Кинжал милосердия
– Сколько тебе лет?
– Сорок один.
– Выглядишь моложе. А живёшь сколько?
– Столько и живу. Я пока не принимаю эликсир. Ближе к пятидесяти начну. Если доживу, конечно, со всеми этими удивительными приключениями. Так что я могу для вас сделать?
– У меня есть обрывки формулы эликсира. Сможешь восстановить формулу до её жизнеспособного состояния?
Артур задумчиво посмотрел поверх головы Феликса и произнёс:
– Писал я пару лет тому назад одну программку… Можно по-пробовать. Компьютерная модель вас устроит?
– Более чем.
– Тогда сейчас попробуем. – Он сорвался с табуретки и, наступая на простыню, бросился в соседнюю комнату, приговаривая: – Основной комп-то у меня в НИИ, но и домашний должен справиться.
– Может, штаны наденешь?
– А? Да, точно!
Артур сбегал в спальню, избавился от простыни и вернулся в потертых джинсах и белой футболке.
Сев за компьютер, он включил системный блок и поочерёдно три монитора. После ожесточённо почесал макушку и велел назвать известные компоненты.
– Начну думать, пока система грузится.
Феликс перечислил, Артур кивнул и защёлкал мышкой.
– Сколько времени это займёт?
– Не знаю. Вон там кресло, телевизор, пульт на подоконнике. И не отвлекайте меня, пожалуйста.
Феликс сел в кресло, покрутил в руках пульт, положил его на колени, откинулся на спинку и закрыл глаза. Слушая шелест клавиатуры и оповещающие системные звуки, Феликс постепенно начал проваливаться в вязкую тишину. Глухота вошла в барабанные перепонки, влажная, вязкая темнота легла на лицо и придавила веки неподъёмным грузом. «Я не ел со вчерашнего утра…» – запоздало возникла мысль и тут же пропала, задавленная тишиной и темнотой.
Очнулся Феликс от того, что Артур трясёт его за плечо, держа в руке его, Феликса, звонящий телефон. Мужчина медленно поднял веки и взглянул темно-красными глазами с вертикальными зрачками.
– Всё-таки вампир, да? – Артур сбросил вызов и положил аппарат на пол. – Что принимаете взамен крови?
– Кокосовое молоко, – почти беззвучно шевельнулись сухие белые губы.
– Аналог плазмы, ясно. Человеческую кровь не пьёте?
– Нет.
– Только аналог?
– Да.
– Сильно голодны?
Феликс смог ответить только движением век.
– Продержитесь восемь минут? Я вам сделаю химию – разово сработает.
Феликс снова согласно моргнул.
Сквозь вязкость болотной трясины он услышал, как прозвучали шаги босых ног по паркету, как открылась и захлопнулась дверь в какой-то из соседних комнат, как снова начал звонить его телефон, но Феликс не мог пошевелиться, будто парализованный. И в этой остановившейся тишине медленно плыли мутные мысленные картины о возможных отсроченных реакциях на модифицированный препарат «Фелис-1», должный подавлять агрессию на кровь, растекающаяся лужа вокруг головы алхимика, запах крови, который не заглушал ни один эликсир…
Феликс почувствовал, как его голову приподнимает горячая рука, и о зубы стукнулся край стеклянной колбы. Артуру пришлось постараться, прежде чем он смог разжать эти зубы и влить мутно-жёлтый раствор. Придерживая безвольную голову под затылок и наблюдая, двигается ли кадык, проходит ли жидкость в гортань, Артур задумчиво произнёс, словно разговаривал сам с собой:
– Учитель как-то разговорился и рассказал, что лучшим его собеседником и компанией оказался вампир. Что стало для него большой неожиданностью. Сказал, что они редко видятся, но каждая встреча – событие. Учитель скупо, но с такой теплотой отзывался о своём собеседнике-вампире, что я принял это за образ, аллегорическое сравнение. Теперь понимаю – всё было взаправду. Такое ощущение, что вы не дышите.
Артур оттянул горловину свитера, надеясь хоть так дать ток кислороду, и его пальцы коснулись шеи и ключиц Феликса.
– Надо же, это вовсе не похоже на живой труп. Больше смахивает на камень… На мраморную скульптуру, что ли…
Не открывая глаз, Феликс щёлкнул зубами, и человек отдёрнул руку.
– Понял, понял, не трогаю, простите.
Мелодичным сигналом система оповестила о завершении работы. Артур обернулся на звук – тут опять зазвонил телефон на полу. Склонившись, он схватил аппарат и рявкнул в трубку:
– Да! Что? Какая Даана? Я кто? А вы кто? Не звоните сюда больше!
Отключив телефон, Артур бросился к компьютеру и уставился в центральный монитор.
– Так… так… так… – пробормотал он. – Панцирь черепахи, нетопырь, минеральные соединения горной воды… Костная ткань… Так, и основной компонент – человеческое золото, семнадцать грамм… Феликс, вы знаете, что такое человеческое золото? Впервые сталкиваюсь с подобным термином.
– Золото, содержащееся в человеке.
Феликс взялся за край рукава свитера, потянул его вверх до локтя и посмотрел на свою руку. Под белой, на вид казавшейся твёрдой, скульптурной поверхностью проступили синие вены. Наспех синтезированный состав успешно заработал.
– Хотите сказать это буквально – золото, добытое из человека?
– Да.
– Его же вроде какое-то ничтожное количество в организме содержится.
– Ничтожное, да. Как ты это сделал? – Феликс почти заворожённо наблюдал за синими венами. – Что смешал? Выходит, заменитель можно вот так, химически синтезировать? Взамен кокосового молока?
– Нет, это разово, как укол адреналина. Нельзя всё время на этом составе сидеть – убьёт быстрее солнца. Кстати, почему вы не реагируете на солнечный свет? Хотя не важно. Сколько требуется людей, чтобы добыть семнадцать грамм золота?
– Где-то тысячи полторы – две, ведь содержание неоднородно. В каждом организме или больше, или меньше.
– Стадион народа?
– Приблизительно.
– Но как это в принципе возможно? Даже для массового убийства в современном мире это чересчур. А если потихоньку, постепенно, то не известно, сколько времени займёт.
– Ты забываешь войны, расстрелы, казни. Во времена Французской революции такое количество людей можно было набрать за полдня.
– Ладно, это я ещё худо-бедно могу вообразить, но как… как добыть это золото из человеческого организма?
– Видимо, существует какая-то технология, я не интересовался. – Феликс пошевелил пальцами рук, покрутил головой, проверяя послушность собственного тела, и встал с кресла. – Можешь определить тип организма, способный быть носителем такого эликсира?
– Фффух… Не знаю, надо бы перекурить это дело…
Стоявший перед ним мужчина в чёрном свитере вдруг исчез и снова возник с сигаретной пачкой, зажигалкой и пепельницей в руках.