Очень драконий отбор

— Да? — он склонил голову набок, и на миг в его глазах промелькнул Глава Безопасности. — Мне сейчас тяжело думать… очень. Расскажешь утром?
— Договорились, — вздохнула я. — Хотя не факт, что смогу помочь толком: речь идёт о ломке личных рабов, и Крысы таким даже не занимались. Для этого были спецы из Змей. Как рабов там обрабатывали и чем накачивали, тем более понятия не имею… Но да, завтра расскажу, что знаю. 
— Хорошо. Пойдём в комнату для омовений? 
— Что, хочешь всё же, чтобы я потёрла тебе спинку? — снова здорово, да?
Он покачал головой. 
— Не говори глупостей. Это драконьи покои, тут много чаш для омовений. Я просто… мне тяжело находиться далеко от тебя. Физически.   
Угу. То есть, акцент всё же не на возбуждении, а на привязанности… А ведь Снежинка, кажется, таки права: Кио повезло, что это оказалась именно я.
Может быть, даже сказочно повезло.
 
18
— Ну нихрена ж себе…
— Нравится? — кажется, в голосе Кио мне снова послышалась ставшая уже привычной лёгкая ирония…И нет, я не хочу задумываться о том, что употребляю применимо к дракону слово “привычно”. 
— Нравится? — переспросила я. — Не знаю, если честно. Ваша гигантомания, как по мне, принимает просто-таки неприличные формы. Большие и маленькие бассейны, огромное пространство — и всё для одного? Не перебор ли? Я уж молчу о потолках, до которых без лестницы не добраться. 
— Ты думаешь? — он придирчиво осмотрел купальню, в которой при желании гипотетический взвод солдат мог бы не только расквартироваться, но и устроить соревнования по плаванию. — Это просто сделано на случай, если дракону придёт в голову превратиться в звериную форму.
— В ванной? — я постаралась вложить в вопрос весь свой сарказм. 
— Разные бывают ситуации, — усмехнулся он. — Вдруг меня — дай подумать — попытается кто-то убить?
— Туше, — фыркнула я.
— Ну вот. Потому-то, собственно, драконы и ненавидят замкнутые пространства. 
— … Или это сублимация на тему размеров, — примитивная подколка, но я просто не могла удержаться. 
— А считаешь, мне стоит сублимировать? — Кио небрежным жестом сбросил нижний халат, позволяя мне полюбоваться на гармонично сложенное тело. Я хмыкнула и отвернулась, дабы не подвергать себя лишним соблазнам. Но про себя отметила: и правда, сублимировать нечего. Не наколдованная для извращённых игрищ травмаопасная дубинка, которой часто помахивают обдолбанные завсегдатаи притонов для любителей экзотики, но вполне себе приятный взгляду инструмент. Я ещё изучу его подробнее, сыграю на нём руками и губами… позже. 
И задница ничего так, да-да…
Вздохнув, я призвала мысли к порядку, со стоном облегчения сбросила поднадоевший наряд и нырнула с головой в голубую мерцающую воду. Мы выбрали небольшие купальни, стоящие рядом: и личное пространство, и не нужно далеко отходить друг от друга. Так-то практика показала, что отпускать меня далеко Кио всё ещё не мог. 
— М-м, — пробормотала я, опираясь спиной на специальный бортик и чувствуя, как ароматная вода ласкает тело. — Готова признать: драконы разбираются в удовольствиях. 
— Хочешь — переезжай ко мне, — тут же предложил он, наблюдая за мной краем глаза. — Можно будет пользоваться ванной без ограничений. 
— Только если ты пообещаешь мне одеваться в прозрачный передник и подавать завтрак, да так, чтобы десерт можно было съесть прямо с тебя… Шутка, — тут же брякнула я, увидев, как он открывает рот. — Клясться не надо, хорошо? 
— Хорошо, — рассмеялся он. — Мне ещё предстоят серенады, так что… 
— Я тебя не заставляла, — тут же открестилась.
— Я тебя не обвиняю, милая, — сказал он. — И потом, это всего лишь серенады. А ведь ты могла попросить поклясться, например, что я предам Императора. И, боюсь, в том состоянии я сделал бы это. 
— Нужны вы мне со своим Императором, если честно, — отмахнулась я. — Но, если захочешь отблагодарить меня за великодушие, когда оклемаешься — предложение про передник ещё в силе. Если он будет кружевной, то вообще хорошо!
Он тепло улыбнулся:
— Как приятно общаться с женщиной, не стесняющейся своих желаний. У людей с этим… сложнее. 
— О да, — я покачала головой. — Культура накладывает отпечаток. У нас на островах то же самое было с мужчинами. Грустно.
— А какие мужчины тебе нравятся? 
Ого, какие вопросы пошли.
— Хочешь проверить, соответствуешь ли? — провокационно ухмыльнулась я. — Это даже мило! А так, спросишь тоже. Смотря для чего!
— А есть варианты? — развеселился он.
— О да, их много, — я криво улыбнулась. — Например, иногда, когда мне надо прочистить мозги, я нахожу несколько жестоких, напрочь отмороженных ублюдков. Приближаюсь к ним, отыгрываю жертву, позволяю им с собой развлекаться, а потом сворачиваю шею. Такой вот маленький ритуал. Всё ещё хочешь знать, какие мужчины мне нравятся?
— Интересно, — он склонил голову набок. — Но такие ритуалы не возникают на пустом месте. Всегда есть первые…
— Да, — я холодно улыбнулась. — Их я не искала специально. И убивала долго. А теперь будь добр, заткнись. Мне точно не нравятся мужчины, которые слишком много умничают. 
— Хорошо. Извини. Хочешь, расскажу, какие мне нравятся женщины?
— Валяй, удиви меня.
— Такие, как ты.
— Не удивил.
Он рассмеялся. 
— Ну да, в данный момент я не вижу никого, кроме тебя. Но уже хотя бы понимаю, что это нездорово. Ощущаю себя щенком, неспособным никуда пойти без поводка… Мерзкое чувство. 
— Мне жаль, — сказала я сухо. — Действительно мерзко. Для любого существа. 
— Да, — он мимолётом мне улыбнулся. — Но тут вот какое дело: когда приду в себя, отвечу то же самое. Мне нравятся такие женщины, как ты. На самом деле… не будь ты сидхе, я всерьёз бы задумался: не можешь ли ты оказаться…
— Даже не вздумай произносить это вслух, — я нервно передёрнула плечами. — И хватит пудрить мне мозги. Твой идеал женщины — наёмница, пришедшая тебя убить? Если так, то ты слишком много работаешь. 
— Лил, Лил, Лил... — он произнёс моё имя так, будто пытался распробовать, каково оно на вкус. — Интересно, кем ты меня считаешь? 
— Дай подумать. Одним из первых драконов Империи? Большой шишкой? 
— Разумеется, шишка у меня большая, — фыркнул он. — И никакой сублимации! 
Я закатила глаза.
— Кто о чём, а мужчины — о шишке...
— Уж кто бы говорил: ты первая начала, — он разве что язык не показал, честно! — Но да неважно. Я всего лишь пытаюсь сказать, что тоже прошёл путь, прежде чем оказался здесь и сейчас, быть знатным драконом с большой шишкой. И выстлана эта дорога была совсем не розами, можешь поверить. У меня тоже есть скелеты, которые по ночам воют в шкафах. И кошмары, куда же без них.