Обмануть красиво, или Когда слетает чешуя

– Твою ж!.. – ругнулась Катрина, пытаясь вырваться. Я ногами зафиксировал ее ноги – шарт, без штанов это получилось бы лучше! – вырвал из руки шкатулку и, повертев, выкинул за спину.
– Тебе это сегодня не нужно, – и улыбнулся, глядя, как высоко вздымается передо мной женская грудь.
– Способность перемещаться все еще при мне, – напомнила блондинка, но я снисходительно покачал головой, заводя тонкие руки над ее головой:
– О нет, моя красавица, зайти в портал ты чисто физически не сможешь, – и блефанул. – А моментальные перемещения ты пока не освоила.
Попал – вижу по тени страха в ее глазах.
– Не бойся, – добавил я, поглаживая второй рукой аппетитную грудь, – я не причиню тебе вреда… Того вреда, который бы тебе не понравился.
– Ты больной! – выплюнула, извиваясь. Я держал крепко.
– Разве мы все не больные? – фыркнул против воли, ложась на напряженное тело и оказываясь нос к носу с Катриной. – Больные, просто разной болезнью. Ты, например, больна нежеланием иметь семью, а это для человечества как для вида неприемлемо. Еще ты больна амбициями: твой доход давно превысил на Земле прожиточный минимум, но ты все равно зачем-то стремишься вверх, не пытаясь удовольствоваться имеющимся.
Девушка только открыла было рот, чтобы дерзнуть, но я умело прикрыл его своим. Катя немного подергалась в моих руках, но быстро расслабилась и даже поиграла с моим язычком. Очевидно же, что она настроена на секс!
Надеюсь, она там потом не напридумывает любви до гроба?
Пока длился наш поцелуй, я незаметно стащил с руки галстук и начал сноровисто связывать запястья Катрины. Она ощутила это и мотнула головой, снова дергаясь подо мной.
– Да лежи ты спокойно, – попросил я терпеливо, делая последний узел. – Я ж не режу тебя. – И кровожадно подвигал бровями. – Пока что.
Как же сладко видеть в ее голубых озерах ужас и безысходность! О, Двумирье, ради этого стоило вытерпеть весь этот гребанный день!
– Я не хочу с тобой интима, – твердо произнесла Катрина, распластанная на полу. Я вскинул брови, а затем, придерживая связанные руки, раздвинул коленом ее ноги. – Что, насиловать будешь?
– Конечно, нет! – посмотрел я на нее, как на дуру, а сам повел пальцы от ее вставших сосков до живота, обвел пупок и опустился до клитора. Катя дернулась. – Разве считается насилием, когда человек сам хочет быть изнасилованным?
– Не неси бред! – выкрикнула она, выгнувшись от моих мягких движений. Тело говорило совсем не то, что звучало из уст. – Я ненавижу тебя, и ты это знаешь!
– Но-но-но, – поцокал я ей прямо в зубы. Мой палец ездил по нежным складочкам внизу, опасно приближаясь к глубине. – Мы же обещали быть сегодня друг с другом откровенными!
–Это правда! – блондинка попыталась смотреть злобно, но то и дело прикрывала глаза от удовольствия. – Ты… Ты чудовище!.. – я, хмыкнув, отправил первый палец во влажную тесноту. – О!.. Нет!..
– Ты мокренькая, – с улыбкой отметил, двигая пальцем то к выходу, то вновь вглубь. Катя всхлипнула и замотала головой. – О да, ты очень сочная, и мне это нравится.
– Только о себе и думаешь! – выцедила партнерша, пытаясь сжать ноги. Я, подумав, не согласился:
– Вот уж поклеп! Сейчас я делаю хорошо тебе, а не себе. Но ты права, пора перейти к самому главному.
Я закинул связанные руки Кати себе за шею, впечатался в ее губы, а тем временем приподнялся на предплечье и второй конечностью освободился от брюк с трусами.
– Я тебя задушу! – грозно пообещала она, прижимая к себе за шею. Мой нос уперся ей в ключицу.
– О, какие у нас страстные объятия! – глухо воскликнул и привстал на коленях. Внутри меня бушевало лютое возбуждение, которое не удалось сбить ни побегом Асну, ни дракой с землянкой. Мик-младший был готов стоять насмерть в этой эротической битве.
– Сдохни! – Катя серьезно решила перекрыть мне доступ кислорода, но, то ли не умела этого делать, то ли в действительности не хотела моей смерти – я все еще дышал.
Мои руки оказались свободными, вес перешел на колени, и я позволил себе огладить это стройное тело, что слегка дрожало подо мной. Крупная грудь, изящные изгибы, плоский живот, крепкие ягодицы…
Я поднялся, снова убрав Катины руки вверх, схватил ее бедра и прислонил к мокрой промежности головку каменного члена.
– Ты не представляешь, как сильно я тебя хочу тебя, моя красавица.
 
На пике блаженства
На репетиции в лесу – когда Ви и Хат скрылись за деревьями – я потрясенно узнала, что Мик хотел меня. Это открытие жаром прошлось по моей сути, но я не позволила себе терять голову.
Снова на это я не куплюсь.
В голове зародилась потрясающая идея, и я ее мастерски реализовала: открылась Асну, отыграла перед Миком… Единственное, что я не учла: свои собственные чувства.
Да, если этот темный рыжий действительно меня хочет, то я не смогу сопротивляться. Я тоже хочу его…
И вот мы деремся, потому что я против жестокости, против извращений в сексе, против насилия.
Но насилую себя, продолжая любить этого гада, эту тварь, эту рыжую ошибку природы.
Он побеждает – еще бы, я не могу его бить в полную силу, я не могу ему сопротивляться. Боги, как же хочется отдаться ему, забыться в крепких объятиях, утонуть в круговороте страсти… Но нельзя: слишком высока цена сиюминутного удовольствия. Он просто перестанет видеть во мне личность.
– Ты не представляешь, как сильно я тебя хочу тебя, моя красавица. – Возвышался он надо мной, такой манящий, темный, порочный. Даже пах он развратом.
Я истекала желанием, но упрямилась, собирая остатки самоуважения. Нет, я не получу удовольствия! Не с ним! Не сейчас!
Но что, что я могла сделать в этой ситуации?!
А он, прикрыв глаза, дразняще медленно вошел в меня. Я выгнулась, не в силах сдержать протяжный стон, сдавший меня с головой. Да, черт возьми, да!
Мик заполнил меня и снова вышел. Я протестующе распахнула глаза и наткнулась на довольную ухмылку рыжего.
– Ты меня хочешь? – проговорили четко очерченные губы. Я бы и рада ответить отрицательно, но мое ноющее естество просто-таки молило о продолжении!
«Это обман, чтобы получить желаемое, – уговаривала я себя после судорожного кивка, – и вообще, это просто тупая химия, глупая потребность организма».
– А ты меня любишь? – спросил Мик, снова врываясь внутрь. Его зрачки заполняли почти всю радужку… Крепкие пальцы уверенно мяли бедра… По телу бегали пузырки, словно я была бутылкой шампанского…
Я не заметила, как ответила утвердительно.
Мик, опустившись на предплечья, продолжил свое непотребное, но такое приятное дело. Его пальцы гладили все, до чего могли дотянуться, и пару раз мазнули по чувствительной точке… Я вскрикнула от острого наслаждения. Мне все происходящее настолько нравилось, что я позабыла о связанных руках.