Мамина нелюбовь. Как исцелить скрытые раны от несчастливого детства

Точно так же, как и дети растут, когда их потребности удовлетворяются, так и удовлетворение ранее неудовлетворенных потребностей внутреннего ребенка позволяет ему взрослеть. Части нашего «я», вращающиеся вокруг таких потребностей, затем могут постепенно исчезнуть. Другие детские состояния приходят, принося важные дары, качества, часто отрезанные и потерянные в нашем собственном детстве, а сейчас они могут быть возвращены. Некоторые из этих качеств естественного ребенка описаны ниже.
 
Ребенок как мать для «я»
Понимая, что ребенок – это отец человека, можно сказать, что ребенок – это мать настоящего «я». Как обычно считается, ребенок – сущность этого настоящего «я». Так Карл Юнг описал архетип ребенка, который он рассматривал как символ целостности.
Этот архетип также называют естественным ребенком или божественным ребенком. Некоторые качества этого ребенка включают в себя:
• честность и подлинность;
• нежность и щедрость, любящее сердце;
• невинность и «мышление новичка»;
• открытость и доверие;
• воображение и интуитивное знание;
• любопытство;
• изумление, благоговение и настрой на игру;
• спонтанность и неокультуренные, естественные модели поведения, которыми мы восхищаемся в маленьких детях;
• жизненную силу и живость.

Большинство тех, кто выступает за работу с внутренним ребенком, делают это в надежде не только исцелить раненого ребенка, но также и возвратить эти его чудесные качества.
 
«Работа с внутренними частями»
Мы определили многие состояния внутреннего ребенка, среди которых наиболее часто встречаются естественный ребенок (смотри выше), ранимый ребенок, пострадавший ребенок, беспризорный или брошенный ребенок, сердитый ребенок. У нас также есть различные «взрослые» части; например, одни заботящиеся, а другие критикующие.
Осознавая существование всех этих различных аспектов, естественно будет говорить о «работе с частями». Именно таким образом большинство людей думает об этом самостоятельно, и этот язык начинают также применять и психотерапевты.
Часто для того, чтобы начать исследование этих внутренних частей, требуется всего лишь разрешение в таких категориях подумать и готовность оставить в стороне скептицизм и страх и начать присматриваться. Обращая внимание на свои чувства, модели поведения, внутренние комментарии и язык тела, вы можете начать настраиваться на различные части себя, формирующие ваш опыт. У этих частей собственные потребности, мотивация, убеждения, воспоминания и особый колорит.
У некоторых людей вызывают чувство обеспокоенности мысли о таких узнаваемых и на первый взгляд независимых частях, действующих внутри них, как отдельные личности. Им сразу приходит на ум то, что раньше называли раздвоением личности (а сейчас называется диссоциативным расстройством идентичности, или ДРИ), и это их пугает. Разница состоит в том, что составные части человека с ДРИ практически полностью отделены от сознания и им нелегко устанавливать связь друг с другом и сосуществовать. Человек, страдающий ДРИ, «теряет время» и бывает потрясен, когда обнаруживает свидетельства своего поведения, о которых ему ничего неизвестно. Переключение от одной части к другой происходит непроизвольно, а части обычно порождены травмой. По мере того как люди с ДРИ работают с этими частями, части могут стать более осведомленными друг о друге и начать работать совместно, и это задача большинства методов психотерапии по работе с внутренними частями.
Некоторые новейшие методы лечения подчеркивают, что во всех нас эти альтернативные «я» – «как реальные люди» со свои собственным стилем и энергетическим портретом. По-видимому, мы движемся в сторону большего понимания и принятия естественной множественности во всех системах, включая человеческую личность. Если вы не находите незнакомую одежду в своем шкафу и к вам не приходят и не называют вас другим именем, значит, ваша множественность не вмешивается в вашу жизнь.
У кого из вас нет надутого ребенка? Раздраженного критика? Иметь эти части нормально, но предпочтительно их узнавать, «ловить с поличным» и выбирать, когда мы хотим действовать в одном из них.
Я считаю полезным дать этим частям имена и связать их с неким образом. Вы можете пользоваться художественными материалами и вставлять свои фотографии, если это помогает. Вы также можете использовать различные предметы (например, мягкие игрушки). Часто вы начинаете с конкретного изображения, которое, как любой образ, может быть моментальным снимком события во времени. У вас может быть большое количество изображений, объединяющихся и видоизменяющихся всеми возможными способами. Ниже следует история моей работы с Марией.
История Марии: От каменного ребенка к ласковому ребенку
Мария начала серьезно заниматься работой с внутренними частями, когда осознала пустоту, оставленную эмоционально отсутствующей матерью. В семье она также пережила физическое насилие, и когда на сеансе психотерапии ее сподвигли установить контакт с внутренним ребенком, единственный ребенок, которого она смогла найти, был «ребенком-призраком», казавшимся хрупким и иллюзорным. У Марии практически не было счастливых воспоминаний из детства, чтобы использовать их для поиска жизнеспособных частей ребенка. Она согласилась купить материалы для художественного творчества для будущей работы с внутренними частями.
Сразу после покупки художественных материалов Мария была удивлена, услышав настойчивый внутренний голос, наставляющий ее, как сделать его изображение. Из красного картона, блесток и картинок, вырезанных из оберточной бумаги, она создала образ ребенка по имени Земляника. Мария признала в Землянике жизнерадостного ребенка, рожденного из наших нескольких лет совместной работы и ее надежной привязанности ко мне, своему психотерапевту. Земляника была полна энергии, врожденной смекалки и любви. Многие бы сказали, что Земляника была естественным ребенком; Мария видела в ней ребенка, которым она могла бы быть, если бы получила воспитание, позволившее бы ей расцвести. Земляника стала источником утешения и руководства для Марии и ее различных травмированных детских частей.
Среди этих травмированных детских частей были Брошенный ребенок (с красной кровоточащей дырой в сердце); Каменный ребенок, представляющий собой состояние шока; и Праведный Гнев, злость, связанная с перенесенной ею жестокостью. Мария также сделала изображение и вела диалог с частью, которую она называла Нежная Невинность, представлявшую ее изначальную нетронутую натуру.
С течением времени, работая дома и на сеансах психотерапии, Мария заметила, что Каменный ребенок исчез. Праведный Гнев тоже отступил и сошел со сцены. Прежде чем это сделать, Праведный Гнев попросил, чтобы его признали все другие части.
Изображение Брошенного ребенка продолжало со временем меняться, становясь ярче и сложнее. Мария нашла свою старую фотографию и использовала ее в изображении, которое она называла «изначальный травмированный ребенок». Она приклеила фотографию на маленькую коробку и положила в нее несколько образов оставшихся частей травмированного ребенка.