Трое на пути в Хель-Гейт

Император встал: — Может, я еще подумал бы. Но теперь ответ — нет! Это вы можете поразмыслить, каково бросать вызов Российской империи. А чтобы у вас было больше времени… — Он театрально повел рукой.
— Уже четвертой империи, — заметил Толуман. — И каждая следующая живет все меньше и меньше.
— Что? — Император как будто стал выше ростом, а его фигура отбросила грозную тень.
Хотя нет, это все помещение накрыла тень. Потемнело в окнах, темным и таинственным стал женский лик на картине, а свет великолепной люстры желт и тускл.
Что-то запищало, и Координатор достал телефон. Тот был больше, чем у Толумана — наверное, с всякими наворотами, — и на нем перемигивались красные огоньки.
— Связи нет, — холодно сказал Координатор. — Вот каково гостеприимство вашей хваленой империи? Вы не подумали, что я это предусмотрел? Военные действия начнутся незамедлительно, и они не обязательно будут на Северо-востоке?
— Ну, — снисходительно сказал Император, — какое-то время у нас есть. И вообще, давно пора перейти от дипломатической болтовни к делу. Пока оставлю вас в приятной компании, — он кивнул на картину, — а позже за вами придут и препроводят в другое место. Не ставить же здесь биотуалет и таз с водой. Через несколько дней вернемся к разговору, и я полагаю, что вы станете уступчивее.
Он пошел к открывшейся в полумраке двери, и та беззвучно поглотила его. Толуман вскочил и пошел вслед, но дверь уже была закрыта. Снова его запирают в этом сумрачном городе.
— Похоже, мы в ловушке, — молвила Кэти. — Пожалуй, не следовало раздражать его.
— Скорее всего, так и было задумано, — спокойно сказал Координатор. — Мы давно отслеживаем приготовления к военным действиям. Ничего, после нескольких ударов он образумится.
Кэти вздохнула: — Не хочется, чтобы гибли люди. Казалось бы, хватит войн.
Координатор неопределенно пожал плечами, а Толуман по пути обратно завернул к картине.
— Надо же, это «Мадонна Лита», — сказал он, — главное сокровище бывшего Эрмитажа! Император оставил ее лично для себя.
Координатор тоже подошел, глянул и стал расхаживать по комнате, о чем-то сосредоточенно думая. Наверняка у них все спланировано до мелочей.
— Неприятно, — вздохнула Кэти. — Мы как винтики в чьем-то хитроумном плане. Там возможно уже стреляют, а мы взаперти. Как думаешь, куда нас препроводят?
— Недалеко, за реку, — сказал Толуман. — Там Петропавловская крепость с сырыми казематами и полчищами крыс. В одном, кажется, утопили некую княжну, хотя может и сама захлебнулась при наводнении…
Какая-то мысль настойчиво стучалась в голову. Тюрьма за рекой… Храм с подземной тюрьмой, где заперты юные рогны… Испытанная тогда ярость… Слова старшей рогны: «Ты не можешь послать Зов, но через камень я услышу тебя»!
Толуман сунул руку в карман и вернулся к Кэти.
— Брр, — передернула она плечами. — Изумруда я не взяла, не носить же его с бриллиантом. Хотя для него все равно нужна естественная скальная порода…
В ее сумочке вдруг пронзительно зазвонил телефон, и она выхватила аппарат: — Это Матвей, потерял со мной связь. А он дозвонится хоть до чертей в ад.
Послушала, потом сказала: — Да, нас вроде как взяли в плен. И заблокировали обычную связь… Пока ничего не предпринимай, Толуман что-то подозрительно повеселел. Но оставайся на связи.
Не убирая телефон, она повернулась к Толуману: — Хватит теребить свой камушек, я давно знаю про твой талисман. Что у тебя за план?
— Ты знаешь, — сказал он, — политики любят погоняться за двумя, а то и тремя зайцами сразу. Ну, преследуют несколько целей одновременно. Обычно это не выходит, и мой опыт говорит, что лучше сосредоточиться на одном. Однако сейчас тот редкий случай, когда мы действительно можем поймать сразу двух.
Он вынул из кармана цепочку с кристаллом: — Только не знаю, что делать? Не говорить же в него, как в телефон.
— Не очень впечатляет, — пригляделась Кэти. — Похоже на обычный горный хрусталь.
Толуман хмыкнул: — Не всем же изумруды и бриллианты.
Координатор приостановился: — А вы отчаянные ребята. Перешучиваетесь, будто вам ничто не грозит.
— Нас уже пытались сжечь, утопить и замуровать, — сказала Кэти беспечно. — И это еще не полный перечень. Ко всему привыкаешь…
— Ну… — начал Координатор. И смолк.
Дверь медленно отворилась. В проеме снова показался Император, но теперь его лицо было белым, а сзади маячили такие же бледные пятна. Он переступил порог, и стало видно, что к нему прильнула какая-то серая тень. За его спиной сверкнули голубые огоньки — похоже, парализаторы. Ничего не изменилось. Потом от грянувшего выстрела заложило в ушах. На этот раз болезненный стон, шум упавшего тела, и потянуло смрадом горящего мяса. Кэти передернуло.
— Никому не применять оружие, — прошелестел бесплотный, но пронизывающий до костей голос. — Погибнете и вы, и ваш Император… Что же вы остановились, ваше Величество?
Император механической походкой пошел вперед, дверь закрылась, а серая тень отступила чуть в сторону.
— Это старшая рогна, — пояснил Толуман Координатору. — Вам не следует бояться ее. И перечить ей тоже.
— Здравствуй, моя девочка, — обратилась рогна к Кэти. — Не помнишь меня? Я сопровождала тебя на похоронах его отца, — она кивнула в сторону Императора. — А вы, ваше Величество (это прозвучало как плевок) видели ее тогда, но похоже не сделали выводов. Иначе отнеслись бы с большим почтением.
Император прохрипел: — Вы… не смеете вмешиваться… в дела людей. Иди прочь.
Смех рогны походил на скрип железа по стеклу.
— Обычно это так, я не имею права явиться по собственной воле. Но на этот раз меня пригласил человек, который стал другом рогн. Мы обязаны помогать таким. Я долго ждала этого случая… Чего ты хочешь, мой мальчик? — повернулась она к Толуману.
Чувство облегчения, и одновременно пронизывающего холода — осторожно, он открыл дверь для смертоносных сил чуждого мира!
— Первое, — сказал он как можно спокойнее. — Освободи нас из этого места. Второе. Освободи рогн, заключенных в Темном храме, что ниже по течению реки. Охотниц от извращенного Дара, а юных рогн из плена. Это всё.
— Я рада, — прошелестела старшая рогна. — И выполню просьбу. Как ты предлагаешь сделать это?
— Сейчас ты выведешь нас отсюда, вместе с Императором. Мы вместе поедем к храму. Там сделаешь, о чем я просил, а мы подождем. Затем отправимся в аэропорт. Ты постережешь Императора, пока мы не улетим на безопасное расстояние.
— А как же она сама? — вскинулась Кэти. — Ах да…
Во взгляде Верховного координатора было явное удивление.
— Это… похищение государственного деятеля, — прохрипел Император. — Терроризм.