Первый...

— Какой кофе хочешь?
— Л-любой, — ответила, пытаясь взять себя в руки. Сделала глубокий вдох и более ровно сказала: — Любой, но с молоком.
Одной рукой Кириан потянулся вперед и нажал на несколько кнопок, после чего в поставленную мной чашку полился горячий напиток. Второй рукой парень обвил мою талию и притянул к себе, из-за чего я более тесно прижалась спиной к его торсу.
— Останешься сегодня у меня? — Кириан наклонился и губами коснулся моей щеки. Этим вызвал новую волну безумной дрожи.
— Нет, — ответ получился прерывистым.
— Почему? — спросил он на ухо. — Тебе не кажется, что, после того, что между нами было, уже поздно убегать от меня?
— Я не убегаю. Но и оставаться у тебя с ночевкой не хочу.
— Сегодня я тебя не трону, — еще один поцелуй в щеку.
— А завтра? — кофе налился в чашку, но я на него даже не посмотрела.
— Завтра ты станешь моей, — Кириан сильнее прижал меня к себе и большим пальцем провел по пояснице. Кофта немного задралась и там оголилась небольшая полоска кожи.
— А если я передумаю?
Кириан подхватил меня на руки и усадил на стол.
— Я не выдержу, — он укусил меня за шею, после чего к покрасневшему участку кожи прикоснулся губами. — Уже поздно говорить мне «нет».
Я хотела что-то ответить, но не смогла подобрать слов и, к тому же, уже в следующий момент Кириан опять поцеловал. Долго и медленно, но не менее безумно, чем в предыдущие разы. Дыхание сбилось и голова закружилась от сладкого дурмана, смешанного с острым покалыванием. Сама не замечая этого, я обняла Агеластоса за шею, а он сильнее прижал меня к себе.
Запах кофе заполнил кухню и лучи солнца, пробираясь в комнату, щекотали теплом. Этот момент являлся для меня трепетным и жарким. Наполненным нашей близостью, в которой я теряла саму себя.
— Мы опоздаем на учебу, — я не понимала, как смогла произнести эти слова. Более того, уже невероятно то, что в таком состоянии я вспомнила про университет.
— Плевать на нее.
Я даже не смогла возразить Кириану.
Действительно в этот момент было не до универа.
 
* * *
— О чем думаешь? — Кириан остановил машину на светофоре и посмотрел на меня.
Мы так и не поехали в университет, но и сидеть в квартире Агеластоса я не хотела, поэтому сказала, что взамен пропущенным лекциям он должен мне пиццу. Кириан возражать не стал и, переодевшись, потянул к выходу, сказав: «Поехали где-нибудь позавтракаем».
— О том, что я точно ударилась головой, раз согласилась встречаться с тобой.
Я действительно сказала Агеластосу «Да».
Перед тем, как мы вышли из его квартиры, Кириан зажал меня около своей двери и, спросив: «Так, что, начинаем отношения, Очкарик?», начал целовать. Довел до такого состояния, что я сама не заметила того, как сказала «да», но сейчас, придя в себя, понимала, что я явно начинала сходить с ума. Какие отношения? Я с дня на день собиралась навсегда покинуть Афины.
А, может, не делать этого? Может… остаться тут?
Я резко качнула головой и мысленно дала себе подзатыльник.
Плохо то, что я начинала сомневаться в собственных решениях. И ужасно то, что я тянулась к Кириану. К сожалению, я уже не могла отрицать этого.
— То, что ты ударенная головой, было ясно сразу. Еще с нашей первой встречи.
Я фыркнула и попыталась ударить Агеластоса кулаком в бок, но он перехватил меня и поцеловал уже и без того ноющие губы.
— Тоже самое могу сказать и про тебя, — я фыркнула, стараясь выровнять дыхание.
На светофоре зажегся зеленый и мы опять поехали. Кириан так и не сказал, куда именно мы направлялись. Да и я особо не спрашивала. Мне главное, чтобы пицца была вкусной.
— Ты точно грек? — я не понимала, почему задала этот вопрос именно сейчас, но он меня действительно давно волновал.
— Да.
— Правда? — я вопросительно приподняла бровь. — Если честно, вообще не похож.
Дело было не только в цвете волос и глаз, но так же в чертах лица. Задумавшись, я достала телефон и в поисковике ввела запрос «семья Агеластос». Просмотрев фотографии, была готова согласиться с тем, что Кириан был очень похож на своего отца, но тот брюнет, а, значит, цветом волос и глаз, парень пошел в кого-то другого.
Поджав губы, я с иронией подумала о том, что мне уже хотелось больше узнать об Агеластосе. Отлично. Дожилась.
Я уже хотела положить телефон обратно в карман, но он внезапно зажжужал, оповещая о пришедшем сообщении. Оказалось, что писал Гатис:
«Ты сегодня не придешь в универ? Все еще плохо себя чувствуешь?»
— Опять переписываешься со сводным братом? — Кириан сдвинул брови на переносице. Сейчас выглядел мрачным.
— Нет, я переписываюсь с твоим кузеном.
— Иероном?
— А у тебя есть еще кузены?
— Да. Шестеро. Еще семь кузин.
— Сколько? — я округлила глаза. — У тебя большая семья. Черт, это, наверное, круто.
Кириан ничего не ответил на мои слова. Лишь спустя какое-то время он нарушил тишину:
— Я не хочу, чтобы ты общалась с Иероном.
— Почему?
— Потому, что моя девушка не должна этого делать.
«Моя девушка». Насколько же непривычно это звучало. Да и от этих слов по коже скользнул миллиард жарких огоньков, а в груди проснулся дикий трепет.
— Мы общаемся, как друзья.
— С Гатисом? — Кириан оскалился. Почему-то у меня создалось ощущение, что Агеластос мне чего-то не рассказывал. — Больше не подходи к нему. Не разговаривай с ним и не переписывайся.
Я сразу хотела спросить, почему у Кириана такое отношение к брату, но потом решила, что это не мое дело. Да и мне не особо хотелось разговаривать с Иероном. Поэтому, даже не ответив на сообщение, я положила телефон в карман куртки. Кириан это заметил и, наклонившись, опять поцеловал. Будто поощрял за правильный выбор.
Уже вскоре мы приехали к небольшому ресторанчику и пицца в нем была действительно вкусной. Я ее съела столько, что, казалось, встать со стула не смогу, но, тем не менее, мне следовало потихоньку собираться на подработку.
— Мне нужно домой. Я обещала помочь мачехе с готовкой ужина, — солгала Кириану. Не хотела говорить, что мне нужно было на работу, ведь почему-то не сомневалась в том, что Агеластос захочет узнать, где именно я работала. А там может протянуться связь с Гатисом. Зачем все это? Я просто хотела пойти на смену и получить за нее деньги. Сейчас я в них нуждалась.
— Когда освободишься? — спросил Кириан.
Прикусив губу я задумалась. Сегодня смена должна закончиться рано — где-то в семь. Еще час на то, чтобы добраться домой.