Орден Крона. Армия свободы
Казалось, земля вокруг консульства содрогалась от битвы — сражение шло жестокое, кровавое. Стязателей было меньше десятка, но для нашего крохотного отряда даже один представлял угрозу. Тать вертелся смертельным вихрем, разрезая и отгоняя противника сразу двумя тяжёлыми мечами, Ремейн улепётывал от троих стязателей, а Бешеный Крейг… Я сглотнула, признав в окровавленном теле своего товарища. На нём живого места не было — его проткнули раз двадцать, не меньше.
— Sol Amunt! — как можно ровнее проговорила я. — Eman miсhi'tum del Rewd!
Почва покорно взорвалась, разбрасывая камни и куски. Ближайшего стязателя подбросило от взрыва, откинуло назад. Он упал и на миг потерял ориентацию — по крайней мере, едва шевелился. В два прыжка я подбежала и, глядя на поверженного противника с ужасом поняла, ЧТО нужно сделать.
Под чёрной маской оказался совсем ещё мальчишка — парень был моложе меня на добрых пару лет, а может и того больше. Он округлил глаза и зажмурился, увидев сверкнувшего в моей руке Кааса. Я замешкалась.
Звуки боя смолкли, время застыло кусочком смолы. Я слышала лишь собственное дыхание, бешеный стук сердца и лязг зубов — челюсти мелко подрагивали. Обернулась. Три клинка, направленных на Татя, застыли в опасной близости от его тела. Ещё миг, — и бойца проткнут так же, как недавно Бешеного Крейга.
— Именем Ордена Крона, — промямлила я под нос. И заорала что было сил: — ИМЕНЕМ ОРДЕНА КРОНА!
Парень у моих ног открыл глаза — ещё не потемневшие от магии Толмунда — и света от жаровен мне хватило, чтобы увидеть в них жгучую, почти уничтожающую ненависть. Стязатель потянулся и схватил меня за лодыжку.
Лезвие кинжала легко чиркнуло по его горлу, и глубокий разрез быстро напитался вязкой слизью. Я облизнулась, представляя как наполняется кровавая плазна. Резко развернулась и без промедления воззвала к Толмунду, как делала это ещё вчера. Один из окруживших Татя противников упал, выронив оружие. Второй всё же успел достать наёмника клинком, и в бок Татя воткнулось остриё фламберга. Третий, должно быть, тоже ещё совсем юнец, замешкался.
— Дерьмо, — ругнулась я. — Троллье дерьмо!
Одной стрелой не поразить сразу троих. Раненный Тать был в опасности. На решение было меньше секунды, и я даже не успела осознать его в полной мере.
К алому туману магии добавилось зелёное свечение, и все три врага в бордовых перчатках рухнули в разлом, нелепо взмахнув руками. Тать благодарно кивнул, пятясь и зажимая кровавую рану. С удивлением я осознала, что даже не воспользовалась воззванием — магия Ревда откликнулась в долю секунды на один мысленный приказ.
Приободрённая, я взобралась прямо на труп, намереваясь выпустить колчан стрел в барахтающихся как скот воинов. Радуйтесь, выродки, Юна Горст дарит вам милосердие быстрой смерти!
— Милость Юны Горст, — насмешливо заорала я и выпустила три стрелы в головы стязателей.
Стрелы Карнеума безошибочно нашли цели. Они насквозь пробили черепа, как некогда сочные фрукты наглого торговца в Фарелби.
Я дёрнула уголком губ, радуясь победе. Сожаление о смерти троих парней было незначительным, далёким, как едва уловимый шум горной речки. В конце концов, Квертинд послал их на смерть, а я просто защищала друга.
Обессилевший и раненый Тать с трудом стоял на ногах, пошатываясь от слабости. Глаза его расширились от дикого страха и паники. Но меня это не испугало — я была слишком увлечена ликованием. Сзади что-то хрустнуло, звякнуло, и я изящно и ловко крутанулась, приободрённая успехом и кровавой магией.
— Именем Ордена Кро… — Кованая перчатка ударила меня под рёбра, как котёнка, сбивая на землю.
Я тут же откатилась, захлёбываясь кровью и воплем, и беспомощно уставилась на опускающийся бастард. Его владелец не был стязателем — обычным солдатом в кольчужном капюшоне. Не соображая ничего от шока, я только и смогла беззащитно вытаращиться.
От смерти меня спас кортик Ремейна — крохотная рукоять вошла аккурат над кадыком моего палача. Он выронил оружие, и клинок воткнулся в землю буквально в пальце от моего плеча. Я поднялась на четвереньки, поползла, пытаясь разглядеть хоть что-то в наползающем дыму и внезапной суматохе. Мимо мелькали чьи-то сапоги, кричали десятки голосов, звенело оружие.
Рядом просвистел кинжал — не то Реймена, не то врага. Сразу следом — град стрел. Одна вонзилась в мой сапог, к счастью, едва оцарапав пятку. Вытаскивать я не стала — забралась под чей-то труп, прикрываясь мёртвым телом от смертоносных жал. На меня уставились остекленевшие глаза — не стязателя, а обычного мужчины. Он был так близко, что я могла разглядеть сетку сосудов на его носу, грязную щёку, седые волоски в щетине. Ещё один солдат армии Квертинда. Меня затошнило.
— Таааать, — позвала я.
И тихонько заскулила, скосив глаза. Из консульства сплошным потоком шли и шли солдаты — армия Квертинда во главе с боевыми магами. Они появлялись из густого дыма, то и дело мигающего зелёным и оранжевым свечением. Как же так? Тать говорил, что появятся только стязатели…
В это мгновение я даже не испугалась, лишь вздохнула от того, что нам теперь не выиграть. А потом надо мной вспыхнул труп. Я мгновенно его отпихнула, но щёку обожгло раскалённой искрой, и от этой крохотной боли в сознание рассерженной осой впился страх — дикий, отупляющий, самый злой страх скорой смерти. Он шёл из таких глубин, что все предыдущие эмоции показались мне крошечными и не настоящими.
— О Ревд, прости, прости, Девейна, Толмуд, спасите, — отчаянно взмолилась я.
Совсем как когда-то трусливый Нивейд Малкер. Как маленькая, жалкая, глупая девчонка перед лицом кончины. Я понимала, что моя судьба может оборваться прямо в эту секунду. Что больше не будет наказаний, ворчаний ментора, угрозы исключения из академии и порицаний ректора. Что в настоящем бою можно найти настоящую смерть. И что мне отчаянно, до боли и судорог хочется жить. Я столько ещё не успела!..
От следующей стрелы я увернулась чудом. Поползла по горящей земле подальше от сражения. Мимо понёсся Ремейн, прямо навстречу пока ещё рассеянной армии. Я мелочно порадовалась, что он отвлечёт от меня внимание…Только бы оказаться подальше! Где угодно! Только не здесь! Боги, помогите! Кто-нибудь, помогите, умоляю!
— Джер, — жалко и глупо заскулила я. — Пожалуйста, прости меня. Спаси меня!
Рядом рванула земля вместе с брусчаткой, меня обдало колючими осколками и отбросило на добрый десяток шагов. Я больно ударилась о что-то твёрдое и, кажется, потеряла сознание, потому что следующее, что помню — окровавленное лицо Татя, бьющего меня по щекам.
— …бежать, мелкая, — сбивчиво бормотал Тать. — Здесь армия… Целая армия, ясно? Откуда взялись… Засада…
В ушах гудело, голова раскалывалась, но я всё же поднялась и вцепилась в куртку наёмника дрожащими от ужаса пальцами. Вокруг было светло, как днём — крохотная площадь оказалась вся перерыта магией и сейчас полыхала. В дыму мелькали десятки людей. Зловещие фигуры рыскали по полю в поисках предателей Квертинда. Сверкали огни тиалей, блестела сталь, гремели приказы. Я не разбирала ни слов, ни пространства, только держалась за Татя, как за своего единственного спасителя.