Попаданка. Двойной обмен

Шая считала, что мои родители должны ботинки целовать Арбикусу за то, что он избавил их от такой обузы, как я, да еще и деньгами снабдил. Крестьянская семья жила небогато, и кормить лишний рот для них было накладно, поэтому предложение мага  отдать младшую дочь  пришлось как нельзя кстати. Моя сиделка вообще недоумевала, как я прожила так долго. Целых шесть лет, между прочим.
Да, с определением возраста я немного ошиблась: малышке исполнилось не пять, а шесть лет. Но это и неудивительно: дети, когда долго болеют, плохо растут и выглядят младше своего возраста. Таким образом, Резаэлли Сареп,  обычная крестьянская девочка, оказалась в той злополучной комнате для ритуалов, ну а потом её тело заняла я.
Долго размышляя над мотивами Арбикуса и над всей этой ситуацией, я пришла к выводу, что маг не так уж и виноват. Да, он призывал души других людей, видимо, изгоняя те, что раньше занимали тело. Однако делал это вынужденно и только с теми девочками, которые не прожили бы долго. Тех детей, у которых был хотя бы призрачный шанс на выздоровление, он не трогал. Это определенно внушало уважение.
Судя по моему опыту, Арбикус призывал души только что умерших в своем мире людей, тем самым давая возможность прожить вторую жизнь. Но моральная дилемма все равно подтачивала мою совесть. Дети совсем не виноваты в том, что родились с нарушением развития. Имею ли я моральное право занимать это тело? Ответа на этот вопрос у меня не было.
Арбикус оказался не так плох. Он, конечно, принудил меня дать магическую клятву – позже я разобралась в словах и поняла, что это именно клятва – но с другой стороны, маг боялся за свою жизнь. Если бы правда с заменой души всплыла, то не пощадили бы ни его, ни меня. Можно упрекнуть Арбикуса в том, что согласия он добился довольно жестким способом, но времени и возможности, чтобы объяснить и уговорить, не было.
Кроме того, та клятва не предполагала кабальной зависимости от мага, а ведь он мог добавить предложение о подчинении, чтобы во всем меня контролировать, но не сделал этого. Что тоже добавило ему очков в рейтинге.  
Мое выздоровление шло семимильными шагами. За два месяца здоровье полностью восстановилось, тело девочки начало набирать вес и даже немного выросло. Скорее всего, в нашем мире я бы не выздоровела так быстро, но Арбикус старался каждый день или через день подпитывать меня магией. Мало того, микстуры и порошки, что мне давали, тоже изготавливались при помощи магии, и в некоторых случаях помогали даже лучше, чем аналоги из нашего мира.
Единственное, что не позволяло магу объявить меня полностью здоровой – редкие, но повторяющиеся с завидной периодичностью «приступы краткой комы». Так Арбикус называл состояние, когда мою душу выбивало из тела. Магические фигуры, находящиеся в спинке кровати, сигнализировали о том, когда это происходило, и колдун впихивал душу обратно.
С каждым разом я чувствовала, что способность Арбикуса контролировать мою душу слабеет, зато, если я сама этого желала, слияние с телом происходило быстрее. В то же время при сопротивлении воздействию засунуть меня обратно в тело стало почти невозможно. 
Однажды на кухню, где я мыла овощи, прибежал слуга и сообщил, что меня срочно вызывает маг. К слову, у Арбикуса в доме было не принято, чтобы кто-то сидел без дела, даже за маленькими детьми с пяти-шести лет закреплялись несложные обязанности.
Например, семилетняя дочка садовника кормила уток и кур, собирала яйца и относила их на кухню, следила за тем, чтобы у птиц было вдоволь воды. Сыновья конюха – погодки шести и семи лет – помогали отцу ухаживать за лошадьми. Дочери прачек забирали грязное бельё, а потом приносили кастелянше или служанкам уже чистое. В общем, каждый был при деле, и мне тоже досталась работа.  Конечно, детей не нагружали, но сызмальства приучали к труду.
Поднимаясь на второй этаж за слугой, я, откровенно сказать, побаивалась. Что от меня хочет маг? Неужто решил оправить Резаэлли домой в родную деревню? Хотя, если бы он так решил, я бы уже ехала на телеге к родителям. Спрашивать разрешения он бы точно не стал, да и со слугами и учеником не церемонился.
Кабинет Арбикуса выглядел неплохо: светлые стены, шикарные синие шторы, большой, монументальный стол и такой же шкаф из светлого дерева. Маг сидел за столом и перебирал бумаги. Слугу он отпустил взмахом руки. Я оглянулась по сторонам. Похоже, стула мне не полагалось.
– Реза, нужно поговорить, – сказал Арбикус, отрываясь от бумажек. – Меня беспокоят случаи, когда твоя душа покидает тело. Я искал объяснения этому явлению и способы излечения, но нашел лишь крохи информации. Расскажи, что ты чувствуешь? Это для твоего же блага.
– Ну, наконец-то! Вы все-таки догадались опросить больного! Даже не знаю, как вы так быстро пришли к такому сложному умозаключению: спросить у больного! Удивительно, что вам даже не понадобилось полгода на размышления! –  с сарказмом восторгалась я. – Вы, лорд Арбикус, демонстрируете поразительно высокие интеллектуальные способности!        
Маг зарычал, а мне захотелось спрятаться. Вот ведь дурной характер! Кто меня тянул за язык?!  
– Как ты смееш-шь, малявка?! – Арбикус в буквальном смысле заискрил.
Даже не обладая сверхъестественной интуицией Паши Эмильевича, я поняла, что сейчас меня будут бить, может быть, даже ногами. С феноменальной скоростью, которую сложно было ожидать от этого тела, я отпрыгнула в сторону. В то место, где я только что стояла, ударила молния. Совершив невероятный кульбит, я прыгнула к шкафу и дернула дверцу на себя, тем самым загораживаясь ей от мага. Повезло, что шкаф не был закрыт на ключ.
Арбикус понял, что своим колдунством может навредить содержимому шкафа, поэтому злобно отдувался, стараясь взять себя в руки. Да, он ни разу со мной не поговорил, не попытался узнать, кто я такая, чем занималась в другом мире, почему умерла. Да, ему было совершенно наплевать на то, как я буду приспосабливаться в новом мире. Но все же, это не причина говорить с ним в таком тоне.
– Признаю свою вину, меру, степень, глубину, – выкрикнула я из-за шкафа и добавила совсем не в рифму: – готова закопать топор войны, раскурить трубку мира, выбросить белый флаг и пойти на примирение. Вспылила, была не права, но меня тоже можно понять! Вот уже неделю я пытаюсь добиться с вами встречи и поговорить насчет этих приступов, но меня все время прогоняют. Не при Шае же рассказывать! А она постоянно рядом, когда вы приходите меня лечить. За неделю я так и не придумала, как подобраться к вам без членовредительства по отношению к слугам или вашему ученику. Уже отчаялась и подумывала о том, чтобы взяться за членовредительство.
– Ты странно и смешно говоришь.
Маг подошел к шкафу и закрыл дверцу. Я сначала чуть сгорбилась, а потом, наоборот, расправила плечи и посмотрела на Арбикуса.
– Конечно, я странно говорю. Я же из другого мира. Но сейчас это не важно. Важно то, что нам давно надо поговорить, коллега. Обсудить не только приступы, но и все остальное.
– Коллега? Что за чушь?! Ты не можешь быть целителем, магии у тебя очень мало.