Брачные узы
Вернулась на кухню и занялась блинами. Один за другим, тонкие и кружевные, они отправлялись со сковороды на тарелку и укладывались на ней стопочкой. Теплый воздух наполнился аппетитным ароматом.
— Доброе утро, — в дверном проеме показался Митя. В одних брюках, с голым подтянутым торсом. Темные каштановые волосы взлохмачены. Отлежал правое ухо и щеку и теперь по ним рассыпались красные складочки. "Ну просто красавчик!" — умилялась я.
Отставила сковородку и обняла мужа.
— Доброе утро, дорогой, — крепко прижалась и поцеловала в щеку. — Завтрак почти готов.
Митя прошел в комнату и сел за обеденный стол. Я направилась к плите. Включила чайник. Достала из шкафа кружки. Митя подпер ладонью голову и медленно моргал.
— Не выспался? — усмехнувшись, спросила я.
— Это все ты, — легко улыбнулся и, подавшись вперед, шлепнул меня по попе.
— Эй, — весело возмутилась я. Наклонилась и прильнула к его губам долгим поцелуем. — Не зря же?! Ночка выдалась жаркой!
Послала мужу многозначительный взгляд и продолжила накрывать на стол. Митя встал с места, прошел к раковине и раскрыл под ней дверцы шкафа. Опустился на корточки и, заглядывая внутрь, поинтересовался:
— Что тут у тебя стряслось?
Я обернулась и махнула рукой.
— Уже все хорошо. Юрка помог.
Митя поднялся и закрыл шкаф. На его лице застыло недовольство. Густые брови сдвинулись. Карие глаза укоризненно уставились на меня.
— А что мне было делать? — удивленно отвечала на немую претензию. — Сначала вода едва капала. Я подставила ведро и позвонила тебе. Но на следующий день там уже струя приличная бежала. Мы с Юрой в подъезде столкнулись. Он и помог, по-соседски.
Митя упер руки в бока и, отделяя каждое слово, решительно произнес:
— Я не хочу, чтобы чужие мужики топтались по моей кухне и помогали моей жене.
Не знала: радоваться ревности мужа или сердиться его категоричности.
— Какой же Юра чужой мужик? Я его с самого детства знаю. В один класс ходили. Вполне себе знакомый, добрый сосед, — говорила ласковым тоном, стараясь сгладить назревающий конфликт. Если я сейчас разозлюсь на мужа, никому лучше не станет. Только время зря потратим в глупых обидах.
Подошла к Мите и хотела обнять. Но он отстранился. Печально вздохнула.
— Вот именно. Думаешь, я не вижу, как он смотрит на тебя? — не унимался муж. — Подождала бы, пока вернусь. Или отцу моему позвонила.
Я теряла терпение. Радость, наполнявшая меня, с каждым новым резким словом мужа все быстрее улетучивалась.
— Тебя здесь не было. Я решила проблему, как смогла! — Грустно смотрела на Митю. Обида все же поднималась в моей душе. — Твои родители не горят желанием помогать. Ты быстрее бы со смены вернулся, чем папа починил сифон. Мама теперь берет Мишку только на одну субботу в месяц. Машину ты забираешь с собой. Думаешь легко одной с трехлеткой управляться? И так отдыха не знаю! А ты хочешь, чтобы я вдобавок ко всему с ведрами носилась и ждала неделю, пока ты сам починишь этот треклятый сифон!
На глазах навернулись слезы, настроение окончательно испортилось.
— Ладно, — протянул Митя и обнял меня. — Но впредь решай вопросы без участия соседа.
— Хорошо, — всхлипнув, кивнула и крепче прижалась к мужу.
Митя провел ладонью по моим волосам, затем разомкнул объятия и сел за стол.
— Давай уже завтракать. Пора за Мишей ехать.
— Он жутко по тебе скучает, — говорила, подавая варенье и мед. — Только и слышу: папа то, папа это.
— Правда? — весело улыбнулся Митя.
— Сказала ему, что пойдем в зоопарк. Думаю, он там сгорает от нетерпения. И папа дома, и зоопарк. Просто праздник какой-то!
Накрыла на стол. Села напротив мужа. Поднесла кружку к лицу, втянула аромат травяного чая и сделала глоток. Надо приходить в себя. Впереди еще долгий день.
Взяла блин и намазала его клубничным вареньем. Подала мужу. Его взгляд потеплел, черты лица смягчились.
— Я попрошу маму брать к себе Мишу почаще, — сказал, прожевав.
— Буду очень благодарна, — с надеждой ответила я.
Мы закончили завтрак. Митя вышел на балкон. Я навела порядок на кухне. Собрала с собой блины для родителей. Пока муж был в душе, заправила в спальне постель. Прошла к шкафу и надела любимый спортивный костюм нежного оливкового цвета. Митя натянул серую футболку. В прихожей взял ветровку.
Мы вышли в подъезд. Подняла глаза и напротив увидела Юру. Он закрывал на замок дверь своей квартиры. Не смогла сдержать улыбку. Митя хмуро покосился на меня.
— Доброе утро, — сказал сосед, заметив нас.
— Доброе, — отозвались мы.
Мужчины пожимали друг другу руки. Я переводила взгляд от одного к другому. Заметила, что муж на фоне высокого, стройного соседа смотрится коренастым. Наверное, все дело в одежде военнослужащего, которая была на Юре. Она очень шла ему и делала молодого человека неприкрыто мужественным.
— Выходные закончились? — спросила, указав на форму.
— Да, пора возвращаться на службу, — улыбаясь, ответил он.
— Катя рассказала мне о твоей помощи, — прочистив горло, выдавил из себя Митя. — Спасибо.
— Да пустяки, — ответил Юра. — Мне не сложно.
Мы вышли из подъезда и разошлись в разных направлениях.
Митя устроился за рулем нашего седана, я заняла место рядом на пассажирском сиденье.
— Говорю же, пялится на тебя! — пробурчал муж, заводя двигатель.
— Что поделать, раз жена у тебя такая красотка. Так и залипают на нее все вокруг! — сказала, рассмеявшись. Затем коснулась Митиного плеча и ласково добавила. — Какой ты все-таки ревнивец.
Через час стояли перед квартирой родителей. Папа открыл дверь, и мы вошли в узенький коридорчик. Митя пожал отцу руку.
— Здравствуйте, — улыбнулась я.
Сбросили обувь и через вторую дверь вошли в прихожую. Нам навстречу выбежал Миша. Мы опустились на колени. Сын обнимал нас обоих сразу. Целовал щеки и быстро рассказывал, как прошло его утро.