глушащему напрочь ум и порабощающему рассудок. К поцелую обольстительной ведьмы, чей исключительный дар — способность стимулировать центры удовольствия в мозгу и вызывать чувство ослепляющей влюбленности.
 
— Снова? — на лице наигранный скепсис — в голове самодовольная насмешка. Все мужчины во всех мирах и вселенных одинаковые. — Может, придумаешь что-то новенькое?
— Я бы выбрал «секс», но ты же не даешь мне повышать ставки, — усмехается Локи, и Сигюн ожидаемо кривится.
— Обойдешься.
— Так и думал.
— Ну хоть что-то у тебя хорошо получается, — подкалывает она, стреляя глазами, и вздрагивает от стремительно сокращенного расстояния между лицами.
Ухо опаляет жар дыхания и предупреждение-напоминание, что Локи не один из ее послушных солдатиков, которыми Сигюн может играть:
— Не дерзи.
***
— Заметили? — Ласт разгибается, все еще держа руки на животе, и кидает взгляд на фигуру у окна с биноклем.
— Нет. Слишком поглощены собой, — звучный смешок. Она почти уверена, что острая самодовольная ухмылка расползается по его лицу. — Это было неожиданно… — как-то интригующе потягивает Файв{?}[Почему «Файв»? В ру сообществе наиболее распространена трактовка имени персонажа «Пятый», но она изначально неверная, т.к. «пятый» на английском будет ‘fifth’. В оригинале имена персонажам Академии даны количественными числительными, персонажа зовут Five. Тогда «Пять»? ИМХО, звучит очень косноязычно. Кроме того, Five выступает в роли имени собственного, оно вообще не должно переводиться. В качестве примера: есть аниме «Эхо террора», где главным персонажам тоже даны имена-номера. Найн, Твелв и Файв. Вполне себе органично.], но быстро становится серьезным. Отброшенный бинокль с грохотом падает на пол. — Что ты увидела?
Ласт хмурится.
— Много народа. Танцы. Выпивку, — взгляды встречаются. — Смерть.
Он вмиг ощетинивается, наступая. Цедит медленно и взвинчено:
— Чью смерть?
— Сам как думаешь?
Ласт выразительно приподнимает брови, и Файв закрывает глаза, процеживая воздух сквозь зубы. Чтобы через секунду резко развернуться и ударить ногой по стене.
— Дерьмо!
***
— Как вы не понимаете, вас хотят УБИТЬ!
Файв с размаху бьет ладонью по столу, пронзая кабинет дребезжанием канцелярии. Охрана за секунду вытаскивает и направляет на потенциальную угрозу пистолеты.
Как будто это бы помогло, захоти он действительно им навредить.
— Джентльмены, — с фальшивой миротворческой улыбкой оборачивается Файв и машет рукой. Горящий взгляд возвращается к «Даррелу»-старшему. — Мистер Моррис, о какой вечеринке может вообще идти речь?
— Рождество, мальчик мой.
Файв рычит от непроходимой тупости этого самоуверенного идиота и сжимает столешницу руками.
— Это «Рождество» может стоить вам и вашему сыну жизни. За вашим камушком, что бы это ни было, охотятся необычные люди.
— Как ты? — из-под густых усов слышится насмешка, и солидный мужчина поднимается с места. Кожаный стул скрипит, за спиной в дорогом костюме слышится звон откупоренного графина с выпивкой.
— Я не знаю, — сверлит его взглядом Файв, — в этом и проблема.
— Послушай, я понимаю твои абсолютно обоснованные беспокойства, — мистер Моррис поворачивается с двумя наполненными стаканами виски и протягивает один юнцу. Сугубо по его пониманию. — Знание, что существуют люди с подобной тебе и твоей подружке силой, на какое-то время и правда поставило меня в тупик. Но я босс мафии. Меня хотят убить буквально каждый день. Еще одной парочкой со сверхспособностями меня не напугать. Тем более что вечеринка слишком важная, чтобы ее отменять.
— Вы ставите слишком большие ставки на этот камень. Вы хоть знаете, что это?
 
— Послушай, мальчик мой, — опять это обращение. Файв морщится и скрипит зубами. — Я сам решу, что мне делать с золотой жилой, что попала мне в руки.
— В итоге эта штука вас убьет, — с нескрываемым злорадством выплевывает Файв. — Я предупреждал вас.
Он исчезает в голубой вспышке, перемещаясь в центр гостиной непримечательной съемной квартиры.