Ментор черного паука

— Вот эта, господин Брин, — темничий кивнул за спину. — Как и наказано было, сберёг в целостности.
— Я забираю её, — повелительно сообщил Каас.
— Господин Опатрин самолично обещались… — засомневался охранитель Брем.
— Хочешь воспрепятствовать мне вершить волю Квертинда, темничий? — недобро прищурился стязатель.
— Моё дело маленькое, — стушевался здоровяк. — Я только исполняю приказы. Однако тоже служу величию королевства. Ищу свет в самых тёмных его душах…
За одной из дверей послышался жуткий грохот. Металлическое полотно задрожало, как будто кто-то пытался вырваться. Потом присоединились крики и звуки ударов.
— Тёмные души зовут, — Каас кивнул за спину темничего.
К нарастающему гомону присоединился жуткий свист, едва не лишивший меня слуха. Это свистел охранитель Брем. Он уже снял с затылка своё жуткое приспособление, когда со стороны коридора прибежали несколько вооружённых надзирателей. У некоторых я заметила тиали, в том числе склонности Мэндэля. Каас схватил меня за плечо и вывел, оставив тюремных служащих делать свою работу.
— Каас, — я всё-таки не удержалась и обхватила стязателя, — у тебя удивительная способность появляться вовремя.
— Не сейчас, Юна, — он отлепил меня от себя. — Нам надо торопиться. Ты ведь не решила отправиться в Зандагат?
— Нет, — быстро отозвалась я. — И в Пенту Толмунда не хочу.
— Так я и думал, — кивнул Каас. — Потому что тоже не хочу, чтобы ты там оказалась. Но в академию ты вернуться не сможешь. Тебе придётся бежать. Нам обоим придётся.
В низком каменном коридоре было темно. Сквозняк гонял дым от факелов, что кидали свет на лицо стязателя, высвечивая только одну его половину. Мой друг казался почти неузнаваемым.
— Но куда? — я осмотрелась, прикидывая, в какой стороне выход.
— Для начала — в приют Ордена, — спешно пояснил Каас. — Там нас несколько дней не достанут. Какое-то время у консульства уйдёт на расследование и бюрократию. Но когда узнают, что ты сбежала, а я тебе помог, начнётся охота на нас. В Кроунице оставаться опасно, но из Квертинда мы уехать не можем. Юна, ты должна…
— Я знаю, — прервала я стязателя. — Знаю, что должна убить Кирмоса лин де Блайта. Каас, но ты-то не должен. Если ты предашь Квертинд, он будет тебя преследовать ещё более жестоко, чем меня. Это мой путь, ты не обязан вставать рядом.
— Ты ещё многого не знаешь, — Каас взял меня за руку и потащил в один из тоннелей, игнорируя попытки его вразумить. — Единственный способ выбраться из Пенты Толмунда — никогда не попадать туда. Я не позволю, чтобы с тобой случилось то же, что и со мной.
Только теперь я поняла, что он сильно нервничал. Движения его были торопливыми и резкими. Мы почти бежали. Охранники, что патрулировали коридоры Кедровок, уступали нам дорогу, почтительно кивая стязателю.
— Каас при тебе? — кинул он через плечо.
— Да, — заторможенно ответила я, не сразу догадавшись, что речь о кинжале.
— Хорошо, — одобрил стязатель. — В западной части окраин есть поселение. Ты его сразу узнаешь, это богатый район, где стоят роскошные поместья. Местные зовут его «Долина нищих». Найди обширную усадьбу с алыми воротами в высоком заборе и зелёным лабиринтом. Тебе достаточно будет назвать имя, чтобы тебя впустили. Это и есть приют.
Я хотела ответить, но пришлось промолчать и посторониться. Навстречу нам шёл стязатель в маске, но мы оба смотрели вперёд, стараясь сохранять спокойствие и не замечать его. Он вёл очередного узника. Лицо несчастного скрывал полумрак коридора, но по свежему кедровому запаху я поняла, что его только что доставили. И что мы почти у выхода. По спине пробежал холодок, зарождая тревогу.
— Разве ты не пойдёшь со мной? — я схватила Кааса за рукав, придерживая, когда мы снова остались одни. — Если я не сяду на утренний корабль, все поймут, что меня освободил ты. Консул Рутзский непременно будет оповещён. Нас видел охранитель Брем и ещё десяток темничих. Они ведь не из… не за свободный Квертинд?
— Нет, — Каас остановился, прислушиваясь. — Юна, до приюта путь неблизкий. Если придётся сражаться — беги. Ты должна добраться туда, со мной или без меня.
— Я без тебя не уйду, — отрезала я.
Я ожидала, что Каас будет спорить, но он лишь приложил палец к губам, призывая меня к молчанию. Стязатель ухватился за рукоять меча, заслоняя меня. Теперь я тоже расслышала шаги и узнала знакомый голос в доносившихся до нас обрывках разговора.
— Стязатель Брин, — Карит вышел из-за угла в сопровождении своего вчерашнего юного коллеги. — Вижу, вы уже позаботились о леди Горст.
Сердце бешено заколотилось, к вискам прилила кровь, наполняя меня лихорадочной энергией. Я нырнула рукой под накидку — туда, где висел кинжал. Моё сознание как-то неуместно отметило, что меня сейчас готовы защищать целых два Кааса. Бросать своего друга я не намеревалась ни при каких обстоятельствах. Тот из Каасов, что был человеком, напрягся, но меч вытаскивать не спешил.
— Стязатель Опарин, — кивнул он, и я удивилась твёрдости голоса. — У меня приказ доставить леди Горст.
Я отметила, что Каас умолчал о том, куда доставить, но Карита больше интересовал другой вопрос.
— От кого? — недоверчиво прищурился он.
— От его милости консула Рутзского, — не моргнул глазом Каас.
По его шее стекала капелька пота, хотя в коридоре гуляли жуткие ледяные сквозняки. У меня самой намокли ладони. Особенно та, что сжимала рукоять кинжала. Я вытащила его из ножен и опустила вдоль тела.
— Я только что от него, — довольно улыбнулся блондин. — Уже сообщили хорошие новости?
Повисла неловкая пауза, прерываемая отдалёнными криками заключённых. Должно быть, где-то вдали шёл бой. Может, за той дверью, где мы оставили охранителя Брема. Карит почувствовал неладное и тоже положил перчатку на эфес оружия. Напряжение задрожало в воздухе, и я приподняла кинжал, намереваясь причинить мгновенную смерть одному и стязателей. После короткого колебания я остановила выбор на молодом, который всё ещё непонимающе озирался. Он казался не слишком расторопным, а значит, скорее всего, не сможет быстро среагировать. В статую я не превратилась, но всё же… не смогла решиться. Осознанно упуская момент внезапности, я перешла к переговорам.
— Хорошие новости? — подала я голос. — Для меня?
— Значит, ещё нет, — ещё больше обрадовался Карит, отпуская меч. — Вы никуда не едете, леди Горст. Консул хочет лично принести вам извинения за ночь, которую вам пришлось провести в Кедровках, и все эти неудобства из-за бумажной волокиты.
— Неудобства? — недоумённо повторила я.
И вышла из-за спины Кааса, стараясь понять происходящее. Стязатели хотели нас запутать? Карит смотрел приветливо, а его напарник прятал глаза, как будто ему было стыдно. Попыток вытащить оружие или применить заклятия Толмунда они не предпринимали. Каас придержал меня, не позволяя высовываться, но и он выглядел озадаченным.