Выбор клинка
Отплатив Бладштайнер той же монетой, Наташа удовлетворённо выдохнула и вновь сосредоточилась на лечении. Синхронным движением кистей она опустила сформированную из светящихся линий конструкцию на тело спящей. Активация второго слоя техники в реальном мире прошла практически бесследно, но вот на энергетическом плане Мэйли стала излучать свечение очень широкого спектра, от которого целительница болезненно сощурилась и вынужденно отвернулась.
– Сильная девочка. Выживет, хоть и не сохранит прежнюю красоту, – задумчиво произнесла она, устало прошлась по камере, разминая затёкшие ноги и массируя пульсирующие болью виски. – Алекса, прекрати сверлить меня взглядом! Пойми, я помогаю ей потому, что могу помочь, а не из-за каких-то проблем с психикой. Не станет помогать, и чёрт с ней, сами как-нибудь разберёмся! Но и бросить её в таком состоянии я не могу!
– Жалость, – сделала своё заключение её собеседница, успевшая вернуться на свою койку в углу камеры и закутавшаяся в линялое шерстяное одеяло. – Мэйли нас не пожалела. Впрочем, неудивительно, ведь ревность не знает пощады…
– Поэтому ты так к ней строга? Прошу, избавь меня от россказней о праведной мести. Видишь в ней соперницу?
– В этой малолетней дуре? Помилуй, Наташ, это несерьёзно! – голос Алексы буквально излучал скепсис, но вот её поведение говорило об обратном. Капитан резко села на своей постели и с вызовом посмотрела на заулыбавшуюся учительницу. – Делать мне нечего. По твоей логике мне и тебя стоит рассматривать как соперницу?!
– Никак не могу взять в толк: ЧТО именно мы все нашли в одном парне? Эта симпатия не кажется тебе странной? – вдруг сменив тему разговора, спросила Наташа, прохаживаясь по камере и зябко ёжась. Отопление узилища плохо справлялось с лютующей за стенами зимней стужей, и по ночам девушка часто мёрзла.
Алекса некоторое время никак не реагировала и сидела молча, обнимая колени и прикрыв глаза. Её разум в этот момент дисциплинированно искал ответ на вопрос подруги по несчастью. Искал и не находил.
– Чувства нелогичны, – как-то излишне спокойно произнесла она, стряхнув с себя задумчивое оцепенение. – Есть в нём нечто особенное и непонятное…
– Вот-вот! – многозначительно изрекла Наташа, усаживаясь на постель рядом с Алексой и разделяя с ней предложенное одеяло. – Поверь, я насмотрелась на молодых аристо. И дело вовсе не в том, что он – иностранец…
Плечом к плечу, согревая друг друга в холодную ночь, они ещё долго говорили о разном. О юноше, что с одинаковой лёгкостью вскружил им головы и непонятным образом занимал теперь их мысли. О потаённых желаниях – порой сумасшедших и невозможных, но от того только более притягательных, как и полагается всему, что имеет привкус запрета. О том, как избавиться от томящей неизвестности и выбраться из плена…
Их разговор продолжался практически до рассвета, пока девушек наконец не сморил подкравшийся сон. И только тогда Мэйли Во Шин Во, слышавшая весь разговор, от первого до последнего слова, позволила себе расплакаться. Тихо, едва слышно всхлипывая и сожалея о том, что успела натворить…
Дэй-младший Луэн устало растёр виски и захлопнул ноутбук, откладывая его в сторону. Растянувшись на кожаном диване в кабинете Мэйли, он расстроенно подводил итоги очередного сеанса. Подслушанный план побега не предвещал никакой опасности, а женские терзания его нисколько не интересовали, скорее наоборот – придавали всему происходящему нотки излишней драматичности, навевающей на китайца тоску.
– Ох уж эти русские… И откуда у них такая тяга к страданиям по пустым поводам? – непонимающе покачав головой, наёмник смежил веки и, уже проваливаясь в забытьё, сонно пробормотал: – Поспеши, принц, поспеши. А то я тут скоро сдохну от скуки…
* * *
Искусству торопиться медленно меня обучали с самого детства. Самурай не должен совершать поспешных поступков. Впрочем, он не имеет и права медлить. Парадоксальность одной из заповедей Пути Воина, как ни странно, нисколько не мешает, а формирует определённый тип мышления. Основанный не только на логических умозаключениях и следовании догмам, но и на интуиции, он позволяет принимать неожиданные и странные решения, сомневаться в эффективности которых вполне нормально… Если ты не самурай.
– Ты уверен, что сейчас время для подобного? – опасливо поинтересовался Алексей, выруливая с парковки на проезжую часть улицы и нетерпеливым клаксоном подгоняя зазевавшегося пешехода. – Провести ритуал поиска я могу в ближайшее время. Но нам необходимо вернуться в общежитие, потому что все мои инструменты именно там. Не имею привычки таскать это барахло с собой.
– Сомневаюсь, что нам дадут необходимое для этого время. Как бы сам ректор с визитом вежливости не пожаловал, – решительно тряхнув головой, я вновь повторил столь удивившую старосту просьбу: – Ты ведь знаешь то место, где всё произошло? Отвези меня туда. А дальше посмотрим…
– Как прикажете, ваша светлость, – ворчливо откликнулся Лёха, залихватски выворачивая руль и вдавливая педаль газа в пол. – Я успел кое с кем перемолвиться, пока ты гостил у князя. С каких новостей начать? Ассортимент невелик, но выбор всё-таки имеется.
– Что-нибудь реально важное есть? – отстранённо поинтересовался я, глядя в окно и думая о недавних превратностях судьбы. – Или ты порадуешь меня какой-нибудь незначительной фигнёй, которая не прибавит новых проблем?
На самом деле мне хотелось узнать последние новости княжества и империи в целом, вот только внутреннее чутьё подсказывало – ничего хорошего меня не ждёт. Как же я тогда желал ошибаться!
– Пропала наша дражайшая Наталья свет Александровна. А поскольку даже в ИСБ порой случаются странные утечки информации, то теперь вся школа, а вместе с ней и половина высшего света княжества уже несколько дней судачит о судьбе бедняжки, похищенной вместе с капитаном Бладштайнер, – ровным голосом произнёс Алексей, уверенно управляя новёхоньким «Веларом», приобретённым взамен погибшего.
Внедорожник довольно урчал басовитым движком, на высокой скорости перестраиваясь из одной полосы в другую и презрительно фырча тем, кого мой друг оставлял позади. К счастью, даже вечернее движение на дорогах Сибирска нельзя назвать хоть сколько-нибудь плотным.
– Blyat! – ругнулся я, в сердцах зарядив кулаком по торпеде. Выполненная британцами панель протестующе заскрипела, но удар выдержала с истинно англо-саксонской невозмутимостью. – Её туда как занесло?!
– А вот сие есть тайна, покрытая мраком. Разве что наши однокашники чрезмерно разошлись в своих фантазиях на эту тему. По одной из довольно популярных версий, тщательно муссируемой в парочке светских салонов, вскользь упоминается некий молодой хан. Никакой конкретики, но тебе припомнили всё. И ваши индивидуальные занятия с Натальей Александровной, и оба нападения китайцев, и роман с Бладштайнер, – столь же спокойно продолжил он, разве что покосился неодобрительно, выражая своё отношение к невольному акту вандализма.
– Слишком уж притянуто за уши, – недоверчиво возразил я. – Одни домыслы. Не думаю, что…