Выбор клинка
Двадцать три секунды…
Сложный чертёж возник на земле вокруг китайца в одно мгновение – вспыхнувшие фиолетовым огнём линии образовали вписанную в круг гексаграмму, заключив полудракона в её центр. И в тот же миг на конце одного из её лучей возник застывший в атакующей стойке рыцарь в испещрённых рунами сиреневых доспехах. Не медля ни секунды, воин сделал глубокий выпад – зажатый в латных рукавицах цвайхандер с треском врезался в защиту китайца. Врезался и рассыпался снопом разноцветных искр вместе со своим обладателем, чтобы спустя всего пару ударов сердца вновь возникнуть на конце противоположного луча гексаграммы и обрушиться на второй «щит молний» вертикальным рубящим ударом.
Тридцать девять секунд…
Тройной натиск на мастера не мог продолжаться долго. Лаптев, опустошивший боезапас «Кратера» и перешедший на дальнобойные техники Крови, сбился с ритма и впервые допустил ошибку. И потому китаец, улучив момент, сумел вывести моего опекуна из боя, осыпав его сокрушающим градом шаровых молний.
Сорок две секунды…
Отстранённо скользнув взглядом по неподвижно лежащему телу близкого мне человека, я максимально взвинтил восприятие и увеличил скорость движений, петляя и прыгая перед полудраконом, пытаясь максимально сосредоточить на себе его внимание.
Пятьдесят одна секунда…
Рунический рыцарь резко увеличил темп и заметался по лучам мистической фигуры, осыпая китайца каскадами ударов двуручного меча и повторяя движения моего друга в двадцати метрах от схватки.
Минута…
Чешуйчатый монстр негодующе взревел, обращая зубастую пасть в небеса и топая когтистой лапой. Окутывающая его сеть электрических разрядов неожиданно стекла ему под ноги, образовав шевелящееся и трещащее облако. Рыча и беснуясь от ярости, Луэн крутанулся на месте, вновь топнул лапой и выложил бережно приберегаемый «козырь».
Сотни и сотни тонких изломанных линий в мгновение ока пронзили пространство вокруг китайца – Дэй словно стал стволом могучего и раскидистого дерева, широко протянувшего свои ветви во все стороны. Его атака играючи подхватила моё тело, пронзая его судорогами, и небрежно отбросила прочь, как надоевшую и поломанную игрушку.
Мир в очередной раз бешено завертелся, но сил хоть как-то проконтролировать этот полёт уже не осталось. Жёстко грянувшись оземь, я кубарем прокатился по размокшей талой земле и внезапно абсолютно перестал ощущать своё тело.
Потому что мой дух покинул его и вознёсся над полем боя…
Я проиграл.
Невыносимой тяжестью навалилось отчаяние, погребая мой дух влажными, мерзкими липкими комьями сомнений, страха и чувства бессилия – так давит земля, которой засыпают могилу; давит, гулко шлёпаясь на крышку гроба, заглушая звуки и возводя преграду между миром живых и миром мёртвых.
Я проиграл, и они умрут. Мой долг, единственный по-настоящему важный долг не исполнен. Не смог, не защитил, не уберёг…
* * *
Алекс Розенкрейц захлёбывался приключением и адреналином – сцепив зубы и рыча от перенапряжения, он из последних сил удерживал «рунический щит», сплетённый за мгновение до обрушившейся атаки. Молнии бессильно бились о поверхность защиты, искрящиеся разряды чистой энергии накатывали волна за волной, вынуждая его сделать первый шаг назад, а вслед за ним и ещё несколько.
Маг уже не думал о развлечениях. Его лицо искажала яростная гримаса, а светящийся меч виртуозно выплетал новые и новые вензеля, восстанавливая защитный барьер, что вот-вот должен был рухнуть под напором разбушевавшейся стихии. Так, отступая всё дальше и дальше, он отчаянно балансировал на грани, но всё ещё сомневался, не пуская в ход свою последнюю козырную карту.
Неожиданно влетевший во внутренний двор особняка внедорожник лихо затормозил, разворачиваясь на 180 градусов. Его появление на доли секунды сбило концентрацию Алекса и помешало ему вовремя восстановить часть «рунического щита» – длинная молния юрко проскользнула в образовавшуюся в барьере брешь и пронзила грудь юноши навылет, отбрасывая его безвольное и бессознательное тело на несколько шагов. Полудракон торжествующе взревел, расправляя крылья и обращая заострённую клиновидную морду к небесам. В рыке звучало неприкрытое торжество победителя…
Обрушившийся с небес частый град ледяных и воздушных лезвий прервал его триумф – ликующий вопль сменился криком боли и непонимания, монстр пошатнулся, с удивлением обнаружив растерзанную в клочья защиту и глубокие рваные раны на покрытом рубиновой чешуёй теле. Его замутнённый яростью взор обратился к мужчинам, что уже вышли из машины и целеустремлённо, спокойно шли к нему.
Их было двое.
Высокий статный блондин, похожий на ожившую ледяную статую и как будто покрытый тонким слоем инея, источающий пробирающий до костей холод. Дэй не знал его, но ощущал исходящую от него опасность.
А вот второй…
Вторым мужчиной был Сяолун Во Шин Во, окружённый зарождающимся вокруг него гибким вихрем торнадо.
Синхронно воздев руки к небесам, они обрушили на Красного Дракона вторую волну атаки – с хмурых небес на Луэна частым дождём посыпались мутные полупрозрачные сферы с заключёнными в них снежинками. Врезаясь в землю и в «щиты» наёмника, они гулко взрывались, щедро разбрасывая во все стороны мелкое ледяное крошево.
Окутавшись сетью из молниевых разрядов, полудракон не стал испытывать судьбу – столкновение с тем, кого он уже десяток лет знал как мастера Ветра, не сулило ему ничего кроме мучительной смерти. С трудом сдержав обрушившуюся на него кару небес, Дэй Луэн гигантским прыжком разорвал дистанцию между собой и атакующими и неловко взлетел…
Рванувшийся за убегающим врагом Сяолун вздрогнул, когда на его плечо легла ледяная рука друга:
– Не останавливай меня! Он должен умереть!
– Пусть уходит, Сяо, – отрицательно мотнув головой, выдохнул Аскольд. – Нам и без него есть чем заняться. Поверь, ему не уйти. Он всего лишь тянет время.
– Меня не интересует имперское правосудие… – глухо произнёс сникший китаец и потерянно оглянулся. Полуразрушенный особняк и территория вокруг него выглядели полем сражения, и он не знал, отыщет ли свою дочь в этом хаосе. Но когда его пустой и безжизненный взгляд наткнулся на покорёженный автомобиль возле выбитых ворот…
– Папа!!!
Услышав этот звонкий девичий голос, Аскольд слегка улыбнулся и отвернулся, предпочитая не мешать воссоединению семьи. Его время задавать вопросы наступит чуть позже. А пока…
Пока что на этом поле битвы было и без того достаточно людей, нуждавшихся в его помощи. Перевернув лежащее ничком тело рыжеволосого юноши, Аскольд убедился в том, что тот дышит, несмотря на глубокую выжженную дыру в груди возле правого плеча, присмотрелся к чумазому лицу и спросил:
– Вот почему я не удивлён? Знал же ведь, знал, что и этот придурок обязательно засунет свой нос в это дело. Достойная смена нам подрастает, достойная…