Папа на сезон

Следующим утром мы договариваемся встретиться с Анькой, чтобы сходить на пляж, но она объявляется раньше, по телефону. Андрюша как раз поедает мюсли, а я пью кофе, глядя на него.
— Настя, да ты звезда, – заявляет подруга без приветствия, я сразу настораживаюсь.
— То есть?
— То и есть. Кстати, классно целуешься, – смеется подруга, – ваши лобызания уже лежат в сети на всемирном обозрении. Сейчас ссылки кину.
Она кладет трубку, не дожидаясь моего ответа, я хлопаю глазами. Ссылка ведет в группу социальной сети, посвященную Крыму. Подписчиков в ней столько, что я нервно сглатываю. Не будут же они все смотреть, так ведь?
Включаю видео на нужном посте и замираю. Мы зажгли на лоджии свет специально, чтобы было лучше видно. Судя по всему, съемка происходила из соседней высотки. Качество не очень хорошее, то есть что происходит – понятно, а вот лица не разглядеть. Касторин сказал, так и надо, больше будет разговоров – правда или нет. А разговоров, надо сказать, уже немало, если судить по количеству комментариев.
Сам пост тоже подан в ярких тонах. Демьян Третьяков, молодой богатый завидный жених, снял квартиру на побережье для своей новой девушки. Кажется, у них все серьезно, и его даже не смущает наличие ребенка. По крайней мере, мужчина уже которую ночь проводит там.
Усмехнувшись, качаю головой. Которую… Всего-то вторую. Загружаю комментарии и тихо обалдеваю. Даже подумать не могла, что Демьян настолько популярная личность. Нас обоих мусолят со всех сторон, мне достается все больше нелицеприятного, оно и понятно, увела такого парня…
Чтение прерывает очередной звонок подруги.
— Ну что, посмотрела? – спрашивает она. – Я впечатлилась, честно. Даже возбудилась немного, конечно, от тебя.
Я смеюсь, не удержавшись.
— На самом деле, это не так уж и смешно, – продолжает она. – Это я тебе одну группу скинула, в городской уже тоже есть, и новость мусолится будь здоров. Так что не удивлюсь, если к тебе наведаются обиженные дамочки. А они, знаешь, на всякое способны.
— Не думаю, что до этого дойдет, – говорю неуверенно, поглядывая на сына. Он выел все ягоды и молоко, в остальном содержимое тарелки осталось на месте. Качнув головой, посылаю ему укоризненный взгляд.
— Я наелся, – говорит Андрюша, слезая со стула.
— Ладно, я скоро буду, тогда и поговорим, – замечает Анька, и мы прощаемся.
— Тебе понравилось с ним целоваться? – спрашивает подруга, когда, накупавшись, мы располагаемся на берегу и сын принимается строить из камней башню. Я только шикаю, показывая на него глазами. – Да брось, он, когда занят, ничего не слышит. Хотя чего я вообще спрашиваю? Как может не понравиться с таким, как он? Тем паче, ты ведь не только целовалась, но и…
— Замолчи, пожалуйста, – все еще делаю страшные глаза, Анька только смеется, но потом становится серьезной.
— Смотри не влюбляйся, – говорит ответственно.
— Мы это уже обсуждали.
Подруга кивает.
— Как у них с Дрю?
Я вздыхаю.
— Хорошо, – говорю честно, – быстро нашли общий язык, и Демьян Андрюше явно нравится. Это меня куда больше беспокоит, если честно.
— Боишься, он к нему привыкнет?
Киваю, поглядывая на сына, таскающего в ладонях воду к своей башне.
— Боюсь, – отвечаю ей.
— Может, стоит рассказать всю правду? – Мотаю головой. Анька вздыхает. – Ладно, твое дело. Тут я тебе не советчик.
Демьян приезжает вечером, около семи, мы с Андрюшей как раз подходим к дому после вечерней прогулки, когда он вылезает из машины.
— Привет, – радостно машет ему сын, Демьян улыбается в ответ, жмет ему руку, а я не могу отвести взгляд от его шеи, на которой отчетливо виден засос.
    
Глава 11
Демьян
Все как-то не так. Я отчетливо это ощущаю, когда еду в бар к Темычу вечером. Но мне нужно расслабиться, напоследок, так сказать, пока не пошли все эти слухи и сплетни о счастливом муже и отце, которые мне уже, как кость в горле, хотя Касторин еще даже не пустил в дело материал.
Материал… Надо же так назвать поцелуй. Я отчетливо вспоминаю, как Настя подавалась мне навстречу, как отвечала, а потом всплывает ее образ в выбранном Светой платье. Издевается она, что ли, такое на нее надевать?
Нет, выглядит круто, я не спорю, только если она выйдет в нем на люди, то окружающие мужики из штанов повыскакивают. Даже не думал, что худенькая и невзрачная девушка может так измениться от одной шмотки, шмотки, которая сумела подчеркнуть ее достоинства, развернув их таким образом, что захотелось подойти к Насте, провести пальцами вниз по голой спине, потом по бёдрам и задрать этот короткий подол.
Вот это желание и есть отличный повод навестить бар друга, пусть подгонит мне очередную девицу без обязательств, с которой мысли о сексе с Настей уйдут на второй план. Потому что они посещают мою голову что-то уж слишком часто за последние сутки.
Темыч на месте, сидит у стойки с брюнеткой в таких коротких шортах, что видно ползадницы. Я оцениваю эту ее часть быстрым взглядом. Вполне сойдет.
— Привет, – кладу руку на плечи другу, оказываясь таким образом между ним и девицей.
Она кидает на меня быстрый оценочный взгляд и начинает широко улыбаться. Слишком много косметики на кукольном лице, впрочем, не смотреть же ей в глаза я собрался.
— О, Дема, – радостно отвечает Артем, – а мы тут со Снежаной заболтались. Такая милая девушка.
— А можно я тоже с ней поболтаю? – перевожу взгляд с нее на друга, тот вопросительно изгибает бровь. – В отдельном кабинете.
Снова смотрю на девушку, она, конечно, растерялась, но явно не против. Усмехнувшись, тащу ее за руку, заставляя слезть с барного стула.
— Какой вип свободен? – спрашиваю друга.
— Третий, – он качает головой, обалдевая.
Ну вот, даже его смог удивить, надо же. А думал, это невозможно за столько лет дружбы.
Когда мы со Снежаной оказываемся в випе, сажусь на диван, утягивая ее на себя. Она глупо хихикает, кладя руки мне на плечи.
— А ты напористый, – говорит мне, – люблю таких.
Сжимаю ее бедра, притягивая еще ближе, она тянется к губам, но я пресекаю:
— Давай без этого.
Черт знает почему, я всегда ровно относился к поцелуям, не считая их чем-то особенным, но сейчас почему-то не хочу. Девушка не расстраивается, переключается на мою шею, целует, посасывает, а сама трется об меня. Ее руки спускаются к ремню на моих брюках, и когда она, справившись с препятствием, лезет мне в трусы, понимаю: не хочу ее. Хотя организм реагирует однозначно, но не хочу. Она кажется грязной, мерзкой и какой-то… ненатуральной. Что за… Полный трындец.