Очень драконий отбор

— Это значит, что тут замешаны тавельнские спецслужбы? 
— Это значит, что нас пытаются заставить думать именно так, — весело улыбнулся Кио. — Маска за маской, за ещё одной маской… гениально придумано, на самом деле. Мои ребята сбились с ног, увязывая концы с концами. Покушение на меня, преступные гильдии Тавельни, пропавшая Лайлин Этинье (кстати, если тебе интересно, она физически никогда не присутствовала в Тавельни — то была лишь её астральная проекция), пернатые змеи (одна из которых приехала в Империю под видом твоей гувернантки), человеческие аристократы, доказательства причастности чуть ли не всех драконьих семейств, разборки между ведомствами и свары в Совете… Мы метались в мыле, распыляли силы. В этом была идея противника, и должен признать: сыграно, как по нотам. Мои восторги — в который раз.
У меня промелькнула ревнивая мыслишка, что восхищение, с которым Кио говорит о главном заговорщике, очень личное. Но я тут же постаралась задавить эту идею: не хватало только ревновать мужчину-безопасника к преступникам, на которых он охотится. 
— Но какова настоящая цель? Неужели правда — убить Императора?
— О нет, — слегка улыбнулся Кио. — Я сам до последнего не знал наверняка. Но после того, как змея вломилась в мои покои и подменила корону, всё окончательно встало на свои места. Я понял, что они охотятся за Императорской Скрижалью. 
— Эм… будет ли невежественно с моей стороны спрашивать, что такое эта самая скрижаль?
Кио тихонько фыркнул:
— Да, немного невежественно, но иностранке вполне простительно. Скрижаль — это главная регалия Императора, заложенная в основание Императорского трона. В теории там должны находиться советы и наставления Первого Императора потомкам. 
У меня появилось неоднозначное предчувствие. 
 
— А что на самом деле?
— О… видишь ли, на самом деле там хранится скреплённый магическими подписями список убийц Первого Императора. То есть как хранится… Хранился. Пока Марни-Лайлин демонстрировала нам свой взрывной спектакль, его благополучно украли.
Я от такого жизненного поворота по-настоящему охренела. 
— И ты так спокоен?.. 
Кио только улыбнулся, чем ещё больше меня озадачил. 
— Подожди! Не тот вопрос. На кой вам вообще понадобился этот список?! Да ещё спрятанный в таком очевидном месте?!
 
42
— О, много причин, — прищурился Кио лукаво. У меня сложилось впечатление, что наш разговор доставляет ему искреннее удовольствие. — Целых две. В первую очередь это была гарантия. Ты помнишь: добрых три сотни лет назад я убил свою — первую — пару и забрал её дневники. Тогда многое перевернулось для меня. Я иначе взглянул на свой долг, на мир вокруг, на то, что мы делаем… и на владыку, пред которым я преклонил колени. Чем дальше я смотрел на Ими, тем больше замечал, тем чаще видел… её во снах, говорил с ней, обсуждал происходящее.
Я сжала губы. У меня было мало ревности к той, первой паре Кио; но мне не нравилось, что она приходила к нему в сны и причиняла боль. Я знаю как никто: мёртвые должны оставаться в могилах. 
— Она всё ещё снится тебе? — уточнила я как можно небрежнее.
— После нашей с тобой первой ночи — больше нет, — просто ответил он. — Когда ты спела мне колыбельную, она приснилась в последний раз. Чтобы попрощаться. Тогда я не был уверен, но теперь знаю точно: она больше не придёт… Но это сейчас. Тогда моя мертвая пара снилась мне постоянно, говорила, убеждала. Я не был уверен, игра ли это моего воображения или прогрессирующее безумие, но постепенно я начал верить ей. И понял, что Император должен умереть. Но как? Его власть держалась на страхе и могуществе, на клятвах и долге. И даже не это самое сложное, хотя и казалось почти невозможным. Но я по приказу Ими устроил предостаточно переворотов, чтобы понимать: мало убить Императора. Вопрос всегда в том, что будет потом. Нужно суметь удержать Империю над пропастью, не позволить ей скатиться в кровавую междоусобицу, раскрошиться, как огромный пирог. Империя Драконов, наше новое государство, была единственным достойным моим детищем, единственным оправданием тех вещей, которые я творил. И самый сложный фокус с убийством Императора…
— Посадить на трон нового. Достойного, — я начинала понимать.
— Верно, — Кио взял мою руку в свою и принялся бездумно перебирать пальцы, глядя в ночь за окном. Думаю, он видел там тени прошлого, и было оно ни разу не весёлым. — Сил была наследницей… но при ней едва ли что-то изменилось бы. Нужны были гарантии, связи и — избавление от клятв. Почти невозможное действо… ведь от клятв избавляет только смерть.
— Вам нужно было благословение тёмных богов, Моры или Лесного Царя. Боги порога, способные провести сквозь те Врата, за которыми сгорают все клятвы...
 
— Да, — он слегка улыбнулся. — Возможно, ты удивишься, но первым я получил благословение бога сидхе.
Я замерла. Всё начало обретать для меня смысл.
— Ты получил благословение Лесного Царя?..   
— Верно. Она во сне показала мне, где найти развалины последнего Храма. Я пришёл, и он явился ко мне. И избавил от клятв. 
Я молча смотрела на мужчину напротив, физически ощущая, как теплеет метка парности на руке. Интересно, кого из нас в итоге кому подарили, меня ему или его мне? 
— Я был свободен от клятв, но это было только началом. Все драконьи аристократы присягали Ими. Я же собирался освободить от клятв и втянуть в заговор представителей всех Домов, желательно — молодняк. 
— Жёстко, — оценила я, окончательно осознав масштаб задумки. — Даже жестоко. 
— Не у тебя одной в прошлом есть истории, полные сомнительных поступков, — Кио нежно погладил кожу у меня на запястье. —  Это заняло много времени. Я действовал осторожно, постепенно втягивая в заговор всё больше драконов. Объяснив это недоверием к обычным клятвам, я создал скрижаль и требовал от каждого заговорщика внести туда своё имя с магической клятвой вместе. Так возникла круговая порука. И в какой-то момент у меня появился первый из двух неожиданных союзников — Императрица. 
— Понимаю… но что тут неожиданного? Если я правильно понимаю ситуацию, Император взял её силой, несмотря на её ненависть. Только в больных фантазиях некоторых своеобразных на всю голову личностей из этого может получиться в перспективе нечто хорошее. 
По губам Кио скользнула лёгкая улыбка:
— Верно. Но — ты будешь смеяться — тогда я не вполне это понимал. 
Я удивлённо выгнула бровь. Он серьёзно, что ли?
— Да, верно, сейчас звучит достаточно глупо. Но то были другие времена, милая. Кровавые войны, множество рабов и военнопленных, повальная неграмонтность среди людей, злобствующие болезни. Человеческие женщины тогда воспринимались и соотечественниками, и нами скорее как…
— Собственность?