Бисцион

Диана сидела и внимательно смотрела на герцога- он сцепил руки в замок и произнес:
— Эта свадьба должна быть грандиозной и именно в Павии, а утром мы покинем замок. Вы — женщина и не должны знать некоторые мои ходы, но все же я вам кое-что скажу.
Он отодвинул ящик и достал сверток. Развернул его перед Дианой:
— Эта карта Италии, леди Девон, я просто вам ткну туда, где находитесь вы сейчас, и покажу, где вам быть нельзя.
Его палец остановился на городе, который именовался Павия. Диана расширила глаза, сглотнула и в предвкушении пододвинулась ближе.
— Вы здесь! А это все, — его палец стал чертить границу, которая Диане показалось большой, — это ваши будущие владения- Миланское герцогство. Здесь, — он указал на город, написанный на итальянском языке, — Милан. От Павии до Милана ночь езды в карете.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Вы любите Павию, Ваша Светлость? — Она рискнула его спросить, хотя перебивать совсем не хотелось, он не дошел до врагов.
— Да, а вы полюбите Милан.
Она оторвалась от карты и взглянула в его синие глаза. В них плясали огоньки, он наслаждался тем, что решил за нее ее судьбу и подальше от своей.
Диана кивнула, согласная с тем, что он будет дальше от нее, она уже почти привыкла к своей роли жены без мужа.
— Вы не можете заставить полюбить меня чужую страну, Ваша Светлость, мой дом Девоншир, а в сердце только Англия.
— Вы герцогиня Миланского герцогства, а значит, вам придется смириться с этим. В вашем сердце может находится даже Франция, но держите вашу любовь при себе. Ваш народ этого не одобрит.
Она прикусила язык и даже выдохнула. Как он четко дал ей понять, когда ложь и лесть может быть во спасении себя. Можно любить кого и чего угодно, главное держать эту любовь в тайне. Диана опустила взгляд, пытаясь запомнить эти слова. А потом взглянула на герцога и пришла в замешательство- он следил за ней очень пристально, слегка прищурив синие глаза.
— Леди Девон, — спокойно произнес он, — если вы будете молчать, заниматься домом и семьей, не лезть туда, куда вам не следует, то станете самой лучше герцогиней.
Диана выпрямилась, гордо вздернув подбородок- будущая жизнь показалась скучной. Но ладно. Она этот вопрос решит потом. Сейчас важно знать область, где она находится.
— Вы обещали мне показать территорию, где мне находится не стоит.
Стефано кивнул и ткнул пальцем в область, которая была не столь далека от Миланского герцогства:
— Флорентийская республика, где правит Джованни Медичи не столь красочна для дружеских отношений. Хотя, на данный момент между нами нет войны, но я ему не доверяю. Если их пригласить на свадьбу, то вместо свадьбы можно получить стрелу в ваше сердце, леди Девон, — герцог перевел на нее холодный взгляд, — не будем рисковать, да и доехать с Флоренции за день не реально. То ли дело Венецианская республика, — он снова посмотрел на карту и указал место справа от той точки, которой был помечен Милан. Венеция совсем близко находилась от Миланского герцогства, — дож Франческо Фоскари вряд ли приедет, а вот его дети находятся в моих владениях, их стоит пригласить всех: Доминико Фоскари — сына дожа и дочь Изабеллу с мужем маркизом Мантуанским, — герцог улыбнулся, а вот внимание Дианы привлекло имя леди Изабеллы.
— Да, кажется, я знакома с леди Изабеллой, — кивнула Диана, делая вид, что появление этой женщины на свадьбе ничуть не задевает.
А задевает? Задевает то, что первое впечатление о ней было как о жене этого человека. Диана насупилась- между этими людьми была некая близость. Почему вообще леди Изабелла была в том доме обнаженной? И почти в таком же виде будущую герцогиню встретил сам герцог.
Но это все не ее дело!
— А, да, — герцог нахмурил брови, делая вид, что вспоминает. А может, он правда уже забыл Изабеллу? — Припоминаю! В охотничьем домике. Мы были на охоте и попали под дождь, решили согреться.
Диана улыбнулась и кинула, точно уверена в том, что дождя в тот день не было- ведь она так же была в лесу.
— Конечно, Ваша Светлость. Позволите? — Она взяла перо из чернильницы и бумагу, — я буду записывать имена гостей. Боюсь, что не запомню каждого.
Герцог проследил за тем, как девушка макнула конец пера в чернильницу и принялась писать. Она выводила каждую букву так старательно, что это гипнотизировало. Он откинулся на спинку кресла и следил за ней.
— Ваши родители дали вам прекрасное образование, — заметил герцог, — вы идеально владеете итальянским языком и письменностью. Какие еще языки вы изучали?
— Французский, Ваша Светлость, — но не так прекрасно как итальянский, — “L’amor — c’est un sentiment qui ressemble à un souffrance. C’est impossible de echer ce souffrance. Um mot seulement, un regard négligent ou un silence…tout ça peut être suffit pour le devoiler.” (Пер. с фр. „любовь — одно из тех страданий, которые невозможно скрывать; одного слова, одного неосторожного взгляда и даже молчания достаточно, чтобы выдать его.“
— Пьер Абеляр, — задумчиво произнес герцог, а потом встал со своего места и направился к полке с книгами. Он провел пальцем по корешкам и вытащил одну, — «Слишком горячая и пылкая любовь нагоняет на нас, в конце концов, скуку и вредна точно так же, как слишком вкусная пища для желудка», Овидий Назон Публий. — Он положил книгу перед Дианой. — Почитайте его писания.
Диана кивнула, и ее пальцы коснулись старой обложки. Она любила книги, но в доме ее отца приходилось читать только философов, она выбирала тех, которые восторгались любовью. Однако герцог положил перед ней писания того, кто к пылкой любви относился с недоверием. А возможно, его предала возлюбленная, и он обозлился на это великое чувство.
— Вы против любви, Ваша Светлость?
Стефано даже изогнул бровь, явно удивленный ее вопросом.
— Воинами не положено любить, это унизительное проявление слабости. Любовь свойственна лишь женщинам.
— Значит, мне повезло родится женщиной, хотя, я не думаю, что полюблю вас.
Он улыбнулся, внимательно наблюдая за ней, снова откинулся на спинку кресла:
— Это ваше право, я не жду от вас любви. Однако, вы поклянетесь уважать и беречь семью, защищать интересы мужа перед народом и быть уступчивой ему. Ведь так, леди Девон?