Первый...

Я почти не боялась. Доверилась Кириану, но сразу потеряла нить с реальностью и утонула в эмоциях. В нашем общем срыве и безумие, которые чувствовались в полной мере из-за того, что я так и не открыла глаз. Непривычных ощущениях и чувстве наполненности.
Даже не понимала того, что кричала его имя и стонала, а когда все закончилось, еще долго не могла прийти в себя. Лишь отдаленно, кажется ощутила еще один поцелуй оставленный у меня на щеке.
Вдох и выдох. Я все еще лежала на диване, не в состоянии открыть глаз. Внизу живота тянуло и тело одолевала приятная усталость. Я была вялая, но эмоционально меня трясло.
Может, я и мыслила старомодно, но потеря невинности для меня была очень важна. Казалось, что я перешагнула через какую-то ступень и от чувства непривычности даже было немного страшно. Нет, скорее, просто жутко не по себе. Я менялась, как девушка, но все-таки я мысленно успокаивала себя тем, что это произошло не лишь бы с кем.
Но все же в этот момент я была растеряна и слаба. Эмоционально раскрыта и беззащитна, из-за чего мне хотелось, чтобы Кириан меня обнял. Притянул к себе и поцеловал.
Вот только, даже будучи в таком состоянии, я отчетливо ощутила то, что Агеластос встал с дивана. Сразу открыв глаза я размыто увидела, что он, так ничего и не сказав, пошел к уборной. За ним закрылась дверь, а я тут же села на диванчике. Была неуклюжей, но нащупала свои очки, после чего подняла платье и прикрылась им.
Начала немного злиться на Агеластоса за то, что после близости повел себя вот так. Он же мог хоть что-то сказать, но, нет. И я даже не собиралась оправдывать его тем, что Кириан в априори не вязался у меня с пониманием нежности. Плевать. Он мог обнять.
Раз решил быть со мной, пусть уделяет хоть немного внимания. Мне этого действительно хотелось…
Решив, что обязательно ему все выскажу, я стала ждать возвращения Кириана. Правда, в тот же момент, я не совсем понимала, как теперь вести себя с ним. Проклятье, я просто до жути смущалась, поэтому, когда Агеластос все так же полностью обнаженный вернулся в комнату, я тут же отвела взгляд, ощущая, как щеки обожгло.
Сжимая платье ладонями, я до боли прикусила губу, пытаясь понять, что сказать ему, но уже в следующий момент поняла, что Агеластос одевался. Когда я вновь обернулась к нему, Кириан будучи уже в штанах, одевал кофту.
И он шел к двери.
— Ты уходишь? — я не узнала свой голос. Он был осипшим и сейчас дрогнул.
Кириан остановился и обернулся ко мне. Лицо больше не выдавало никаких эмоций, а взгляд казался холодным.
— А ты думала, что я останусь?
— Да… Я же… и ты… — я прокляла себя за то, что мямлила, но из-за вопроса Кириана настолько сильно растерялась, что не могла подобрать нормальных слов.
— Я бы мог остаться, если бы мне понравилось. Мы бы повторили, но… — Кириан положил ладони в карманы джинсов и еле заметно наклонил голову набок. — Знаешь, Очкарик, я сожалею о времени потраченном на тебя. Я ожидал большего, но оказалось, что с тобой никак. Второго раза мне не хочется.
— Что ты?.. — я опять запнулась. Уже до дрожи в пальцах сжала платье и мысленно себя обругала. Попыталась взять себя в руки, но не смогла. В горле возник горький ком и я так и не сумела произнести ни слова.
Кириан отвернулся и пошел дальше к двери, но, перед тем, как выйти из комнаты, вновь посмотрел на меня и сказал:
— Очкарик, мы, конечно, учимся в одном универе, но, сделай одолжение — не попадайся мне на глаза. Раздражает твое вечно кислое выражение лица. Если мне захочется посмотреть на что-то уродливое, я включу себе ленту каких-нибудь фриков.
После этого Кириан вышел и за ним захлопнулась дверь, а я так и осталась сидеть на диване. Не моргала и не дышала, хоть и в груди уже начало жечь от нехватки воздуха.
Я все еще плохо соображала. Наверное, просто запрещала себе думать, но кое-как встала на ноги и, подобрав свое нижнее белье, начала одеваться. Очень долго возилась с застежкой на платье. Пальцы отказывались слушаться и я даже не могла потянуть бегунок вверх.
Кажется, справилась с одеждой и, на подрагивающих ногах пошла к двери. Мне срочно нужно было на улицу. Там прохлада и свежий воздух. В этой комнате я задыхалась. Она пожирала меня.
Выйдя в коридор, я пошла к лестнице. Не обращала никакого внимания на других студентов из-за чего то и дело врезалась в них плечами и вовсе не слышала того, что они мне недовольно говорили в спину.
Я уже спускалась по лестнице, когда услышала знакомый голос:
— Да ну нихрена себе. Серьезно?
Я обернулась и посмотрела на Гатиса. Он стоял около перил с еще несколькими парнями. Сейчас Иерон, приподняв одну бровь, внимательно рассматривал меня. Помятое платье, растрепанные волосы, опухшие губы и плохо закрытую застежку.
Мне сейчас было вообще не до него. Казалось я все еще задыхалась, из-за чего хотела поскорее оказаться на улице, но следующие слова парня заставили меня опять остановиться:
— Так ты правда дала Риану. Твою же мать. Значит, он выиграл.
— О чем ты? — глухо спросила. Я была в том состоянии, когда, казалось, я перестала понимать хоть что-то. Даже самые простые вещи.
Гатис недовольно нахмурился и, сжимая в ладони стакан с напитком, подошел ближе.
— А Риан тебе ничего не рассказал?
— Что рассказал?
— А, значит, решил не тратить на тебя время. Ну, правильно, — Гатис отпил из своего стакана. — Мы с Рианом поспорили на тебя. Вернее, на то, кому ты первая дашь. Ну и вот какого хрена? Я тут вовсю окручивал тебя, а ты ему дала. Проклятье, бесишь. Хотя, мне не пришлось спать с тобой. Это, конечно плюс. И так целовать тебя было тяжело.
Друзья Гатиса засмеялись. Те же парни, с которыми я совсем недавно нормально общалась.
Я разомкнула губы и попыталась сделать вдох, но вновь без результата, а без кислорода уже плыло перед глазами.
— Мы поспорили, когда из-за тебя Риан попал в участок. Я приехал его забирать, а потом мы долго катались по городу и решили немного поиграть, — сказал Гатис, вновь отпив со стакана. — Нужно будет спросить у Риана, какими таблетками он пользовался, чтобы захотеть тебя.
Я больше не могла всего этого слышать. Хотела развернуться и уйти, но в этот момент Иерон достал телефон и сфотографировал меня.
— Зачетный снимок. Пусть я и проиграл, но выглядишь ты забавно. Слушай, может, покажешь больше боли в глазах, чтобы казаться еще более жалкой?
В груди все полыхнуло и прежде чем я поняла, что делала, я уже выхватила телефон из рук Гатиса и нижним уголком ударила парня по лицу. Дальше провал и более-менее я пришла в себя в тот момент, когда уже сидела верхом на Иероне и все этим же телефоном, продолжала бить его по лицу.
Гатис пытался столкнуть меня, но я вовсю вцепилась в его волосы и все била. Меня даже не сразу оттащили от него.