Двойняшки для Деда Мороза
― Нет. Но совесть, думаю, у вас есть. Ну пожалуйста, господин! Я могу кофе вкусный варить. Мне очень нужна эта работа! Если надо, шнурки поглажу, штаны постираю, усы побрею.
Он как‐то тяжело выдохнул и снова одарив меня хмурым взглядом, хмыкнул.
― Но не дай Бог опоздаешь хотя бы раз.
― Я буду приходить на работу за полчаса. А то и за час, ― и для убедительности покивала головой.
― Я тебя за язык не тянул. А теперь иди. Завтра как штык.
Я снова кивнула быстро‐быстро, и выдохнув, счастливо улыбнулась!
Это Виктор Валерьевич еще не знает, что я аванс просить буду. Придется снова надавить на жалость.
Эх, судьба моя судьбииинушка.
И выдав перед охранником гопачка, счастливая побежала домой. Нужно хорошенько подготовиться. Будет весело.
Глава 2― Мама, а ты сегодня с нами остаешься? Или опять к бабе Вере нас отправишь? ― спросил Ванечка, глядя на меня глазками цвета океана.
― К бабе Томе. А что такое?
― Хотел поделку с тобой сделать. Нам в садике задали.
― Скажи, что поделки надо иногда с папой делать! Пусть отстанут, ― ляпнула я, продолжая помешивать манную кашу в кастрюле.
― Так у нас нет папы, ― отметила Варя, и пальцем подчерпнула из пиалы йогурт.
― Потому и нет поделкам. А ну, не трогай йогурт пока кашу не поешь.
― Эх. Мамуль, а может мы сами с Ванькой дома останемся? Ну чего бабу Тому напрягать?
― А что это мы такие умные?
― Ну она человек в возрасте. Зачем ей лишние хлопоты?
Я улыбнулась малышке, и выключив плиту, достала две тарелки.
― Значит так, спидометры, будете делать что я сказала. Пойдете к бабе Томе, заодно и попросим ее сделать поделки с вами. Угу?
― Угу, ― в один голос ответила малышня, и заметив, что я наполняю их тарелки кашей, схватились за манку.
― Мам, а когда мы в садик пойдем?
― Послезавтра, Варюш. Ешьте. Приятного аппетита.
Пока детвора с удовольствием наворачивала многими нелюбимую манную кашу, я решила привести себя в порядок. Вымыла голову, высушила волосы и уложила их в шикарную вечернюю прическу. Естественно нет! Просто залепила гулю на макушке, и довольная посмотрела в зеркало. Вот это я понимаю ― рабочий вид. Осталось ресницы подкрасить, да губы обвести карандашом, чтобы аж за контур заходило. Эх, и тут снова мимо. Ладно, нет мне дела до макияжа! Черные брюки, белая блузки и трусы на синтепоне, чтобы не замерзнуть, пока буду на работу лететь. Ну а что, вдруг я и сегодня решу полежать на снежке?
Нацепив на нос очки, я поморщилась и стянула их. Нафига они мне, если я буду кофе делать.
― Мамочка, мы поели, ― ко мне в комнату прибежали две довольные мордашки.
― Мы поели, ― подтвердил Ваня, улыбаясь испачканным в кашу ртом.
― Бегите йогурт пить, а после не забудьте рты помыть. О, ешкин‐матрошкин! Стихи что ли.
― Мам, ты что такое говоришь? ― улыбаясь, поинтересовалась Варя, а я махнула рукой.
― Йогурт пить! Или вы хотите, чтобы я снова опоздала на работу?
― Нет, мамочка, не хотим.
И они убежали на кухню.
Я выдохнула. Бросила взгляд на часы и скривилась. Конечно же я не собиралась приезжать в офис за полчаса до начала рабочего дня. Минут за пятнадцать да. Это пойдет.
Намазав губы бальзамом, побросала необходимые вещи в сумочку, вытащила из шкафа шарф и варежки и понесла все в прихожую.
― Мам, мы готовы. Можем идти к бабе Томе?
― Идите. Я сейчас курточки принесу. Потому что она может повести вас гулять. Там снега навалило за ночь.
― О, класс, будем отбиваться от бабы Томы, ― восторженно произнес Ваня на что я закатила глаза.
― Баба Тома! И не смейте кидать в нее снежки. Иначе без сладкого вечером останетесь.
― Мамулечка, да Ванька шутит. Ты же знаешь.
― Ведите себя прилично, чтобы мне не пришлось краснеть. Я же вам не Дед Мороз красный нос.
― Дед Мороз? Мам, а в этом году он приедет к нам на праздник? ― поинтересовался сын, хлопая ресницами.
Господи, и кто меня тянул за язык?
И главное, два таких взгляда доверчивых смотрит на меня. Дайте мне срочно кувалду, огрею себя по лбу.
― Хэ‐хэ, конечно, приедет. На квадроцикле из Лапландии.
― Круто! Ванька, ты слышал?
― Ага, из самой Лапландии.
― Мам, а это где?
― В Кара… в Финляндии. Наверное. Откуда я знаю? Я вам что, географ!
― Нет, мама переводчик!
― Вот‐вот. Ноги в сапоги и марш к бабе Томе.
Детвора быстро обулась и похватав свои шапки с шарфами и варежки, выбежали из квартиры. Я забрала их курточки и теплые вещи и тут же пошла следом.
― Мы уже позвонили в звонок, ― сообщила Варя, довольная, что первая успела нажать кнопку.
― Доброе утро.
― Привет, баб Тома! ― прокричали дети, стоило женщине приветливо распахнуть дверь.
― Привет, баб Том, ― произнесла я, потупив глазки, ― вы уж простите.
― Да чего уж там. Они мне как внуки.
Я тут же просияла и сунула бабуле детские вещи.
― Что вам привезти вечером?
― Успокоительно, ― ответила она, как ни в чем не бывало.
― Хорошо. В смысле? ― дошло до меня, и я вылупила на нее свои глаза.
― Я шучу. Беги уже, а то опоздаешь.
― Лечу на крыльях страха. Босс у меня строгий. Вечером поболтаем. Целую.
И я быстро забежала в свою квартиру. Оделась и схватив сумку и варежки, захлопнула двери. Срочно нужно бежать на метро!
― Полина, ты куда так торопишься, шальная?
― На кудыкину гору. Отстань, не время трепаться, ― отмахнулась я от назойливого соседа, который каждую неделю звал меня на свидание. При этом детей он не любит. Странный дядька.
Добежав до подземки, с грустью поняла, что после такого снегопада мне уже не найти свои монетки. Ай, да и Бог с ними. Спустилась под землю, и проделав обыденную процедуру остановилась в вестибюле в ожидании своего поезда.