Двойняшки для Деда Мороза

Хм, а что, если… так‐так.
Достала телефон и отыскала в контактах подругу.
― Слушаю, шилопопая, ― услышала через пару гудков в трубке.
― Галюня, привет. Есть дело!
― На миллион?
― Нууу… ― протянула я, и тут же опомнилась: ― таких денег у меня нет. Но могу предложить дорогое красивое платье.
― А что сделать‐то надо?
― Сходить на одно мероприятие вместе с красивым мужчиной, ― произнесла не громко, чтобы не дай Бог не услышал босс.
― Свидание что ли?
― Нет, какое‐то мероприятие. Мой новый начальник попросил.
― А сама чего не пойдешь?
― Тю, Галюнь, когда это я была послушной девочкой?
― И то правда, ― хихикнула она, а я представила, как в это время Галюна махнула рукой.
Ох и довольная, коза.
― Так что, поможешь?
― Ну, конечно! Говоришь, красивый?
― Очень.
― А не боишься, что отобью?
― Тю, а мне он зачем? Такие явно не способны на серьезные отношения. А мне как‐то не до гулек. Все, вечером позвоню, обсудим. Гудбай.
Сбросила вызов и уткнулась в рабочий блокнот.
А мне нравится эта работка. Не напрягательная. Я даже отдыхаю здесь, чего нельзя сказать про дом. Там малышня вечно покоя не дает. Вся в меня. А тут считай покой, если не брать во внимание любопытных Танечек.
Посмотрела на часы. Четыре часа. Еще пара часов тишины и снова начнется. Надеюсь, моя мелюзга не разгромила детский сад, иначе я с ума сойду. А они у меня могут все что угодно. Те еще сорванцы.
Когда я забеременела, понятия не имела, что у меня будет сразу два ребенка. Но как оказалось моему бывшему ослу, и один не нужен был. Он бросил меня стоило ему увидеть тест с двумя полосками. Сначала позеленел, потом покраснел, а в следующую секунду, когда открыл рот сказать, что я идиотка, вмиг стал синим. Ну… как вмиг… просто я двинула ему по челюсти. Рука правда потом долго болела, но зато ушлепкин больше не появлялся. И кстати, он даже не знает, что у меня родилось сразу двое малышей. Ох, он, наверное, в обморок бы плюхнулся.
Кстати, Варя с Ваней знать своего папашу не хотят. И это между прочим я им и слова не сказала о нем. То есть, ни одного плохого слова. Просто они сказали, что их крутой маме нужен достойный папик. Я тогда подавилась гречкой, но ничего не ответила. Детям виднее. Но бывшему лучше не попадаться на глаза. Ни мне, ни малышне.
Страдала ли я за Хусейном? Конечно же нет. Еще чего не хватало? У меня полно других забот. Например, поставить на ноги маленьких озорников. А любовь к мужчине для меня это второстепенное. По крайней мере страдать по трусу точно не в моем стиле. Ладно бы мужик достойный бросил меня, и я вся такая с раненным сердцем. А то так, недоразумение случившееся со мной несколько лет назад. У него только одна часть тела сработала на ура, и то не мозги.
― Алевтина, принеси мне кофе, пожалуйста.
Алевтина‐Алевтина, ― мысленно пропела я, устремив взгляд в окно, за которым кроме серого неба ничего не было видно.
― А, Алевтина это же я, ― шлепнула себя по лбу, ― несу Виктор Валерьевич, уже чайник вскипятила.
Отпустила кнопку и хихикнула. Как же, чайник. Ему кофе только из джезвы подавай.
Эх, а так хорошо было, тишина и даже босс не зудит. Нет, испортил все. А я-то думала идеальный!
― Поторопись, чайник! У тебя осталось две минуты!
Я как раз шла в сторону кухни, где обычно готовили кофе для начальства, когда услышала слова за своей спиной.
Это я чайник?
Нахмурилась и тут же задумавшись, сама себе кивнула.
― Слабительное, кажется, было у меня в сумке. Ну, держись, босс.
 
 
Глава 6
 
Пятница.
― Мамочка, а сегодня же пятница, верно? ― поинтересовался Ваня, когда мы только вошли в квартиру после садика.
― Верно, сынок, и завтра я наконец‐то смогу отдохнуть.
― Мам, но ты же помнишь, что обещала нам?
Я сидела на пуфике опершись головой о стенку. Сил совсем не было. Оказалось ― пятница в офисе Беляева самый тяжелый день.
Я медленно повернула голову к малышне, и едва ли найдя в себе силы, кивнула.
― Да, шилопопые, я все помню.
― Мамочка, а мы скоро будем кушать?
Кого что волнует. Я улыбнулась дочери и тоже кивнула.
― Сейчас, пару минут отдохну.
Но кажется, мои пару минут затянулись, и я просто уснула так и сидя на пуфе.
― Мамулечка, пойдем есть, мам, ― услышала сквозь сон и открыв глаза, увидела перед собой Варю.
― Господи, я что уснула?
― Да, мам, ты уснула, и мы тебя разули, ― Ваня кивнул на мои ноги, и я склонилась, чтобы убедиться, что детвора действительно сняла с меня обувь.
― Спасибо. Извините, я устала немного. сейчас будем ужинать.
― А мы сами.
― Что сами? ― я непонимающе посмотрела на Варю.
― На стол накрыли. Так что иди мой руки, переодевайся, и мы тебя ждем на кухне.
Я выпученными глазами смотрела на своих малышей и не верила в услышанное. Они сами? Серьезно? Вот эти два невозможных сорванца нагрели еду и накрыли на стол?
― Мам, ну ты чего так смотришь на нас, словно мы не можем тебе помочь?
Я пожала плечами.
― Да, мам, мы же уже взрослые, ― отметил Ваня, смотря на меня удивленным взглядом.
― Взрослые, конечно.
― Ну вот, давай, иди переодевайся, мы ждем тебя.
Я кивнула и ушла в свою комнату. Малышня меня действительно удивила. Нет, они всегда помогали мне на кухне, но, чтобы сами все, такого я не припомню.
Быстро переодевшись в домашний костюм, убрала волосы в хвост и умывшись после тяжелого рабочего дня, поспешила к своим звездочкам на кухню. А там действительно был накрыт стол. Они достали все что было в холодильнике. Разогрели в микроволновке, расставили тарелки, стаканы и даже вилки.
― Мам, мы только в одном моменте накосячили, ― виновато произнес Ваня, потупив взгляд в пол.
― И в каком же?
― Вон, ― рукой указала Варя на стол, где лежала разбитая чаша от соковыжималки, а рядом валялись испорченные фрукты.