Тайна Холли

– Ты ведь тот самый мальчик-пума, верно? Который говорит по-лосиному с ужасным акцентом?
Я испуганно обернулся – откуда доносится голос? Гудфеллоу точно где-то здесь! Только вот где, разрази меня гром! Весьма неприятно, когда за тобой кто-то наблюдает, а ты не знаешь, где этот кто-то находится! Вонь серы заглушала все остальные запахи. Мне оставалось только одно: отвлечь Гудфеллоу разговором, а самому тем временем продолжать его искать. Может быть, я замечу, удаляюсь я от него или, наоборот, приближаюсь, если голос будет усиливаться или слабеть.
– Вы что, уже забыли моё имя? А ведь вы провели в нашей школе три недели!
У меня в голове раздалось безрадостное хихиканье:
– Для разнообразия было неплохо побыть учителем. Но я сменил столько профессий…
– Каких же, например? – спросил я. Где же он прячется?! Наверное, между соснами, растущими вдоль тропы, которая ведёт к гейзерам и вулканическим озёрам. Я стал быстро пробираться в том направлении, с нетерпением ожидая ответа.
– Ах, спроси что полегче. Егерь, повар, продавец, садовник, пасечник, дрессировщик животных… Наверное, что-то я забыл. Я и имена свои часто менял, но имя Гудфеллоу мне нравилось.
Нелёгкая у него, похоже, выдалась жизнь. Не хотелось признавать, но я был весьма впечатлён:
– Вы не задерживаетесь подолгу на одном месте, да? Промышляете грабежами там, где вас ещё не знают, а потом перебираетесь в другой штат?
Где же этот тип, чёрт бы его побрал?! Наверняка он где-то поблизости, но я его не вижу! Или он принял обличье осы? Тогда мне ни за что его не найти – он будет водить меня за нос сколько пожелает.
– А ты догадлив, Караг.
В его словах мне послышалось одобрение. Плевать я хотел на его похвалу! Этот нож для писем чуть не убил нас с Холли. Моя жизнь ничего для него не значила, он думал только о себе. И возможно, если моё предположение верно, ещё о своём новом боссе Эндрю Миллинге, самом опасном оборотне на свете.
Все мои чувства обострились. Как бы я хотел, чтобы Джеймс Бриджер, Билл Зорки или Тикаани сейчас оказались здесь! Да, пумы по натуре одиночки… Но я был не только хищной кошкой и в этот момент чувствовал себя ужасно одиноким.
Я снова мысленно обратился к Гудфеллоу:
– Я только одного не понимаю: зачем вам всё это? Если вы работали, то наверняка зарабатывали достаточно денег, чтобы прожить на них, будучи человеком… А в обличье гризли или осы деньги вам вообще ни к чему!
Гудфеллоу ответил не сразу, тишину нарушало только шипение бурлящего гейзера. Потом в моей голове раздался тихий смех… Но на этот раз не злорадный, а печальный:
– Да что ты понимаешь! Мне нужны деньги, ещё как. К несчастью. Лучше бы я жил медведем на своей прежней территории в Канаде…
Я напрягся, молча ожидая продолжения. Мои широкие лапы бесшумно касались земли. Мне показалось – или его голос в моей голове стал немного громче, то есть приблизился?
Гудфеллоу опять заговорил:
– В тех краях жили ещё мои родители, там чудесные леса и река с ледяной водой, в которой водится лосось. Но потом люди обнаружили там нефтеносный песок и теперь хотят непременно заполучить эту нефть. Территорию скоро продадут, и тогда они начнут рыть землю и всё разрушат. К тому времени я должен собрать деньги.
Я остановился, поражённый тем, что услышал.
«Нет!» – пронеслось у меня в голове. Я знал, каково это – лишиться территории: это означало потерять не только родину, но и возможность прокормиться в обличье гризли. А когда знаешь, что твои владения собираются уничтожить, нельзя сидеть сложа руки или искать себе новую территорию.
– И никто не помешает мне раздобыть эти деньги! В том числе и ты, мальчик-пума!
Я почувствовал, как у меня за спиной из ниоткуда возникло что-то огромное, возвышающееся надо мной тёмной косматой горой. На меня замахнулась здоровенная лапа с длинными когтищами. Если бы я не увернулся, её удар сломал бы мне хребет.
Я молниеносно откатился в сторону и, в свою очередь, попытался его ударить. Гризли сердито хрюкнул. С чего он вообще на меня напал?! Неужели не мог допустить мысли, что я его пойму? Увидев, что он просто забирает награбленное, я дал бы ему уйти! Но вот так внезапно напасть со спины – подло!
– Между прочим, кое-кто обещал мне в этом помочь, – услышал я в своей голове голос Гудфеллоу. – У него достаточно денег, чтобы осуществить мой план, и он готов со мной поделиться. Он скоро назначит меня своей правой рукой. Ах да, он говорил, что я сделаю ему большое одолжение, если расправлюсь с тобой!
У меня внутри всё похолодело. Значит, моя догадка верна.
– Эндрю Миллинг, – сказал я. – Вы его союзник, да? Вы нужны ему, чтобы навредить людям, как он задумал, так?
– От людей одно зло – не вижу ничего плохого в том, чтобы им навредить. Буду только рад. Мы должны показать им, что они нам не указ!
Что бы я ни предпринимал, этот великан надвигался на меня, с несокрушимой силой тесня вдоль тропы, пока мы не оказались вблизи деревянных мостков, по которым туристы могли добраться до вулканов. Рядом с нами дымилась горячая илистая почва. Но я ни в коем случае не хотел ступать на эти узкие мостки – там мне от него не увернуться!
Я поднялся на задние лапы и обрушил передние на его морду. Гудфеллоу с рычанием отвернулся, и я услышал его смех у себя в голове.
– Ты не так умён, как тебе кажется, малыш, – сказал он. – На твоём месте я не стал бы этого делать.


– Это ещё почему? – холодно спросил я.
– Потому что у меня твоя подруга. Мышь. Это было не очень дальновидно с твоей стороны – оставить их с волчонком одних в машине.
Меня охватил озноб. Нет-нет, только не это – неужели Нелл и Миро и правда угодили к нему в лапы?! Что он с ними сделает?!
Видимо, он почувствовал мои смятенные мысли, потому что тут же добавил:
– Они вернутся к тебе живыми и невредимыми, если ты сейчас просто ничего не будешь делать. Я заберу свои вещи и исчезну – бай-бай. И тогда ты сможешь освободить мышку.
Во мне кипела бессильная ярость. Какой же идиот этот оборотень с тремя обличьями! Я бы так и поступил, если бы он оставил нас в покое. Его история меня очень тронула, и я не собирался мешать ему спасти территорию. Но теперь я решил его задержать. Этот оборотень опасен! Мы должны его остановить, пока он благодаря своим необычным способностям не натворил чего-нибудь ещё. В одиночку или вместе с Миллингом и его людьми.
– Где они?! Что вы с ними сделали?! – прорычал я и попытался его укусить, впиться клыками в его переднюю лапу. Но мои зубы сомкнулись на пустом месте, а в моей открытой пасти зажужжала оса! Жгучая боль пронзила меня – оса ужалила меня в нёбо.