Ментор черного паука

— Связь, — пояснил Джер. — Я почувствовал.
— Почувствовал? — скривилась я.
— Ты испугалась, — он как-то особенно выделил это слово, словно пробуя на вкус мой испуг. — Странное чувство. Я раньше не знал, каково это.
— Не знал, что такое страх? — удивилась я.
— Не совсем страх, — он, кажется, немного успокоился и теперь выглядел больше задумчивым. — Что-то иное. Получается, раньше ты ни разу не боялась? С тех пор, как у нас появились знаки соединения.
— Кажется, не боялась, — попыталась вспомнить я. — Обычно я смеюсь в лицо опасности!
Он усмехнулся моему детскому девизу, и мне стало немного легче от того, что его злость отступила.
— Ты не боялась ни икша, ни Чахи, ни трупов Голомяса, ни Зака Маффина? — он тоже вспоминал. — Ни меня?
— Тебя я немного пугалась поначалу, — призналась я. — Но теперь даже наоборот. Я бы сказала, меньше всего я чего-то боюсь именно тогда, когда ты рядом.
Джер остановился, и я осеклась, смутившись. Он говорил, что его я должна бояться в первую очередь. А учитывая то, что он мог оказаться совсем не Джером — мне стоило не просто бояться, но ещё и ненавидеть. Так, как недавно я ненавидела Фаренсиса. Или даже сильнее. Я постаралась представить его своим врагом, но не смогла. Мой ментор был единственным в мире человеком, с которым я могла говорить откровенно. Несмотря на его жестокие уроки, на его безразличие и убеждения Кааса.
Джер шагнул ко мне, обнял одной рукой и привлёк к себе. Я оторопела от его объятий, но прикосновения ментора не вызывали во мне неприязни или отвращения. Пожалуй, никогда. Даже самые… интимные, как в тот раз, на плато. Моё подсознание, моё тело и мои рефлексы, моя плоть и кровь принимали этого человека, обходя осознанное недоверие к нему.
— Даже сейчас? — прошептал он над моим ухом.
— Даже сейчас, — выдохнула я и прижалась щекой к твёрдой груди, согреваясь.
Странно, но в этом не было напряжения, трепета или особого волнения. Кажется, все свои эмоции я истратила сегодня в бестиатриуме и сейчас просто грелась близостью своего ментора, наслаждалась чувством защищённости и спокойствия. Я закрыла глаза и даже перестала мелко вздрагивать от каждого порыва ветра, хотя он всё ещё лупил с огромной силой. Джермонд уткнулся носом в мою макушку и вдохнул. Я улыбнулась, признавая, что скучала по нему. Даже его запах был для меня особенным, как будто знакомым с детства, терпковатым, но вкусным. Джер пах для меня Кроуницем: дубовым мхом, кожей и туманом. Или это Кроуниц пах для меня Джером? Я отстранилась, задумавшись над тем, буду ли чувствовать этот запах, когда его не станет.
— Ты когда-нибудь убивал? — я старалась не смотреть на него, разглядывая торчащие из-под снега стебли травы-волзуна.
— Приходилось, — он остался рядом, больше не убегая от меня. — Я же рассказывал, что служил в армии Квертинда.
— Это трудно? — я опасливо подняла глаза. — Как вообще можно на это решиться?
Моему вопросу Джер, конечно же, не удивился.
— Зависит от обстоятельств, — он пожал плечами. — Порой убить человека проще, чем животное. Особенно в бою. Думаю, если бы у тебя хватило силы и умений, ты сегодня могла бы прикончить Кэймона. Когда ты видишь и осознаёшь угрозу для себя или близких, вопросы морали отступают. И даже потом не всегда возвращаются.
— А если нет угрозы, но всё равно есть необходимость с кем-то покончить?
— Тогда стреляй вот сюда, — он взял мою руку и приложил к своему виску. — Мгновенная смерть, без осознания. Смертельно раненый в сердце ещё несколько секунд живёт и успевает оценить близость гибели. Смертельно раненый в мозг вырубается моментально. Твоя цель даже не успеет понять, что произошло.
В глазах его играли тёплые лучики, которые были мне большим укором сейчас, чем все его назидания и советы. Если он и понимал, о чём речь, то не показывал этого. Или просто не боялся смерти.
— И всё-таки, — перевела я тему, — как ты узнал, что я в бестиатриуме? Испугаться я могла где угодно.
— Никогда не сталкивался с родовым заклятием, — он поднял глаза и задумчиво потёр подбородок, колючий от отросшей щетины. — Тем более с менторством. Раньше связь никак себя не проявляла, либо я этого не замечал. А сегодня я почувствовал твой страх. Увидел и услышал его. Это был даже не шёпот — шелест, что стучал в висках. Я видел нить расстояния, разделяющего нас, и путь, что приведёт к тебе. Улавливал твой запах, как дикий зверь за много миль улавливает запах добычи. Но, что самое интересное, — не осталось больше ничего, кроме ощущения связи. Правда, очень странное чувство. И крайне неприятное.
— Похоже на тревогу? — предположила я.
— Ни на что не похоже, — однозначно определил Джер. — По крайней мере, я никогда раньше не ощущал ничего подобного.
Мне нравилось стоять с ним рядом, даже без объятий и слов, просто смотреть в туман и хмурое небо. Джермонд был для меня противоядием от дурмана, что разливался в моей голове по чьей-то незримой воле.
— Со мной тоже кое-что происходит, — нехотя поделилась я. — Тоже очень странное чувство.
— Не уверен, но мейлори не должна чувствовать связь, — Джермонд сдвинул брови, изучая меня. — Только ментор.
— Нет, это не связь и вообще не магия…
Справа хрустнул снег, привлекая наше внимание, но это снова оказался мохнатый хвост, по-моему, уже другого зайца. Губы мои обветрились, и их неприятно стягивало сухой кожей. Я провела по ним языком, чтобы увлажнить. Объяснить, какое именно чувство одолевало меня в последнее время, было сложно.
— Не знаю, — засомневалась я, пытаясь подобрать слова. — Будто я стою в центре воронки, вихря, что закручивается вокруг меня. Как только делаю шаг, пытаясь выбраться, настойчивый порыв подхватывает меня и ставит на место. Только кружит этот вихрь не природа, а кто-то живой, какой-то человек, маг стихии Вейна. Или склонности Мэндэля, что управляет не вихрем, а моим разумом. Я отчаянно сопротивляюсь, но от этого только мечусь, словно флюгер на крыше башни. Кто-то ведёт меня, но я не вижу, куда. И мне от этого страшно. Я не знаю, кого боюсь. Но из-за этого не могу никому доверять.
Ветер подобрал края моей накидки и раскидал их в разные стороны, нагло забираясь под мою одежду, как сегодня это делал магистр Фаренсис. Только вместо огня меня попытался одолеть холод, и я снова задрожала.
— Ни один маг не может принимать за тебя решения, — Джер покрепче запахнул мою накидку и принялся завязывать тесемки, которые до сих пор свободно болтались у ворота. — И я тоже не могу. Если я скажу, что ты можешь доверять мне, что я смогу о тебе позаботиться, это ничего не изменит и тебя не убедит. Ты сама должна это решить.
— Разве это вообще возможно решить? — торопливо спросила я.
— Я для себя решил, — он оценил меня взглядом и довольно улыбнулся: — Я тебе доверяю. А если ты не можешь решить это для себя, значит, тебе нужно сначала развеять сомнения. Или подтвердить их.