Два лика Ирэн

В отдельной телеге, едущей в самом конце обоза, в специальных удобных клетках ехали десять подрощенных поросят хорошей мясной породы. Три мальчика и семь девочек. Ирэн собиралась обновить свиное стадо.
И чем ближе был замок, тем нетерпеливее становилась графиня. Ей очень-очень хотелось домой.
    
15
Переоценить счастье, которым опахнуло Ирэн, когда малыш Артур доковылял до матери и был подхвачен ею на руки, просто невозможно. Всю дорожную усталость просто смыло волной!
Рядом несколько стеснительно топталась Лорен, тоже желая получить свою порцию ласки. У леди подозрительно защипало глаза. Дикон, как самый взрослый и серьёзный, терпеливо ждал, пока малышня наобнимается. Поклонился, церемонно взял графиню за кисть и поцеловал пальцы, как взрослый! Правда, не выдержал и, обхватив ладонь Ирэн обеими руками, приложил к своей щеке и даже немного потёрся об неё.
Вряд ли дети могли анализировать свои чувства к графине, но если вспомнить, как холодна была к ним собственная мать и вполне равнодушен отец, то, пожалуй, ничего удивительного в этой радости не было. Ирэн не просто заботилась об их крове, пище, одежде. Нет, как раз этого дети ещё не понимали. По большей части они всегда жили в сытости и тепле.
Зато они весьма высоко ценили то, что графиня всегда находила для них время. Делала для них настольные игры и лично играла по вечерам, помогала Лорен шить куклу, обсуждала некоторые хозяйственные дела с Диконом, дарила маленькие необычные подарки. Просто разговаривала с ними. Стала частью их жизни. На составляющие дети свою радость раскладывать не умели, потому радость их была вполне искренней.
Пока готовили ванну, дети так и не отошли от леди Ирэн. Перед сном она ещё раз заглянула в спальню Артура. Малыш спал, спинав крепкими ножками одеяло на пол. Ирэн укрыла сына и подоткнула одеяло плотнее – ночи уже прохладные. Бесс, новая нянька, дремала в кресле.
Ругаться Ирэн не стала, но решила заменить ночную няньку – не все могут бодрствовать по ночам. Что толку ворчать? Тихонько разбудила девушку и, наказав дотерпеть сегодня, пообещала найти другую работу. Даже бодрствовать, в общем-то, ночью не обязательно. Но спать няня должна чутко! Перепуганная Бесс только кивала головой, боясь сказать хоть слово.
Второй день весь ушёл на раздачу подарков и хлопоты по хозяйству. Ворковала над новой куклой Лорен – головка была вырезана из дерева и весьма искусно  раскрашена. Она назвала её – леди Аннабель, при ней даже имелся берет с настоящим маленьким пёрышком.
Дикон получил в подарок книгу, одно название которой заворожило его: «Описание земель Шой-син-тай, нравы и обычаи людей, землю эту населяющих, а также повествование о племенах, с коими они воюют, составленное баронетом Терси Райтоном на закате его жизни». Размеры книги впечатляли, как и сумма в два золотых, что пришлось отдать за неё. Сквайр Рейг даже покачал головой, глядя на такой дорогой подарок. Впрочем, сам он получил в подарок тёплый плащ с меховым подбоем и, безусловно, был очень доволен.
Женщины, начиная с Анги и заканчивая няней леди Лорен, получили разнообразные отрезы и рулоны тканей и радовались подаркам не меньше детей.
Нужно было срочно посадить все привезённые отростки, чтобы за оставшиеся тёплые дни они успели укорениться. Садовник охал и сомневался:
— Так, ваше сиятельство, не успеют приняться-то!
— Айк, я не буду тебя винить, если что-то не приживётся. На зиму позаботься укрыть лапником, а там – что бог даст. А вот эти семена – уже весной посеешь. Не поморозь только!
— Бог с вами, ваше сиятельство! Обижаете меня, старого, а я…
— Я знаю, что ты хорошо работаешь, Айк. Я тобой очень довольна. Вот, это тебе.
— Чево такое-то?!
— Подарок из города привезла.
— Мне?!
— Да. Это пояс из специальной шерсти. Говорят, если носить постоянно – от болей в спине помогает.
Садовник вышел совершенно потрясённый. Пожалуй, это был первый подарок в его жизни. Узловатыми пальцами он поглаживал вязаный тёплый свёрток и просто не знал, что и думать-то.
Ирэн слушала сумбурные доклады, раздавала подарки и отдавала распоряжения, осматривала новый гобеленовый рисунок, придуманный в мастерской, и показывала леди Маргит, как всё устроено. Дама проявила редкое внимание к деталям. Сдав её на попечение горничных и мастериц, хозяйка отправилась в свой кабинет – ей нужно было подумать над докладами слуг. Далеко не все они оказались радужными.
— Ест через раз, да… Разминать тело и вообще не даёт. Даже к окну садиться отказывается, так всё и лежит… Тут лакей сунулся – бельё перестелить, он ему чуть руку не сломал. Теперь горничные и вообще к нему подходить боятся.
Разговор со старой Маршей требовал принятия решений. Конечно, Ирэн могла всё пустить на самотёк, но не в её характере было делать зло для собственного удовольствия. Да и какое удовольствие в чужой смерти? А злорадной Ирэн никогда не была, ни в одной из своих жизней.
Сейчас она уже вполне могла обойтись без лорда Ричарда. Случись что – король признает её законным опекуном. И пусть бы помирал… Но он уже и не мешал ей так, как раньше. А глумиться над проигравшим, пусть и по собственной дури и непорядочности, как-то противно. В конце концов, даже просто для очистки совести стоит попробовать заставить его жить.
В комнате мужа дурно пахло. Похудевший бледный Ричард с какими-то вылинявшими волосами и тусклыми глазами производил тяжёлое впечатление.
— День добрый, лорд Ричард. Если вам интересно, я могу рассказать, что и как сейчас происходит у вас в хозяйстве. Есть и новости из столицы. И я привезла вам подарок. Несколько необычный, надо сказать…
Лорд глянул на жену и молча отвернул лицо к стене.
То, что легко не будет, Ирэн понимала сразу, но всё же надеялась, что он начнёт её обвинять или ругать, проявит хоть какие-то эмоции. Но реакция была нулевая. Она терпеливо высидела у него почти час, невзирая на мерзкий запах – велела подать себе взвар и, неторопливо отпивая из кубка, рассказывала, что видела в столице.
Пришла она и на следующий день. Рассказала о том, что привезла для дома, о том, что король подписал бумаги и вскоре, через год-два, можно будет начать восстановление башен. И на третий день…
Рассказала даже про историю своего появления в палате пэров, про конфликт с герцогом и про то, чем всё закончилось. Перемежала эти истории домашними мелкими делами, разбавляла, так как находить темы для беседы становилось сложно.
Ходила она ежедневно, даже видя, что он злится, хотя и не показывает виду. Всё это время лорд тупо молчал и отворачивался от неё. Хватило его почти на три недели. Как раз в день отъезда леди Маргит, лорд запустил в свою жену припасённый заранее тяжёлый кубок.
Грохнувшаяся на пол медяшка не выдержала такого надругательства – кубок можно было выкидывать, один край оказался вмят внутрь. Похоже, лорд вовсе не так слаб, как кажется! И орать он начал, как здоровый! Лицо багровое, жилы на лбу надулись, руки сжал в кулаки так, что костяшки побелели!