Танкист-1

Разложил приклад. Отвел затвор назад, и полез за патронами. По паре подсумков справа и слева, в каждом по четыре обоймы на пять патронов, всего восемьдесят. Это не весь носимый боекомплект. Ровно столько же еще и в рюкзаке. Выдавил в магазин сначала одну обойму, прибрав опустевшую в подсумок, чтобы потом не искать. Это в бою они считаются расходниками. Тут спросят за каждую пролюбленную железяку. Затолкал следующие пять патронов, после чего дослал патрон в патронник. Все! К бою готов!
Наконец «противник» приблизился на дистанцию открытия огня. По команде командиров отделений в дело тут же вступили пулеметчики и снайпера. Патроны холостые, но грохочут похлеще боевых. Ну и снопы пламени вырываются изрядные, вместе с крупинками недогоревшего пороха. В темноте и вовсе, чистый фейерверк. Веселуха! Главное в этот раз не запалить успевшую подсохнуть траву. А то опять будут играть в пожарных, и измажутся в пепле как порося.
Ага. А вот настал и их момент. Виктор приложился к винтовке, куда-то там прицелился, и потянул спусковой крючок. Без спешки передернул затвор, при этом поймав вылетевшую гильзу. Навык отработан еще на отцовской винтовке. Переснаряжать патроны вдвое дешевле, вот и берегли гильзы. Положил ее на бруствер перед собой.
Перезарядился и выстрелил еще раз. Другой. Третий. Стрельба получилась неспешной. Один выстрел в три секунды. Чаще незачем. Для него тут нет ничего особенного. Зато остальные палят с азартом, стремясь по максимуму израсходовать боекомплект. Интересно же!
Наконец «противник» приблизился на дистанцию сплошного поражения, и в дело вступили автоматы. Зуев слева начал азартно садить длинными очередями из своего ППГ-15. Надо же успеть израсходовать все четыре рожка, пока есть такая возможность!
Пистолет-пулеметы в войсках упорно называют автоматами. И за подобную вольность отцы командиры своих подчиненных не одергивают. Тем более, что воинская специальность так и называется «автоматчик». Но в училище все иначе. Никакой отсебятины. Ты сначала выучи и усвой, как оно есть на самом деле, а потом уж кривляйся сколько душе угодно.
Чтобы обеспечить автоматический огонь, в стволы пулеметов и автоматов вставляются втулки, значительно уменьшающие калибр. Как результат, механизмы отрабатывают в штатном режиме. Тут пожалуй есть только один недостаток. Большой факел при выстреле, и выметающиеся из ствола не до конца сгоревшие крупинки пороха.
Зуев, м-мать твою! Сволочь! Сказали же ему, чтобы присыпал траву землей, и держался подальше от бруствера. Не боевыми ведь стреляет. Не-эт, ему в войнушку поиграться захотелось. И ведь пока не будет «отбита» «атака», никто не позволит тушить разгорающуюся траву.
Виктор прибыл в училище неделю назад. Из строевой части его забрал Старшина. Сначала прошли в казарму, где Нестеров оставил в каптерке свои вещи. К обеду их набралось трое. На этом вызов из резерва прекратился. Получается, что он опять запрыгнул в последний вагон.
Далее был вещевой склад, где они получили сразу два комплекта полевого обмундирования. Прямо расточительство какое-то. Насколько было известно Виктору, один комплект выдавался на полгода. А тут сразу два! Может сразу на год? Угу. Знал бы он, причину. Впрочем, как потом оказалось, они были первыми, кто получил дополнительные комплекты. Вернувшаяся с очередного марш-броска рота, после обеда так же отправилась на склад.
Виктора определили во второй взвод, где замкомвзвода оставался Воронов. Да еще и в отделение вместе с Аршиновым, Зуевым и Белозеровым. Первый был рад его появлению, и уже имея опыт, помог правильно нашить шеврон и годички. Ну и выделил из своих запасов четыре куска пружины от фуражки, чтобы вогнать под полоски юнкерских погон. Благодаря чему те хорошо держали форму, а не торчали словно крылья. Эта же парочка даже не пыталась скрывать своего неудовольствия.
А на следующий день начался ад. Хотя господа юнкера и были уверены, что они в нем и без того живут уже в течении двух недель. Но как оказалось, это были цветочки. Настоящее веселье наступило с началом тактической подготовки. Господи, сколько кубометров земли они перекидали. Это же уму непостижимо. А еще, хотя за каждым отделением и закреплена автомашина, как оно и полагается по штату в мотопехоте, они отчего-то все время передвигались на своих двоих. Причем шаг неизменно перемежался с бегом. Воскресенья ждали как манны небесной.
— Прекратить огонь! — послышалась отдаленная команда Воронова.
Ее тут же поспешили продублировать командиры отделений. А следом поступил приказ приступить к тушению возгораний. Наученный горьким опытом, Виктор заранее приготовил ветвь с множеством мелких веток. Поэтому вышел против пламени не с малой саперной лопаткой, а с инструментом куда больше подходящим для того, чтобы сбивать пламя.
Впрочем, на этот раз обошлись малой кровью. Во-первых, таких умников как Зуев теперь было значительно меньше. А во-вторых, сказалось отсутствие ветра. Хотя, признаться он не помешал бы. Уж больно жарко. Нестеров все же привык к погоде попрохладней. Ну да чего уж, назвался груздем полезай в кузов.
— Собрать гильзы и обоймы, — вновь звучит команда взводного.
Виктор присел у своего окопа, и подобрав гильзы, нанизал их на обоймы, прибрав в подсумок. Глянул на Зуева. Тому проще. У него на пистолете-пулемете установлен мешочек для улавливания гильз, так что они уже собраны, остается только ссыпать. А вот Аршинов матерясь ищет их по окопу.
— Это что? — вздернул бровь Воронов.
— Гильзы израсходованных патронов, господин юнкер.
— Я вижу. Почему только десять?
— Ровно столько, сколько израсходовал, господин юнкер. Остальные в целости находятся в подсумках.
— Покажи. Та-ак. Ну расскажите мне, господин юнкер, как же вы тогда отражали атаку противника?
— Точным огнем уничтожил десятерых противников, господин юнкер. Все как учили, один выстрел, один труп.
— Самый умный?
— Никак нет. Стреляю хорошо.
— Ну, это мы еще посмотрим.
Сдав гильзы, и получив взамен новые учебные патроны, отправились прямиком к полевой кухне, где уже началась раздача пищи. Повзводно, ясное дело.
Виктор глянул на себя, товарищей и невесело усмехнулся. Полевой форме, предназначенной для занятий по тактической подготовке уже к концу месяца придет окончательный и бесповоротный абзац. Вот интересно, а как этот вопрос решается в войсках? Сомнительно, чтобы и солдатам выдавались дополнительные комплекты.
— Рома, вот нахрена мы всякий раз сдаем эти гильзы? — поинтересовался Виктор, опускаясь рядом с Аршиновым.
— Так молодые же все, дурные. Вдруг припрячем, чтобы найти на свою задницу какое-нибудь веселое приключение. Ты, кстати, зря выделываешься, и помалу стреляешь. Что от десятка выстрелов, что от восьмидесяти, разницы при чистки никакой.
— Знаю. Просто не хочется потом лазить с матами по окопу.
— Да ты и ловя гильзы мог бы побольше расстреливать. Ну хотя бы десятка три-четыре.