Ребёнок магната. Не.Разлучные.

— Кхм… Ян, — внезапно охрипшим голосом осекаю его я, а сама пячусь назад, к озеру. — Не знаю, что ты себе придумал, но у нас не было ничего тогда, — признаюсь и взгляд прячу.
— Я в курсе. И рад этому, — изгибает бровь и смотрит так пристально, что я не знаю, куда себя деть. — Потому что я бы хотел прочувствовать все в деталях. Без снотворного, что ты мне подсыпала, — чуть наклоняется ко мне.
— И тебя совсем ничего не смущает, братишка? — акцентирую на последнем слове и ехидно прищуриваюсь, наблюдая, как Ян чернеет от гнева.
Несмотря на внешнюю колючую оболочку, внутри меня тоже полыхает пожар. Поэтому я делаю еще пару шагов назад. Оступившись, чувствую, как почва уходит из-под ног. Рискую улететь спиной в озеро, балансируя на краю.
— Мика! — зло рычит Ян, однако вовремя хватает меня за руку, дергая на себя.
— Ян! — отталкиваю его, но стараюсь сама больше не терять равновесие.
Резкий порыв ледяного ветра проносится между нами, треплет мои волосы, пробирается сквозь ткань одежды. Ежусь невольно, обхватываю себя руками, потираю плечи.
— Идем в дом, холодно, — проследив за мной, Ян берет меня за локоть и увлекает в сторону коттеджа.
Чашка зеленого чая без добавок опускается на стол передо мной. Импульсивно обхватываю ее ладонями, наслаждаясь жаром. Исподлобья поглядываю на Яна.
Мы вдвоем на уютной кухоньке. Я сижу за барной стойкой на жутко неудобном твердом стуле. Ян устраивается напротив. Невольно кошусь на кружку в его руках, изучая содержимое.
— Чай? — удивляюсь я. — Почему не кофе? — опять всплывают детали нашего знакомства.
— Мне больше не нравится его вкус и запах, — повторяет мои слова, сказанные в Кракове. Будто в прошлой жизни все это было. — И возможное побочное действие, — намекает на то, что я могу подмешать ему что-то незаметно.
— Зачем привез меня сюда и наедине остался, если не доверяешь? — бурчу недовольно и отставляю свою чашку, так и не пригубив.
Ян спохватывается, будто вспомнив нечто важное, поднимается и молча покидает кухню. Чтобы вернуться минут через пять с какими-то бумагами в руках.
— Что это? — недоуменно хлопаю ресницами, когда он кладет листы передо мной.
Какие-то цифры, проценты, слова польские. Язык я более или менее понимаю уже. Но на специальных терминах спотыкаюсь.
— Результат теста ДНК на наше с тобой родство, — уточняет Ян, еще сильнее погружая меня в шок.
Отрываюсь от бумаг, поднимаю непонимающий взор на Левицкого и шумно выдыхаю.
— Но я ничего не сдавала! — возмущенно спорю. — Что за бред! Откуда это? — отодвигаю от себя «доказательства» Яна, но он, открыв на нужной странице, возвращает мне.
— Мика, я провел тест ДНК сам, тайно. Между мной и тобой. Лаборатории хватило материала с твоей расчески, — усмехается. — Я сдал его до того, как… — мгновенно мрачнеет. И мы оба знаем, что он имеет ввиду мое отравление, однако озвучивать не хочет. — До того, как все случилось. Потом ты сбежала, а я так и не успел рассказать тебе правду. О том, что мы неродные с тобой.
Внимательнее вчитываюсь в текст.
Вероятность биологического родства 0 %.
Не могу сделать вдох, легкие парализует. Некоторое время просто сижу, округлив глаза. Ян не мой брат?
— Но как? — вскрикиваю я. — Почему? Это ошибка какая-то…
Откидываю от себя документы, будто они кислотой пропитаны, и листы разлетаются по столешнице.
— Нет. Эта лаборатория не ошибается. Одна из лучших в Польше, — делает паузу, чтобы вынести финальный приговор. — Кто-то из нас двоих не Левицкий.
И умолкает, впиваясь в меня взглядом. Закатываю глаза и подаюсь вперед, облокотившись о стол.
— Ты, конечно же, думаешь, что это я подкидыш? — выплевываю ядовито, заранее зная ответ.
Ян и не спорит. Не пытается убедить меня в обратном, успокоить.
— Да, я так думал, — бросает непринужденно.
Внутри меня все кипит, но внешне стараюсь сохранять равнодушный вид.
— Послушай, братишка, — намеренно раздражаю Яна, глядя, как он морщится, будто от зубной боли. — Досье на нас с сестрой собирали очень влиятельные люди. Они хотели использовать Дану в своих целях, в том числе и добраться до вашего наследства. Так что вместо меня ты мог обрести родственников похлеще, — подмигиваю ему.
— Мы с тобой не родственники, Мика, — буквально рычит, придвинувшись ближе ко мне.
Отстраняюсь на всякий случай. А потом и вовсе встаю с места.
— Можешь и дальше считать меня подставной Левицкой, но я знаю, что это не так, — упираюсь бедром в край стола. — Документы настоящие! — четко проговариваю каждый слог. — Иначе эти люди не шантажировали бы меня и не давили бы на Дану, заставляя ее, на секундочку, — поднимаю палец вверх, — …стать суррогатной матерью и родить им ребенка. Кровного наследника Левицких, понимаешь?
Ян ослабляет ворот рубашки, будто ему вдруг стало душно, рваными движениями расстегивает пару верхних пуговиц, оголяя мыщцы груди. И жарко теперь становится мне. Ненавижу краснеть и смущаться, но именно это непроизвольно делаю сейчас. Сглотнув, отворачиваюсь, чтобы Ян не заметил.
— Кто эти люди? Где они сейчас? — зло цедит он, готовый ринуться в бой.
О наследстве своем обеспокоился? Лишних «ртов» испугался? Как и все Левицкие, Ян наверняка сосредоточен исключительно на деньгах. Из меня корень зла делает, а сам ничем не лучше.
— Уже не важно, — отмахиваюсь равнодушно. — Отдыхают в австрийской тюрьме, — добавляю с легкой ухмылкой.
— Хм, не понял, — поднимается Ян и обходит барную стойку, чтобы стать ко мне вплотную. И выбить последние остатки воздуха из моих легких.
— Ну-у, — тяну я и скольжу вдоль стойки назад. Дальше от него, — Я вместо Даны поехала им «наследника рожать», — выпаливаю честно, а Ян едва не взрывается. — Они все равно нас путали. Но когда мы были в клинике ЭКО в Австрии, у них нашли кое-что о-очень запрещенное, — чуть улыбаюсь, когда вспоминаю, как подставила тех подлых мужчин, которые были уверены в своей безнаказанности и упивались властью над нами с Даной. — Представляешь, какое совпадение? А с виду приличные люди, — хихикаю с сарказмом.
Ян некоторое время сканирует меня, обрабатывает в мозгу мои слова. И только потом выдыхает с облегчением.
— Мика, ты неисправима, — качает головой.
— Еще бы! Так что ты в нашу первую встречу легко отделался, — смеюсь нервно. — Всего лишь выспался.
— Спасибо за заботу, — чуть ли не хохочет Ян, но в следующее мгновение возвращает себе серьезный вид. — Мика? — зовет беспокойно. — Откуда у тебя эти… «навыки»? Зачем?
Сжимаю губы в одну линию, стискиваю кулачки и становлюсь спиной к Яну, не выдержав его испытывающего взгляда.