Ментор черного паука
Какое-то время в рядах царило смятение, затем долговязый студент рядом со мной кинул взгляд на Сирену и неуверенно потянул руку.
— Отлично! — обрадовался маг. — Спускайтесь ко мне. Напомните, как вас зовут?
— Студент Нед Комдор, магистр.
— Вы хорошо спали сегодня, студент Комдор? — заговорщически спросил Флейн Риин.
Народ захихикал, и в аудитории начался гомон: все делились впечатлениями и рассказами о том, кто как спал.
— Если честно, не очень, — опасливо ответил Нед. — Волновался перед началом занятий.
— Что ж, насколько мне известно, всё самое страшное на сегодня позади, — ободрил преподаватель и открыл дверь.
В аудиторию вошли двое старшекурсников. В одном я узнала здоровяка Маффина, а второй студент с факультета Ревда был мне не знаком, но тоже обладал весьма внушительными размерами. У входа встала Лилия и ещё какая-то девушка с кольцами Мэндэля в тиале.
— Эти студенты любезно согласились помочь вам добраться до постели, — сообщил магистр Риин, чем здорово напугал Неда Комдора: он стал нервно оглядываться на двух верзил за своей спиной.
— Бояться не нужно, — дружелюбно похлопал его по плечу магистр Риин. — Я хочу усыпить вас заклинанием высокого порядка Мэндэля, и вы заснёте крепким, здоровым сном. Опасности никакой нет. Готовы?
Студент Комдор кивнул, немного успокаиваясь, но уверенным он по-прежнему не выглядел. Магистр Риин сосредоточил взгляд на глазах Неда и произнёс:
— Dinsar-sedelsomnisensomiar! Eman miсhi'tum del Mendel!
Слова прозвучали зловеще, собираясь в единую мантру, поэтому я не успела проследить за всеми, ухватила только последнее «Мэндэль».
Нед Комдор несколько секунд стоял, моргая, потом начал сонно оседать. Двое старшекурсников подхватили его под руки и повели к выходу. Аудитория зааплодировала. Мы с Сиреной присоединились к хлопающим. Магистр Риин поклонился, сверкнув своей татуированной лысиной, и вышел следом за усыплённым, видимо, чтобы отследить его благополучную доставку до комнаты.
* * *
После плотного обеда в столовой мы с Сиреной вернулись в комнату номер 322 сытые и уставшие. Блеклые лучи кроуницкого солнца освещали широкий подоконник, что служил нам столешницей, стопку учебников на его зеленоватой поверхности и сосредоточенную Фидерику Уорт, ведущую личную борьбу с пломпом. Она взывала к Мэндэлю, держа в руках маленький круглый обрывок пергамента, потом клеила его на стену и смотрела на результат. Итогом были радужные полосы, наискось пересекающие кирпичную поверхность. Фиди заметно расстраивалась и принималась заново читать заклинание. К третьему разу мы смогли различить кое-какие слова, но тут новоиспечённый ментальный маг столкнулась с другой проблемой: пломп перестал крепиться, сваливаясь обратно в руки измученной студентки.
— Магистр Риин заставил нас готовить пломпы для первого курса, — пояснила Фиди. — Говорит, хорошая тренировка иллюзии. Только у меня ничего не выходит.
— Ну, ты ведь только начала обучение, — успокоила подругу Сирена. — Со временем всё получится.
— Это уже шестнадцатый пломп! — пожаловалась Фиди и отправила клочок в мусорное ведро. — Только липкий пергамент перевожу.
— А разве не запрещено применять магию вне занятий? — вспомнила я правила академии.
— Если никто не видит, то нет, — объяснила Фиди. — Вы ведь меня не заложите?
— И в мыслях не было, — заверила я. — Просто вдруг это как-нибудь станет известно?
— О нет, специально отследить невозможно. Здесь все колдуют, когда преподаватели не видят. Некоторые магистры на это закрывают глаза. Опасаться стоит только Вилли: она всё докладывает Надалии. Та очень внимательно следит за тем, чтобы студенты не применяли магию.
— Кроме факультета Нарцины?
— Кроме факультета Нарцины.
Фиди тяжело вздохнула, открыла свою тумбочку, достала листы и принялась чиркать грифелем. Я не стала досаждать ей сочувствиями, поэтому начала изучать перечень учебников. Он был довольно внушительный, старательно выведенный кривоватым почерком:
Список обязательной литературы
1. ЛЕТОПИСИ КВЕРТИНДА от начала времён до гибели Иверийской династии (под редакцией Претория королевства Квертинд)
2. Оборот магической памяти. Семь стихий. (Шарль Уэспер)
3. Язык древних волхвов и некоторые из его заклинаний. (Цергог Рутзский)
4. Жизнь в культурном свете. (Лаптолина Првленская)
5. Приди к своему богу. Духовный путь мага. (странствователь Митрофан, служитель Вейна)
6. Боевое оружие как главный артефакт. (Галиоф Иверийский)
Список дополнительной литературы
1. Династии аристократических семей Квертинда. Геральдика.
2. Практическая гибридология — справочник для начинающих (под редакцией кнессета Веллапольского государства)
3. Волшебство без волшебства: магия механизмов доступна каждому! (Мадоллу Пузер)
4. Исследования мира и народов (Квибрл Страут, перевод с тиберийского)
— Видели Мотану Лавбук за обедом? — Сирена перебирала украшения в резном сундучке. — Судя по тому, сколько она набрала учебников, в её перечень специально добавили ещё десяток.
— Я даже завидую её рвению к учёбе, — помахала я списком. — Мне все эти бесконечные статьи и очерки кажутся ужасно скучными. Не очень люблю читать.
— Eman miсhi'tum del Narcine, — шептала наша ментальный маг, уткнувшись в свои рисунки.
Вдоль грифеля мелькнула жёлтая искра, спрыгнула на пергамент, вспыхнула и исчезла.
— Фиди, ты не тем заполняешь свою магическую память! — возмутилась Сирена. — Ты должна тренировать заклинания Мэндэля. Так у тебя никогда не получится стать сильным магом!
Фиди нахмурилась и сползла по подушке, закрывшись своим творением.
— Это меня расслабляет, — пробурчала она из своего укрытия. — Идите уже к Голомясу.
— Где его искать? — спросила я.
— В библиотеке, конечно, — выглянула Фиди. — Большая башня на том конце облачного моста. Кстати, по нему теперь можно гулять ночью. В прошлом году разрешили, чтобы студенты могли заниматься в любое время.
— Я боюсь высоты, — сморщила носик Сирена. — Может, есть другой вход?
— Лучше идите по мосту, — загадочно хихикнула Фиди, снова прячась за листами. — Eman miсhi'tum del Narcine.
Яркая лента магии Нарцины прильнула к пергаменту, вызвав недовольный возглас студентки Эстель. Я скрутила список в трубочку и подтолкнула Сирену к выходу, пока она снова не начала ругаться.