Своя среди чужих

— Zauberhaft (Волшебно), — добавила Сара на немецком языке. Затем, продолжила: — В мой первый прилет сюда, я была очарована здешними праздниками. Яркими красками и танцами. До этого я такое только в фильмах смотрела. Казалось, что все придумано специально для съемок. Но затем, меня пригласили на фестиваль огней. Тогда-то я поняла, что ничего реальней и быть не может. Это место запало мне в душу. Заворожило.
— Похоже, что и я попалась на всю эту красоту, — улыбнулась я. — Начинаю влюбляться все больше.
Спустя некоторое время в кафе появились трое мужчин в национальной индийской одежде. Тогда я узнала, как называлась их одежда. Широкие штаны — лунги, и длинная рубаха — курта, обшитая золотыми нитками. На ногах легкие сандалии. Один из них бил в бубен. Второй, играл на флейте. Эти странные на вид инструменты, издавали красивую музыку. Посетители потихоньку оживились. Кто-то встал и начал двигаться в танце, а кто-то, не вставая из-за стола, двигал плечами и хлопал в ладони. Каждый танец — это история. Каждое движение в танце — это часть этой истории. Танцор, словно рассказывает историю. Движения тела и рук мужчины завораживают. Я не могла отвести взгляда. Тело танцора было сильным, и в тоже время пластичным. Его лицо скрывал грим. Тогда мне показалось, что он смотрел больше на меня. Будто обращался ко мне. Когда музыканты закончили представление, все зааплодировали.
Ближе к вечеру мы вернулись в отель и разошлись по номерам, пожелав друг другу спокойной ночи. Я смотрела на кулон, купленный на местном базаре. Это был не просто кулон, а тайник, предназначенный для карты памяти. Взяв в руку мобильный телефон, неуверенно набрала номер Эммили, но через пару секунд отменила вызов. Что я ей скажу? Какое оправдание найду своему поступку? Внезапно улетела, ничего не сказав. И за все это время ни одного сообщения, ни одного звонка. В незнакомой стране, не зная языка и традиций. Через несколько минут я уже стояла у дверей номера Сары, не решаясь постучать. Хотелось рассказать кому-то о внутренних терзаниях и переживаниях. Поделиться тайной. Прислонилась спиной к стене и вздохнула. Подняла лицо к потолку и закрыла глаза. Нет, пусть все остается в тайне. Теперь тайна — мной темный попутчик. С этими мыслями, вернулась в свой номер.
Утром, я посетила местный кондитерский магазинчик. И тут, многое узнала о сладостях. Я как-то видела, как делают джалеби в фильмах, но никогда не видела, как их делают вживую. Фруктовая самоса, чем-то похожая на жареный пельмень. Кунжутное бурфи (помадка) из сухого молока. Расмалай (творожные шарики) под сливочным соусом. Ладу из нутовой муки с кокосом, орехами и кардамоном. Здесь же можно было попробовать индийскую халву из манки. Такие сладости не приготовили бы в российской пекарне. Пропитавшись сладким ароматом, я довольная вышла из магазинчика.
Казалось, ни один день здесь не проходит без танцев и музыки. Если вспомнить, как проводят праздники в России, то Индия — лучшее место. Когда мне еще посчастливится принять участие на празднике красок. На площади находились палатки, где продавали красящий порошок. Я купила порошок лилового цвета и зеленого. Спрятав пакетики в сумку, решила, что наполню красивую баночку и буду вспоминать о днях в Индии. На площади собралось много разноязычных туристов. Я с интересом разглядывала их улыбающиеся лица. Над их головами появлялись красочные облачка, окрашивая людей разными цветами радуги. Завораживающее зрелище. Я бы тоже присоединилась к ним, но на мне сейчас чистая одежда и мытые волосы. Поэтому, просто стояла в стороне и наблюдала, улыбаясь.
Он уверенно вышел из танцующей толпы и, словно в замедленной съемке, направился в мою сторону. Его белая курта была окрашена красками. Темные глаза блестели и гипнотически притягивали. На его лице не было ни тени сомнений в том, что он делает что-то неправильно. Мужчина останавливается передо мной. Протягивает руку и касается моей правой щеки. Потом, левой. Я замерла и раскрыла рот от удивления. А когда незнакомец исчезает в толпе, с трудом пришла в себя. Ну вот, мое лицо и чистая одежда испачканы краской, которую было трудно отстирать. Сердце бешено колотится. Ощущение, испытанное сейчас, имело вкус, который раньше не пробовала. Острый и сладкий одновременно. Покинув площадь, поспешила в отель. Скинула тунику и выругалась. Сейчас мне хотелось отыскать наглеца и наказать за содеянное. Но позже, успокоилась и улыбнулась. Все же, это было забавно.
В ресторане отеля на ужине, я услышала беседу за соседним столом. Гости упомянули храм, исполняющий желания и дарующий покой прихожан. Но до деревни, где он находился, долго добираться. Служащий отеля протянул мне листочек с номером, по которому я могла заказать машину. Позвонила, но никто не отвечал. Не ответили и через час. Я расстроилась. Как мне добраться до деревни, не зная дороги и языка? Выяснив причину плохого настроения, Сара предложила свою помощь.
Поедая вкусняшки, я внимательно слушала, как Сара говорила о традициях Индии. В Индии много бедных и бездомных. Работу трудно найти, если только ты не из богатой семьи. И если есть опыт в бизнес сфере, возьмут не задумываясь. Имея на руках хорошие рекомендации с прежней работы — добро пожаловать. Выйдя замуж за индуса, быть готовой сидеть дома и целый день заниматься бытовыми вопросами, так как все хозяйство ляжет на хрупкие плечи жены. Знать сотню традиционных блюд и уметь их готовить. А если каждый член семьи любит разную пищу, то суметь приготовить каждому индивидуально. Подносить блюдо с уважением, начиная со старших. Две хозяйки должны ужиться на одной кухне. Носить сари в сорокоградусную жару. И что бы никаких джинсовых брюк. Уметь петь и танцевать, как любая индийская девушка. Тут Саре пришла удивительная идея. Мысль, которую нужно было воплотить незамедлительно. К тому же, это было частью некого плана девушки.
Трехколесный экипаж, называемый «рикшей», остановился у большого одноэтажного дома из белого кирпича. Сара отворила калитку и вошла во двор. Вокруг много кустов с розовыми цветами. К дому вела дорожка из красного камня. Чем ближе, тем громче звон колокольчиков. Я прислушалась. Войдя в открытые двери дома, остановилась. В центре комнаты танцевала группа девочек разного возраста. Самой младшей было не меньше трех лет. На тех, что постарше, на ногах были надеты браслеты с бубенцами — «Гунгру» и «Челангаи». Я смотрела с улыбкой. С восхищением, так как всегда представляла себя на месте этих танцовщиц. К нам подошла женщина и сложила ладони перед собой так, словно молилась. Поприветствовала прибывших гостей в ее дом. Сара сказала что-то и улыбнулась. А в ответ услышала родные русские слова. Как же рада была я узнать, что хозяйка дома русская. Женщина повела нас в сад, где присев на скамью, с интересом начала расспрашивать. Позже, принесли чай. Изумительный аромат корицы и имбиря витал в воздухе. Ляля в прошлом, а сейчас Амала, с удовольствием позволила нам примерить ножные браслеты для танцев. И показала несколько несложных движений. Я стояла в центре комнаты и повторяла за Лялей. Приятная дрожь полилась по телу с каждым движением и ударом ног. Когда мы покидали школу танцев Амалы, женщина напомнила, что можем приходить в любое время. И нам всегда будут рады.
Сара смотрит на время и с ужасом понимает, что не успевает приготовиться к важному вечернему мероприятию. Войдя в ворота небольшого торгового центра, мы расходимся в разные стороны. Меня увлекла палатка с большим количеством красивого сари. Внимание привлекла розовая прозрачная ткань с золотой вышивкой ручной работы в виде цветка лотоса. Касаюсь ткани ладонью, ощущая ее легкость. Смотрю перед собой сквозь ткань и вижу его. Незнакомец медленно подходит, словно крадется. Это уже не походило на простую случайность. Словно все дороги, по которым я шла, соединялись с его дорогами. Нас разделяла лишь прозрачная ткань. Он стоял передо мной и смотрел в мои глаза. Теперь, когда он так близко, ничто не мешало заметить его широкие плечи, сильные руки и спортивное тело. Его шею украшал кожаный шнур, на котором прикреплена ладанка. В таких ладанках-кулонах хранили мантры. Я делаю шаги назад и спешно ухожу.