Тени черного волка

Он прикинул свой дальнейший маршрут. В принципе, он двигался в правильном направлении, но следовало внести небольшую поправку… Можно было спускаться. Интуиция заставила его посмотреть вниз – тут-то он и увидел волков! Их было четыре – три обычных, серых, и один крупный черный… Они растерянно топтались под дубом, нюхали землю, вертелись на месте, пытались пойти дальше, но тут же возвращались… Все ясно: след преследуемого внезапно пропал, хотя запах витал в воздухе, скорей всего, от повешенных на нижних ветках рюкзака и оружия – сам Курт находился слишком высоко, поэтому легкий ветерок относил человечий дух в сторону и растворял в атмосфере…
Звери не понимали, в чем дело, нюхали следы, сходились и терлись друг о друга, как будто советовались. Посмотреть вверх они не догадывались, да и не смогли бы этого сделать: шея волка не гнется, он даже поворачивается всем телом, а уж задрать голову вверх у него и вовсе не выйдет! Наблюдая за хищниками, Курт понял, что черный волк среди них главный и остальные ждут от него советов или указаний… И еще он порадовался, что не бросил оружие на земле: звери вполне могли погрызть арбалет и унести меч… Но сидеть на вершине дуба тоже не входило в его планы, видно, придется спуститься и, добравшись до оружия, вступить в бой. Правда, арбалет на ветках не натянешь, а с одним мечом против четырех хищников выступать опасно… Хотя вся его жизнь состояла из опасных ситуаций. И до сих пор он всегда выходил победителем! Правда, победителем можно выйти из схватки много раз, а побежденным – только один… И никто не знает, когда этот роковой раз наступит!
Но в данный момент ему не пришлось испытывать судьбу: черный волк вдруг трусцой побежал в сторону, остальные потянулись за ним. Курт быстро спустился, вооружился и двинулся по скорректированному маршруту. Хотя он понимал: низовой ветер почти мгновенно разнесет его запах и стая бросится в погоню. Вся его жизнь и большой боевой опыт подсказывали, что надо делать, когда тебе угрожает нападение. Надо напасть первым!
Быстро пройдя несколько сот метров, Курт устроил вторую лесную засаду. Хотя первая ставилась для человека, а вторая для хищников, и засады, и те, для кого они готовились, ничем не отличались друг от друга: густые кусты, прорубленная в ветках бойница, заряженный арбалет, обнаженный меч рядом, толстый ствол за спиной. Курт перебрал стрелы. У него был свой секрет точной стрельбы: тщательно подобранные стрелы – каждое древко одинаковой длины, толщины и веса, наконечники тоже одного веса, и оперения, не отличающиеся друг от друга. Сейчас у него было три боевых стрелы – с острыми жалами на конце конических наконечников, которые могут войти в щель доспехов или между кольцами кольчуги и иногда даже разорвать их… Две стрелы предназначались для охоты: треугольные, остро заточенные наконечники наносили большие раны. Конечно, их можно было использовать не только против зверей, но и против врагов, не имеющих броневой защиты. Такой стрелой Курт зарядил арбалет и стал ждать.
Через некоторое время в отдалении послышался волчий вой: стая почувствовала человека! Но хищники не знали, что будущая жертва превратилась в охотника… Медленно тянулось время. Стало смеркаться: под деревьями темнеет быстрее, чем на опушке. Опять раздался вой, теперь гораздо ближе. Но оказалось, даже еще ближе, чем он предполагал: кусты напротив вдруг шевельнулись, раздвинулись, и из них, оскалившись, вышел большой серый волк. Чуть дальше, в серых сумерках, показались силуэты ещё двух, немного меньших размеров, скорее всего, молодых. Черного видно не было, но Курт и не собирался его дожидаться. Он прицелился.
– Дзынн! – сорвалась с зацепов туго натянутая тетива, с силой выбрасывая стрелу. – Тух!
С мягким звуком она вошла в серую шею, и волк повалился замертво. Бросив арбалет и размахивая мечом, Курт бросился вперед. Второй хищник бросился на него, но острый клинок оборвал прыжок: зверь, взвизгнув, отлетел в сторону и, с трудом волоча ноги, бросился обратно в кусты. А третьего волка уже не было!
Не теряя времени, Курт вырезал загривок убитого зверя. Волки едят людей, но люди волков – нет. Кроме специально подготовленных к лишениям и подножному корму. Бойцы Тайной стражи относились к их числу. Курт мог есть змей, мышей, гусениц и любую другую белковую пищу, способную поддержать силы. В сравнении с ними кусок волчьего мяса кажется деликатесом…
Унося добычу, он продолжил свой путь. Скоро пришлось поджечь сложенные вместе несколько веток и освещать путь импровизированным факелом. По доносившемуся сзади рычанию он понял, что оставшиеся в живых волки жрут своего менее удачливого сородича. Это был хороший признак. Не с точки зрения морали: звериный каннибализм – поедание животными особей своего вида, – осуждается так же, как людоедство, хотя надо честно признать, что многие африканские племена такое осуждение не останавливает. Хороший признак заключался в том, что Курт точно знал: насытившийся зверь не побежит мстить за погибшего собрата, а отправится спать. Им руководит только голод. Человек – более сложная и тонкая натура: палитра мотивов у него весьма широка, поэтому он способен убивать и сытым, и голодным…
Отойдя на достаточное расстояние, Курт разжег костер, зажарил порезанную на куски жесткую волчатину и утолил голод, поддержав иссякающие силы. Потом, положив рядом меч, устроился на ночлег, но спал плохо, опасаясь нападения: логика поведения зверя еще менее предсказуема, чем поведение человеческих особей…
Курт шел еще день и почти приблизился к своей цели. Хотя он периодически проверялся, преследующих волков не заметил. Значит, отстали! Одной проблемой меньше… Но он ошибся!
Следующей ночью он неожиданно проснулся, будто его кто-то толкнул. Все, вроде бы, было спокойно. Горел костер, тишина, вокруг никого… Но что это за красные точки правей костра? Они приближаются, и тьма вокруг них гуще остальной, как будто к нему крадется кусок ночи… Блики рыже-красного пламени обрисовали сливающуюся с темнотой лохматую тушу. Черный волк! Он даже не боится огня, идет уверенно и спокойно… Или это сон?!
Курт схватил меч и вскочил на ноги. В следующее мгновение зверь прыгнул! Время растянулось, как всегда бывает у тренированного человека в минуты смертельной опасности. Огромное вытянутое тело медленно летело по воздуху, как недавно парящие над холмом орлы. Можно было подумать, что у него выросли невидимые крылья! А голова осталась прежней – с оскаленной пастью и белеющими в темноте зубами.
Курт отскочил в сторону и взмахнул мечом.
– Фьють! – свистнул рассекающий воздух клинок. Но он наступил на ветку, пошатнулся и бил из неустойчивого положения, поэтому удар оказался неточным – меч почти не встретил сопротивления: пересек вытянутую вперед лапу и просвистел дальше, в пустоту, так что Курт с трудом удержался на ногах. А волк – не удержался! Взвизгнув, он чуть позже отрубленной лапы тяжело рухнул на землю, перекувыркнулся, ещё не понимая, что произошло, вскочил, зарычал и попытался броситься на врага, но тут же снова упал – на трех лапах много не попрыгаешь… Курт, перехватив меч двумя руками обратным хватом, занес его, чтобы пригвоздить зверя к земле, но тот неловко развернулся и поковылял прочь, оставляя за собой темную полоску…