Танцующая в огненном цветке
Приемный холл, а за ним уже переливаются сполохи голубого и фиолетового пламени. Как и двадцать лет назад…
— Пожалуйста, подождите здесь, — и женщина быстро ушла.
Селина стояла, завороженная игрой огненных лепестков, и наконец появились две пожилые женщины. В простых синих платьях, какие носят хранительницы и Наставницы, и явно переодевались в спешке. Селина поклонилась им.
— Здравствуй, Селайна. Мы рады видеть тебя, после стольких лет.
Похоже, когда-то знала их, хотя не помнила имен. А представляться хранительницам не пристало.
— Я венчалась с мужем в этом храме. Потом мы подтвердили обеты в Токайдо. Я пришла, чтобы в третий раз произнести их.
— Но где твой муж?
— В тюрьме у Мадоса, его не отпустят. Его зовут Илья Варламов, и Великая рогна должна была передать его согласие.
Одна из рогн прикрыла глаза, и ее лицо приняло мечтательное выражение. Немного погодя она улыбнулась:
— Да, Сайнаара подтверждает это. Подожди, пока я схожу за вашими венками. Наши юные рогны неопытны и вряд ли найдут. И еще, мы соберем всех в обители, это большой праздник. Не возражаешь?
— Нет, конечно. Я подожду.
Обе рогны ушли. Вскоре в холле стали появляться женщины — разного возраста, просто одетые, им явно было не до нарядов. Все кланялись, и Селина отвечала кивком. Впорхнула стайка юных рогн, они уставились на Селину широко открытыми голубыми глазами.
Вернулись две хранительницы, одна несла венки из голубых цветов.
— Подойдем ближе, — сказала она.
Вторая хранительница раздвинула стеклянную перегородку (опять вручную), и все медленно пошли к Цветку. Голубые, зеленые и фиолетовые отсветы бежали по лицам, было торжественно и тихо.
Хранительница с венками встала лицом к живому пламени, и слегка вздохнула.
— Жаль, мы не подготовились, и будет слишком просто. Пытаемся создать хор, однако девочки только учатся.
— Ничего, — улыбнулась Селина. — Мы венчались в лучшие времена, но тоже наспех и без песнопений.
— Станьте все полукругом, — приказала вторая хранительница.
Селина встала на одно колено, и то же сделала рогна с венками. Она протянула оба к Цветку и размеренно заговорила:
— Мы обращаемся к Тебе, Предвечному свету. Произносим в сердце Твое тайное имя… — ее губы продолжали беззвучно шевелиться, и так же у Селины. Потом продолжала вслух:
— Прошу Тебя в третий раз принять брачные обеты Селайны и Ильи Варламова, и на этот раз сочетать их таинством вечного брака. Да будут они вечно сопутствовать друг другу во всех мирах.
Она встала и, подойдя к Цветку, протянула оба венка во взвевающийся огонь. Подержала — и пламя взметнулось, а Цветок на мгновение сделался весь голубым. Хранительница вернулась, по ее щекам текли слезы.
— Обеты приняты, — сказала она. Надела один венок на голову Селины, а второй дала ей в правую руку.
Селина склонила голову, потом встала.
— Вот и исполнилось, — тихо сказала она. — Благодарю Тебя, Свете невечерний.
Она протянула оба венка хранительнице: — Все равно они останутся у вас в Храме. А теперь…
Она подняла руки к застежкам на плечах, и платье красной волной упало к ее ногам. Остался только изумруд, но и его положила на платье. Оставшись совсем нагой, сделала шаг к Цветку.
— Нет! — крикнула хранительница, а цветок неожиданно изменился: языки голубого пламени как бы втянулись, стали лиловыми, и он превратился в чашу с бархатисто-лиловыми лепестками. Будто волны тёмного жара стали распространяться из центра по лепесткам.
— Цветок ждет, — уже тише сказала хранительница. — И ему не нравится то, что может произойти. Я видела, как одна рогна вот так же вступила в Огненный цветок. Потом мы вытаскивали ее мертвое тело баграми. Другая вообще обратилась в пепел.
Она решительно встала на пути Селины: — Ты давно не юная девушка, ты жила с мужчиной, а отныне разделяешь его карму. Ты умрешь.
Селина улыбнулась: — Неважно, мой дух все равно будет ожидать мужа под стенами Исейона. Но я исполню мечту своей жизни. По крайней мере, попробую.
Хранительница помолчала, потом отступила в сторону.
Глубоко вздохнув, Селина подняла руки, и, будто танцуя, влетела в центр чаши. Пламя мгновенно стало багровым, лепестки взметнулись и одели ее как платье. Селина споткнулась, и показалось — вот-вот упадет. Хранительница ахнула, вскинула руку ко рту, и все в зале ахнули тоже. Но тут же пламя взметнулось особенно высоко — и опало уже голубой и фиолетовой волной. Селина выправилась, раскинула руки и стала медленно поворачиваться. Лепестки пламени — только теперь голубые, зеленые и фиолетовые — льнули к ее телу, одевая вместо платья. Движения Селины становились все увереннее, она танцевала среди пламени. Вокруг вихрился огонь, будто танцуя вместе с ней. Вот Селина замерла на несколько мгновений, а потом вышла из Цветка. Все в зале, как одна, опустились на одно колено.
— Приветствую вас, Наставница! — дрогнувшим голосом сказала хранительница с венками.
Селина тяжело дышала, и щеки были в слезах. Две женщины подбежали к ней, одна вытерла лицо, а другая стала помогать надеть платье. Юные рогны глядели как завороженные.
— Не пытайтесь повторить! — еще косноязычно сказала Селина. — Вы должны пройти тяжелейшие испытания. Все потеряв, все вернуть, со страшным усилием. Только тогда Предвечный свет не отринет вас.
Хранительница покачала головой:
— Они нуждаются в частых наставлениях. Хорошо, что…
— Я не могу остаться, — уже тверже сказала Селина. — Когда-то муж вырвал меня из тьмы, и теперь я должна сделать это для него. — Она огляделась:
— Но что это? Я шла сюда с предвкушением праздника, и он состоялся. Почему же это ощущение не проходит?.. Все ли собраны здесь?
Вторая хранительница подошла ближе:
— Нет, Наставница. Одна юная рогна пришла уже ночью, изможденная, под охраной Пса. Она помылась, мы покормили ее, и она дала обет послушания, потому что иначе нельзя ночевать в храме. Сейчас она еще спит.
— Разбудите и приведите сюда. Я чувствую что-то необычайное.
Хранительница ушла и через пять минут вернулась с девочкой в наспех подогнанной одежде послушницы. Она остановилась на пороге, глядя на Селину, и вдруг опустилась на одно колено. Все опять ахнули.
— Здравствуйте… — девочка запнулась.
— Я леди Селина. Откуда ты знаешь, что передо мною следует встать на колено?
— Я… видела во сне, — сказала девочка. — Цветок изумительной красоты… и я взаправду увидела его, когда давала обет. И… увидела вас. Кто-то сказал мне: «Перед нею встань на одно колено. Она будет твоей наставницей».
— Встань! — приказала Селина. — Перед высшей достаточно встать на колено один раз. А наставницей я могу быть, только если захочешь. Но тогда мы будем связаны неразрывно.