Невеста на один день
– Знаешь, я просто очень любопытная. Я по природе своей хочу знать все о людях, их жизни, опыте, что делает их такими, какие они есть. Иногда я использую это при создании персонажей, но чаще это просто помогает взглянуть на мир под другим углом. Мне кажется, я лучше пишу из-за подобного опыта. Может, это даже делает меня лучше как человека. Я хороший слушатель.
Коннор только хмыкает в ответ. Впрочем, я и сама понимаю, что это не особо похоже на правду, поскольку я сорок минут болтаю, не закрывая рот. Но я на самом деле хороший слушатель и наблюдатель. Я заметила, что, хотя Коннор не сказал ни слова, многие мои вопросы явно вызвали у него реакцию. Он сжимает челюсти, если я слишком близко подхожу к больной теме, у него дергаются уголки рта, когда я говорю что-то смешное. И я уловила, как он искоса глянул на меня и сглотнул, когда машина подпрыгнула на ухабе и у меня задралась юбка.
Наконец я умолкаю, Коннор откашливается, и я уже готова услышать нечто крайне важное или хотя бы ответ на один из моих вопросов. Но вместо этого «жених» произносит:
– Мы почти приехали. У тебя есть две минуты, чтобы передумать.
Я решаю воспользоваться методом Алерии: кладу ладони на бедра и закрываю глаза:
– Прошу тебя, Мироздание, если ты не слишком занято прибоями и эрозией почвы, улучи минутку, пожалуйста, и проследи, чтобы наша с Коннором опасная миссия по встрече с его суперстрашной семейкой прошла успешно. Спасибо тебе. Мир, свет, любовь, жвачка. С меня пончики. Поппи.
Я открываю глаза и натыкаюсь на шокированный взгляд Коннора:
– Ты что, всерьез молилась Мирозданию, чтобы семейный обед прошел успешно? И обещала взамен пончики? Причем тут пончики?
– Все любят пончики. – Я пожимаю плечами. – Даже Мать-природа.
Коннор моргает в полном недоумении, не зная, что на это сказать. Я решаю окончательно запутать его:
– Я периодически ротирую молитвы и пожелания. Надо все тылы прикрыть, да и вдруг там, наверху, кто-то есть, и он мне поможет в будущем?
Коннор только хмыкает в ответ. Через минуту мы подъезжаем к дому. Не знаю, чего я ожидала, но явно не такого. Это не просто дом, это целый особняк. Особнячище, судя по размерам.
Машина останавливается. Коннор тяжело вздыхает, изо всех сил сжимая руль, и я впервые вижу признаки уязвимости в его броне.
– Ты в порядке?
– Это я должен тебя спросить, – говорит он, но ничего не спрашивает. Он обходит машину, открывает мою дверь и только тихо ворчит в ответ на мою благодарную улыбку: – Ладно, пошли, куда деваться.
Возле двери нас любезно встречает мать Коннора, высокая красивая женщина:
– Привет! Скарлетт, как приятно с вами познакомиться! – Она целует воздух возле моей щеки. – Я Дебра, но, пожалуйста, зовите меня мамой. Почему он все это время прятал вас?
– Он вообще держит меня в подвале на цепи, – поддразниваю я. Коннор напрягается, но Дебра только весело смеется, ее голубые глаза искрятся. – Я тоже очень рада познакомиться.
– Мы все так счастливы, что вы смогли приехать, – говорит Дебра. – Уверяю вас, мы вовсе не такие страшные, какими он на описывает.
Она бросает взгляд на сына, и ее фраза кажется больше правдой, чем шуткой. Коннор по-прежнему молчит, и я пытаюсь разрядить напряжение:
– Он мало говорит. Такой классический сильный молчаливый мужчина.
При этом я слегка прижимаюсь к Коннору, стараясь выглядеть как «невеста». К сожалению, он держится напряженно и выглядит так, будто у него в заднице кочерга. Я уже было решаю пихнуть его локтем в бок, чтобы слегка расслабился, но тут Дебра беззаботно смеется. Правда, смех этот не искренний, скорее дань вежливости:
– Хорошо, я пойду позову Кейли и отца, они в кабинете.
Дождавшись ее ухода, я отодвигаюсь от Коннора:
– Слушай, приятель, одна я не справлюсь. Ты тоже должен сыграть свою роль, если хочешь, чтобы спектакль удался. Постарайся получше вжиться в образ.
У Коннора такой вид, будто приветствия уже вымотали его.
– Я же здесь, чего еще надо?
– Этого мало, – предупреждаю я. – Продолжай в таком духе, и всем станет понятно, что я никакая не Скарлетт.
Он только пожимает плечами, и мне кажется, что он уже готов послать всю эту затею с поддельной невестой к дьяволу, а ведь мы всего пять минут как приехали. Я не ожидала такого быстрого финала.
Прежде чем Коннор успевает что-то сказать, появляется Дебра в сопровождении более старой версии моего «жениха». Рядом с ними девушка, явно унаследовавшая от матери красоту и элегантность. Такое впечатление, что в этой семье детей не рожали, а произвели на свет копипастой.
Дебра представляет мне пришедших:
– Это Роберт, мой муж, а это наша дочь Кейли. Дорогие, это Скарл…
– Меня зовут Поппи, – улыбаюсь я. – Простите за путаницу с именем.
– Но я думала, вас зовут Скарлетт? – с любопытством спрашивает Кейли. Похоже, она знает своего братца лучше, чем родители, и сейчас смотрит на меня настороженно.
Продолжая разыгрывать спектакль, я прижимаюсь к Коннору и бросаю на него смущенный взгляд:
– Ну, это наш Кинг-Конг меня так называет. Из-за моих волос, понимаете…
Я показываю на свои рыжие волосы, чтобы объяснить, откуда взялось прозвище. Пусть считают, что это что-то интимное, и отстанут от меня. Вряд ли они захотят, чтобы я называла их сыночка Кинг-Конгом за обеденным столом – вдруг это наведет кого-то на мысли о размере члена обезьяны и о диком сексе в джунглях.
– Понятно, – спокойно соглашается Кейли, не поддаваясь на провокацию.
– А где жених? – прерывает нас Коннор, стараясь перевести разговор в другое русло. – Я думал, что встречусь с ним.
Он отлично понимает, что сестра предпочтет говорить о женихе, а не о нас.
– Эван скоро придет, – с улыбкой поясняет Кейли. – Мне надо было обсудить с мамой последние приготовления к свадьбе, а он уже устал от разговоров на эту тему. Я, наверное, слегка свихнулась на торжестве, сами понимаете.
Я не понимаю. Я из тех женщин, которые выскакивают замуж по случайной прихоти, когда время придет, но нужно играть свою роль:
– Ну конечно, понимаю. Однако всему свое время, это ваше время уже пришло. Вы, наверное, так взволнованы.
В восторге от того, что нашла нового слушателя, Кейли слегка взвизгивает и приплясывает:
– Просто дождаться не могу! Вы должны прийти на свадьбу и заставить прийти его.
Она бросает на нас умоляющий взгляд. Коннор только хмыкает в ответ:
– Кейли, я приехал на ужин и обещал встретиться с Эваном. Давай на этом остановимся.
Кейли разочарована его спокойным небрежным тоном, на глаза у нее наворачиваются слезы, но она смотрит на брата с улыбкой:
– Ладно, я на самом деле рада, что ты пришел. Просто я думала, что…
Дверь открывается, и мужской голос зовет:
– Детка, ты где?
Просияв, Кейли бежит к двери. Сквозь дверной проем видно, как она бросается в объятия светловолосого мужчины в костюме. Он кружит ее в воздухе и смачно целует. Очевидно, это и есть Эван.
– Я так по тебе скучал, – ласково говорит он, словно герой голливудской мелодрамы, окидывая ее обожающим взглядом.
Та светится о счастья. Они заходят в комнату, и Кейли возбужденно тянет жениха за руку:
– Эван, это мой брат Коннор и его невеста Поппи.
Эван с улыбкой протягивает Коннору руку:
– Рад встрече, дружище. Кейли много про тебя рассказывала.
– Но вряд ли что-то хорошее, – острит Коннор и вежливо, но твердо пожимает протянутую руку.
– Прошу к столу, – вмешивается мать семейства, пока разговор не принял нежелательную окраску.
Мне кажется, Коннор прав: вряд ли Эван слышал много хорошего про него.
Мы переходим в столовую. Несмотря на размер и официальное убранство комнаты, стол сервирован по-домашнему. Похоже, хоть семья и богатая, нос они не задирают.
– Как прошел день, Эван? – спрашивает Дебра, открывая бутылку вина. – Готов к главному событию?
– Все в порядке. Босс одобрил отпуск, а сотрудники даже закатили импровизированную вечеринку в столовой. – Он поворачивается к Кейли. – Подарки уже в машине, Дженис записала, кто что прислал, чтобы мы не ошиблись в благодарственных письмах.