Город без надежды

Верити была лучше во всём. Верити, а не я, заслужила выжить. Я была недостойна счастья, зная, что сестру счастьем обделили.
Наконец, во мне не осталось ни сил, ни слёз, и рыдания сменились дрожью и неровными вздохами. Опустошением. Что же мне делать - отвергнуть свою любовь? Я чувствовала свою никчёмность от того, что не сумела даже принять её с благодарностью, испугалась её силы.
Зрение прояснялось, и на границе видимого появился неподвижный силуэт. Повернула голову и увидела Кристиана. Он стоял молча, скрестив руки на груди и подпирая плечом и бедром выступ стены. Казалось, его лицо ничего не выражает. Можно было только предполагать, как давно он здесь, но в любом случае было нечестно и попросту глупо делать вид, что я решила понежиться на солнце, а рыдала исключительно в восторге от красоты пейзажа.
- Поиграем в загадки? - ровным тоном предложил Кристиан. - Кивнёшь, если назову верный ответ? Или сэкономим время?
Я медленно оторвала себя от пола, опираясь на ладонь. Села, подтянув к груди ноги. Голос, поначалу безучастный, окреп. Минуту спустя послышался шорох шагов, и Крис опустился обок, замерев в такой же позе.
Я поняла, что уже давно не ощущала горьковатый привкус сигарет на его губах и запах дыма в волосах, и немного удивилась тому, что не замечала этого раньше. Наверное, сейчас бы я и сама затянулась.
- Ты думаешь, это ненормально - испытывать вину за своё счастье? - глухо спросила, чертя узоры в мельчайшей пыли, которую задувало из-за стены даже на такую высоту. - Думаешь, я ненормальная?
- Я думаю, ненормален мир, который ставит перед нами такие вопросы.
- "Перед нами"?..
Крис криво усмехнулся, когда я с недоумением на него покосилась.
- То, что я не рыдаю, уткнувшись носом в пыль, ещё не значит, что меня не посещают неудобные мысли.
- Насколько неудобные?
Крис медленно протянул руку и стёр с моей щеки грязный развод смоченной слезами пыли. Детское желание шмыгнуть носом боролось во мне с женским нежеланием выглядеть ещё хуже, чем я уже выглядела в этот момент.
- Достаточно неудобные, сказочница.
"Твоя мать тоже была сказочницей, - подумалось внезапно. - Во времена, когда ещё не была твоей матерью".
Независимо от своих желаний, Ханна передала своему сыну зерно света, который горел в ней до того как она потерялась во тьме.
Мы сидели плечом к плечу на одной из самых высоких крыш, и перед нами простиралась Эсперанса, гигантский город и крошечный мир, прекрасная и ужасающая одновременно.
Я не ожидала, что Кристиан вновь заговорит.
- Прежде я не задумывался о том, что будет после.
Мне не потребовалось уточнений, чтобы понять, что он подразумевает под этим кратким "после".
Я зябко пошевелилась, почти касаясь его предплечья.
"Не задумывался"... Настолько, что для него не имело значения даже то, насколько он переживёт своего врага. Свой единственный стимул к жизни. И - почти наверняка - своего отца.
- А теперь? Теперь что-то изменилось?
Он искоса посмотрел на меня со странной задумчивостью. Дрогнул угол рта.
- Пожалуй, что да. И знаешь - раньше было проще. Никаких неудобных вопросов.
Я молчала, не зная что ответить, и нужно ли вообще. Эти слова, как волшебные предметы, внутри были больше, чем казались снаружи.
- Иди ко мне, - просто сказал Крис, и я качнулась к нему, напитываясь его теплом и пытаясь поделиться своим.
 
Я полюбила этот дом... наш дом, как осмеливалась называть его про себя. То, что прежде казалось заколдованной темницей, стало восприниматься иначе. Несмотря на демонстративную роскошь и размеры, это была всего лишь утлая лодочка посреди штормового моря. Вскоре мне об этом напомнили.
Я как раз наливала кофе, поэтому первая оказалась у дисплея. Прежде чем появился Крис, уже успела узнать личность визитёра.
Строчки плясали перед глазами, когда Кристиан оттеснил меня от монитора, заслоняя его собой. Обхватил моё лицо ладонями и заставил посмотреть прямо.
- Не думай об этом, - произнёс с нажимом. - Я разберусь. Иди к себе.
Я могнула широко распахнутыми глазами, с усилием отводя взгляд. поймала его левую руку и задержала обеими ладонями.
- Мне нужно ответить, Вил, - он настойчиво убеждал, как маленькую. - Всё будет хорошо. Это не первое его посещение.
Я размеренно кивала, не расцепляя пальцы, а Крис пока медлил, воздействуя силой убеждения, а не мышц. Вот, почти... Ещё секунда.
- Не крутись у него перед глазами. Уходи! Ну же! - Голос Кристиана становится резче, и он легко высвобождает запястье.
Ухожу быстро и не оборачиваясь. Больше нет поводов задерживаться. Я успела.
В коридоре перехожу на бег. Здесь нужно повернуть налево, если я собираюсь последовать указанию Криса. Бегу направо, проклиная расстояния между помещениями. Запинаюсь на ковре и почти не глядя - некогда - кликаю по горящему значку.
Между коммом Кристиана и компьютером устанавливается соединение. Выключаю звук на своей стороне сигнала.
Остаётся надеяться, что Крис будет достаточно поглощён разговором с Папой, чтобы не обращать внимания на слабо подсвечивающийся дисплей комма.
Кристиан мог убеждать меня в чём угодно. Я знала, что наш медовый месяц подошёл к концу.
    
Решение
Я не рискнула дослушать диалог. Кристиан и без того мог в любой момент разоблачить меня, просто бросив достаточно внимательный взгляд на комм. Поэтому я разорвала соединение и ушла в свою спальню. Я уже достаточно услышала.
Хозяин Эсперансы, когда мне доводилось с ним встречаться, не расставался с куревом. По сравнению с ним привычка Криса выглядела просто мальчишеским баловством. Конечно, я знала, что эта высушенная трава первым делом бьёт по лёгким, и Водяной кашлял. Но кашель перешёл в надсадные хрипы. Похоже, одно из удовольствий Водяного обернулось для него мучением.
Похоже, лучшим врачам Эсперансы нечего ему предложить. И он пришёл за мной. Я стала единственным шансом хозяина города без надежды.
Ну что за честь.
То обстоятельство, что Водяной нанёс личный визит, говорило сразу о нескольких вещах. Его терпение подошло к концу - это одно. Он сам явился к Кристиану, хоть и, разумеется, в сопровождении, а значит, ещё в достаточной мере доверяет ему и, насколько это в принципе возможно, выказывает уважение. Нашёптывания Смайли, о которых безадресно, вскользь, упомянул Папа в начале беседы, не оказали на него особого впечатления. Но он помнит о них, взял на заметку... Окажется ли этого достаточно, чтобы Водяной обратил на Кристиана пристальный взгляд?
Смайли не располагал доказательствами, но я сама могла им послужить. Пусть Водяной и не прознал о делах, которые Кристиан проворачивает у него под носом, это не отменяет того факта, что его доверенный человек ставит свои интересы превыше интересов своего хозяина. Держит при себе девчонку, которая тому жизненно необходима. Водяной - не мелкая рыбёшка Смайли, который точит на меня зуб, подозревая в причастности к убийству своего дружка. Водяной протягивает руку и берёт своё, а не отдёргивает ладонь, когда ему ударяют по пальцам.