Лис Адриатики

— Да, синьор Канторини. Нападения прекратились. Думаю, турки просто не рискнули продолжать пиратствовать в этих местах и ушли. Ведь они должны понимать, что до бесконечности так везти им не может.
— Возможно, возможно… И сколько их тут было по вашему мнению?
— От четырех до шести шебек. Вряд ли больше. Но работали они слаженно, координируя свои действия. Очевидно, именно этим они и обязаны такому успеху.
— От четырех до шести, говорите? А вот у меня данные, что шебека была всего одна.
— Одна?! Но это невозможно! Спасшиеся с потопленных кораблей давали различное описание тех, кто на них напал!
— Что лишний раз подтверждает высокий уровень профессионализма турецкого капитана. Он сумел таким незамысловатым способом создать уверенность, что против нас действует целая группа. И добился своего. Кстати, удалось выяснить, кто это действовал нам на нервы. Та самая «Шахин», которая устроила переполох в Рогузе. Которую ваши подчиненные так неосмотрительно решили захватить на рейде темной ночью. Вас никогда не посещала мысль, что некоторые ваши подчиненные — идиоты? И жажда грабежа застит им разум, мешая логически думать?
— Но ведь это был корабль противника, синьор Канторини!
— Это, в первую очередь, был нейтральный порт, для обеспечения своего влияния в котором мы потратили большие средства и уйму времени, синьор Морозини! А из-за необдуманных действий нескольких не в меру жадных придурков все наши усилия пошли прахом в один момент! Все было бы ничего, если не тринидадцы. Сама по себе Рогуза ничего не значит. Но вот эти любители половить рыбу в мутной воде изменили соотношение сил кардинально! Разве ваши люди не знали, что тринидадцы сами хотят наложить свою загребущую лапу на Рогузу, и только ждут повода, чтобы вмешаться? Вот им этот повод и предоставили! И теперь нас вышвырнули из Рогузы, как нашкодивших щенков!
— Я это понимаю, синьор Канторини, и не снимаю с себя ответственности. Непосредственные виновники уже сняты мной с должности. Если Вы решите, что я не достоин командовать флотом, то я немедленно подам в отставку.
— Синьор Морозини, я этого не говорил. И не считаю виновником этого инцидента лично Вас. Увы, от действий не в меру инициативных дураков никто не застрахован. Я вызвал Вас по другому вопросу. Как Вы оцениваете ситуацию на море в целом, и что нам ждать в ближайшее время? Согласитесь, что происходящие в Адриатике события удивляют. Такого никогда не было.
— Полностью с Вами согласен, синьор Канторини. Турки сейчас не проявляют активности на море, если не считать пиратские набеги «Шахин», однако тринидадцы спутали нам все карты. Прибрать к рукам Рогузу не получится. Но, насколько удалось выяснить, влезать в эту войну на чьей-либо стороне они не собираются. Поддерживать слабейшего из противников, чтобы турки и австрияки как следует измотали друг друга, это несомненно. Но влезать в войну — нет. И здесь у нас есть возможность с ними договориться.
— Вот как? И каким образом?
— Тринидадцам, по большому счету, не нужна ни сильная Австрия, ни сильная Турция. И если бы они уничтожили друг друга в этой войне, то тринидадцам это было бы только на руку. Но, сами понимаете, это идеальный вариант, а идеально никогда не бывает. А это значит, со временем турки и австрияки выдохнутся, и им придется искать какой-то компромисс. В то же время, насколько мне известно, против Венецианской Республики тринидадцы ничего не имеют. И если мы ограничим свою экспансию в восточное Средиземноморье, то это их вполне устроит. Хоть тринидадцы сейчас и показали свои зубы, но по-прежнему рассматривают Республику как торгового партнера, а не как врага. Возможно, они согласятся на то, что мы займем все острова в Ионическом море, побережье Албании и Крит. Но не более. Пелопоннес и острова в Эгейском море нам не отдадут.
— Почему Вы так считаете?
— Насколько я понял политику тринидадцев, они стремятся не допустить появления какого-то одного сильного регионального игрока, который подомнет под себя всех остальных. Именно так они поступили с Испанией, отобрав у нее колонии в Новом Свете, и сделав из них разные независимые государства. Так они поступили с Англией, не только оказав помощь Соединенным Провинциям в последней англо-голландской войне, но и создав под боком у Англии новое государство — Ирландию, все население которой люто ненавидит англичан. И есть за что. В самой Англии тоже неспокойно. Шотландские горцы зашевелились, и очень может быть, что вскоре Англия вообще развалится на собственно Англию, Шотландию и Уэльс. Твердых доказательств у меня нет, но все говорит о том, что из этого дела торчат уши тринидадцев. Касательно Средиземноморья ситуация аналогичная. Здесь давно идет борьба всех со всеми. Но если в западной части Средиземноморья все более-менее стабилизировалось, то в восточной части Австрия и Турция никак не успокоятся. Магриб — отдельный разговор. Это рассадник бандитов всех мастей, и я, честно говоря, рад, что тринидадцы наконец-то начали наводить там порядок. Поэтому пока Вена и Константинополь будут выяснять отношения, нам лучше остаться в стороне. Поверьте, синьор Канторини, так будет лучше. А когда турки и австрияки изобьют друг друга до такой степени, что продолжение военных действий станет невозможным, мы вместе с тринидадцами потребуем заключить мир на выгодных нам обоим условиях. Конечно, это будет значительно меньше, чем если бы мы вмешались в войну на стороне Австрии, но, если только вмешаемся, можем не получить ничего. И хорошо, если останемся при своих. Тринидадцам такое очень не понравится.
— То есть Вы предлагаете прекратить оказывать помощь Австрии и отозвать наши войска?
— Нет. Пусть все идет, как идет. Наших войск в распоряжении императора Леопольда мизерное количество, а скоро вообще не останется. Как только турки получили испанское оружие и начали успешно огрызаться, так эти горе-вояки начали разбегаться. Вы ведь прекрасно знаете, что там за контингент. А т о р г о в а т ь с Австрией нам никто запретить не может. Тринидадцы смотрят на это благосклонно, а сами помогают туркам. Как они говорят, ничего личного. только бизнес. Поэтому я предлагаю сохранить статус-кво. Снабжать Леопольда необходимыми товарами за австрийское золото, но в эту очередную австро-турецкую грызню не влезать ни в коем случае. Если только турки сами на нас не нападут.
— Возможно, Вы и правы… Хоть это и идет вразрез с желаниями многих уважаемых людей Республики… Слишком большие надежды они возлагали на эту войну… То есть, вы против высадки десанта на Пелопоннес следующей весной?
— Против, синьор Канторини. Это очень не понравится тринидадцам. И как они отреагируют, никто не знает. Слишком большой риск. Тринидадцам, в случае чего, даже не придется воевать с нами на суше. Своим флотом они могут полностью блокировать Пелопоннес, лишив наши войска возможности получать необходимое снабжение. А в таких условиях добить их — дело времени. Рассчитывать на помощь греков бессмысленно. Мы будем для них такими же захватчиками, как и турки.
— Безрадостную картину Вы нарисовали, синьор Морозини… Но, боюсь, что Вы абсолютно правы. Это добавит мне и Вам врагов, поскольку наши «денежные мешки» считают совсем по-другому. Жажда наживы затмевает им разум… Ладно, вернемся к делам сегодняшним. Насколько мне известно, турецкий флот сейчас стоит в Дираше, и адмирал Кемаль-паша находит различные уловки, чтобы саботировать приказы из Константинополя о выходе в море. Пока это у него успешно получается. Не хотите совершить рейд на Дираш и решить проблему с турецким флотом так же, как решил ее коммодор Майер в Чесменской бухте?