Слуги Забытых Богов (СИ)

Какое-то время пироманты переговаривались о всяких несущественных мелочах, больше не затрагивая неприятную тему. Почти сразу новые знакомые перешли на хойгкор, на котором оба практически не разговаривали после того, как покинули Болота. Сидевшие в стороне стражники иногда недовольно косились на пиромантов, но ничего им не говорили, хотя Крина и понимала, что их скорее всего банально пугало резкое и изобилующее твердыми звуками наречие пиромантов. Все же для имперского уха хойгкор мог звучать излишне агрессивно, даже если на нем обсуждались какие-то мелочи, на вроде погоды на прошлой седмице.
Примерно к концу первого часа дежурства на стене внизу, над самыми воротами, началась какая-то суета. Один из стражников, что сидел на башне вместе с Криной и Саргом, поднялся на ноги и перегнувшись через край свистнул, привлекая внимание кого-нибудь из знакомых внизу:
— Что у вас, Ул? — стараясь сильно не повышать голос спросил страж.
— Твари к городу идут! — тоже не слишком громко ответили ему снизу.
— Храни нас Боги! Они на приступ идут? Чего тогда не сигналите?
— Дык их маловато как-то идет, — неуверенно ответил кто-то из стражников на воротах. — Может задумали чего?
— У них белый флаг кажись! — снова вмешался в разговор Ул. — Переговорщики что ли?
— Кто начальник гарнизона на стенах сегодня? Бегите за ним, олухи! — прикрикнул на друзей внизу стражник, отлипая от гребня. — Слыхал, Нэр?
— Ага, — по новой раскуривая трубку ответил второй стражник, который был старше своего друга лет на десять и носил длиннющие усы, после чего повернулся к Крине и Саргу. — Господа пироманты, вы бы приготовились, мало ли что.
— Понял! — подскочил Сарг и схватив чехол с луком принялся натягивать тетиву.
Крина же решила сама взглянуть что же происходит внизу. Перегнувшись через гребень, девушка вгляделась в сгустившуюся ночную темноту. Полнолуние к тому времени давно прошло, а значит луну стоило ждать только к утру, да еще и днем все небо заволокло тучами, так что разглядеть хоть что-то за пределами стен было почти невозможно.
— Не видно же ни зги! — отойдя от зубца возмутилась Крина. — Как ваш друг хоть что-то заметить умудрился?
— У Улиса мать брильемка, так что он в темноте получше нашего видит, — усмехнулся Нэр.
Снова вглядевшись в темноту Крина кажется заметила треплющуюся на легком ветерке белую тряпку саженях в ста от стены. Разглядеть ее у девушки получилось только из-за того, что под ней горело тусклое, практически не различимое в ночной темноте, темно-фиолетовое пламя.
— И ваш друг его на таком расстоянии разглядеть смог? — присвистнула девушка.
— Брильемцы, — пожал плечами стражник, так будто такой ответ был исчерпывающим.
Никаких движений со стороны тварей не следовало, хотя они и должны были догадаться, что их заметили. Лучники на стенах на всякий случай приготовились стрелять, хотя о прицельной стрельбе в такой темноте не могло быть и речи. Тем не менее люди пока ничего не предпринимая, дожидаясь решения коменданта.
Наконец на стене над воротами замаячил какой-то мужчина в несколько иной форме чем остальные стражники вокруг него. Коротко переговорив с дежурившими над воротами солдатами, мужчина подошел к гребню стены, и какое-то время разглядывал замерших в отдалении тварей. Словно почувствовав его взгляд, враг усилил свое фиолетовое пламя. Тусклый свет выхватил из темноты несколько человек, а может и мертвяков, на таком расстоянии понять было сложно. Всего их было не больше десятка. Один из них выдернул из земли древко белого флага, после чего вся процессия медленно двинулась вперед. А в следующую секунду в головах всех, столпившихся на стене, зазвучал мягкий и вкрадчивый женский голос:
— Пусть барон Дариус выйдет из города для переговоров. Мы обещаем, что не будем атаковать ни его самого, ни его охрану. Надеемся на то, что и у славных защитников Свеля еще есть честь и мы тоже не будем подвергнуты внезапному нападению.
— Отправьте за комендантом Боргом! Это парламентеры, — прохрипел начальник, отступая от гребня. — Живее, чего встали?!
 
Замершие вокруг стражники как-то заторможено бросились выполнять приказ своего командира. Крина их понимала, голос женщины хоть и был приятен, но в этом и крылась его коварная сила — желание делать хоть что-то улетучивалось, стоило лишь услышать даже отголоски этих фраз. Всего лишь звук и все чего ты теперь хотел — это стоять и слушать этот чарующий голос. Крине в этом плане было легче. Скорее всего из-за того, что она сама была девушкой Охотница чувствовала фальшь и скрытую опасность в словах невидимой ораторши.
Тем не менее спустя минуту по брусчатке застучали копыта лошадей, а затем заскрипел механизм подъема решетки. Но отворять сами воротам пока что никто не спешил.
На то чтобы собрать своих парламентеров у защитников Свеля много времени не ушло. Уже минут через пятнадцать со стороны города вновь застучали копыта и вскоре перед воротами спешились трое мужчин, к которым тут же поспешили дежурившие рядом стражники. В одном из парламентеров Крина узнала Алмеркуса, в основном по его прихрамывающей походке, еще один был ей смутно знаком, второй же, судя по отношению стражников, и был комендантом Боргом.
— Неужто сам капитан гвардейцев Маркус? — присвистнул один из стражников из наряда Крины, тот что по моложе. — Гляди и правда он кажись! Вон за ним пара гвардейчиков вышагивают.
— Чего удивляешься, дурень, — хмыкнул Нэр. — Конечно он приехал. Это нашего Борга из кабинета обычно не достанешь, а Маркус сам все решать предпочитает. В каждой бочке затычка, — понизив голос закончил реплику стражник.
Вскоре все трое, в сопровождении примерно десятка воинов, покинули город. Чуть больше чем в пятидесяти саженях от ворот остановилась процессия Слуг, вполне различимых с такого расстояния. Сейчас даже Крина могла разглядеть, что весь отряд сопровождения вражеских парламентеров уже давно был мертв. В том плане, что державшегося фиолетовое пламя старика окружало около десятка мертвяков. Причем выглядели они все довольно внушительно, не чета тем трухлявым трупам, что уже попадались рыжей. У этих была и вполне серьезная, кажется пластинчатая, броня, капелины на головах, в руках ростовые щиты и короткие мечи. Парочка, постоянно крутилась возле своего хозяина, явно готовые в любой момент прикрыть его щитами, хотя оружия эти двое и не доставали. В довершение всего знаменосцем врага оказался здоровый, точно больше сажени ростом, бородатый детина. Несмотря на то, что он просто стоял в нем чувствовалась какая-то скрытая сила и опасность. «Держится как настоящий воин,» — промелькнула в голове пиромантши мысль. Рядом с ним стояла стройная и, даже на таком расстоянии Крина была в этом уверена, весьма привлекательная девушка. Судя по всему, она и была виновницей недавнего ступора большинства защитников стен.
— И что теперь? — положив на стену перед собой несколько стрел спросил Сарг.
— Ждем, — пожал плечами старший из стражей, — пока парламентеры наговорятся.
***
Медленно шагая по правую руку и чуть позади от Маркуса управляющий Гильдии Охотников Алмеркус буравил взглядом замерших впереди Слуг. В то время как внимание большинства сопровождавших их воинов, судя по шепоткам, было приковано к нежити, что выглядела весьма серьезно, и старый Охотник это признавал, он следил за их хозяевами.
— Обычные люди, хотя лидер их и мрачноват, — выразил его собственные мысли комендант Борг.
— Не дайте внешности запудрить вам мозги, комендант, — предостерег его Алмеркус. — Может они и были обычными людьми, но они отвернулись от нашего рода. Лживые речи Забытых Богов оказались для них куда важнее.
 
— Вы уже встречались со Слугами ранее, Алмеркус? — негромко спросил Маркус, не отрывая взгляда от врага, до которого оставалось чуть больше двадцати саженей.
— Кажется пару раз, еще когда охотился сам. Но те, конечно, были не чета этой троице, что стоит перед нами. Трухлявый некромант, который только и мог похвастаться десятком упырей, да Слуга Белиона, весьма умелый копейщик, скажу я вам. Вон он был серьезен, чуть не отправил меня на суд к Гуривальду, параллельно шинкуя мою команду своими когтями, клыками и прочей мерзостью, что они умеют так ловко отращивать.