Становление Героя
Наши шаги громким эхом отзывались, отражались и возвращались обратно. Сперва никто этого не заметил, но стоило приблизиться ко дворцу, где-то в глубине души зародились воистину страшные подозрения. Поверьте, за десять с гаком тысяч лет я привык видеть отвратительные последствия самых обычных поступков. И даже исправлять подобное. Но что могло вызвать экстренную эвакуацию из Рая?
— Если и ушли, то не особо спеша, друг за другом, — высказалась Нем. — Следов паники нет. Нет брошенных вещей, оружия, артефактов, случайно забытых на выходе из дома.
— Может, мощная иллюзия?
— Ты у нас профи… Но ты бы почуял изменения в потоках энергии. Раз молчишь, то я права. Всё настоящее.
Мы подобрались ко входу. Магические лампы горели, белая ковровая дорожка прямо вперёд по коридору в главный зал-молельню была идеально чистой. Ничего необычного. И это пугало. Когда всё выглядит так, словно здесь ещё минуту назад жизнь шла своим чередом, страх невольно поглощает любую, даже самую смелую душу.
— И здесь никаких изменений. Итан?
— Чисто… Словно Богиня воспользовалась своим артефактом.
Девушка кивнула.
— Единственный хороший вариант. Пойдём, если она сделала это в своих покоях, должен был остаться след от магии.
Она сдвинула на лоб свою широкополую шляпу и двинулась вперёд, то и дело останавливаясь, оглядывая тот или иной предмет, случайно попавшийся на глаза. Я старался максимально сконцентрироваться и вычислить весь ход событий, произошедших здесь. Но всё, что смог выдать поиск, это слабый источник энергии, где-то впереди.
Как раз там, где находилось главное святилище Маны.
— Нем. В комнате Маны магия, но она настолько слаба, что я едва смог её почувствовать. Она не отравлена, поток чистый, принадлежит явно существу из Рая.
Мы подошли к массивным стальным дверям, резко выделявшихся на фоне остального белого царства.
— Блиц или штурм?
— Штурм, — подумав, ответила Немезида. — Первое заклинание больше для сражений, сам понимаешь.
Она прижалась к двери справа, я занял левую створку. Вытянул ладони вперёд, прижал их к холодному металлу.
— Штурм!
С той стороны хрустнула обычная защёлка и обе створки вывернулись наизнанку, слетев с косяков и как следует оглушив как нас, так и кого бы то ни было в комнате. Когда грохот поутих, покои Богини были как следует обследованы. Впрочем, чего-то действительно нового мы там не нашли. Наша старая знакомая лежала в своей постели. Сейчас Мана походила на женщину в преклонном возрасте, сохранившую былую потрясающую красоту. Правда, цветы вокруг её кровати не росли, как не было и их чудесного запаха. Здесь пахло смертью.
— В-вы пришли… — прошептала Богиня, вытягивая вперёд руки в попытке дотронуться до нас. — Палач… И ты, Немезида.
— Ты же восстанавливала силы, Мана? — задал я первый осторожный вопрос. — Почему сейчас Рай пуст, а ты лежишь тут и медленно умираешь?
Мана медленно кивнула, со слезами на глазах глядя на меня.
— Я… Всего лишь хотела их защитить.
— Кого? — не понял я.
— Моих… Детей.
На несколько секунд я замер.
— Мы хотели всего лишь расспросить об утаенном тобой пророчестве, но, услышав такое, не уйдём, не дождавшись ответа, — резюмировала архимаг.
— Нем?
— Секунду, — кивнула она.
Девушка взяла ладонь Маны в свою руку и начала медленно вливать энергию. Постепенно Богиня становилась моложе, её взгляд приобрёл фокус, а всё тело перестало то и дело вздрагивать.
— Спасибо… — мягко улыбнулась она.
— Не за что, — коротко ответил я. — А теперь, будь добра, расскажи, что за чертовщину мы сейчас услышали.
— Ха-а… — вздохнула она. — Полагаю, вы уже в курсе, кто на самом деле Крис и Лифа? Вижу. А вы знаете, чей генный материал использовался в Саду Бабочек? Мой. Мой и… Армагеддона. Так уж получилось, что мы не совместимы как существа, но эксперименты дали свои плоды. Они — наши дети.
— Не будь ты сейчас в кровати, я бы дал тебе по зубам, — выругался я. — Интересно, чем вы оба думали? Что получится что-то интересное? Забавное? Вы просто изд…
Я осёкся, когда вновь посмотрел в глаза Мане.
— Мы любили их, — с болью как во взоре, так и в голосе сказала она. — Обоих. И как могли, оберегали. Я сделала Криса Героем, а Армагеддон определил Лифу в наследницу Асцаин.
Немезида усмехнулась.
— Ха! А они до сих пор считают, что всего добились самостоятельно.
— Мы не могли раскрывать им всех тайн сразу, — откашлялась Богиня. — Постепенно, когда сдерживать Сад Бабочек стало уже невозможно, они догадались обо всём сами.
— Так эти двое не просто «два выживших экземпляра»? — уточнил я.
Богиня кивнула.
— Да. Они были первыми… И последними.
— Потрясающе. Мы имеем симбиоз обоих сил в двух ребятишках, много раз убивавших свои искусственные копии. Они хладнокровны, расчётливы, но понятия не имеют, какой силой владеют… — раздражённо начала Немезида.
Меня словно молния поразила.
— Я… Кое-что вспомнил. Когда я встретился с нашей тварью в первый раз, он сказал, что Лифу и Криса нужно убить, ведь они единственные, кто представляет угрозу для его существования.
— Выходит, так и есть. А сейчас мы — единственные защитники этих детей, уехали в однодневную командировку, — сказала Немезида. — Идеальный шанс, чтобы убрать их с дороги.
— Так…
Думал я всего пару секунд. Соображать нужно было быстро.
— Разделяемся. Отправляйся в Академию и попробуй достучаться до Анны, она должна была вернуться из Ада. А я останусь здесь… — сделал я паузу, переводя взгляд на Ману. — И дослушаю всё до конца.
— Поняла. Береги себя, Итан, — бросила Немезида, уже покидая спальню.
— Да… — отправил я ей вслед. — И ты себя.
Пауза.
— Почему в Раю не осталось ангелов?
— Жители отправлены в убежища, как и у вас. Воины переместились в Ад, чтобы скооперироваться с Армагеддоном. Из меня сейчас ужасный генерал.
— Не могу не согласиться, — вздохнул я, присаживаясь на аккуратный стул, как раз стоявший рядом. — Поверить не могу, что вы оба скрывали что-то столь серьёзное.
— Мы знали, насколько опасны наши дети для баланса, — произнесла Богиня. — И мы знали, что рано или поздно вы примите решение ликвидировать их.
Я кивнул. Да. Оставлять в живых такое самоубийственное сочетание добра и зла — против правил.
— Я могу вас понять, но простить уже не в моих силах. В любом случае, сейчас есть вещи куда важнее, чем опасные подростки. Нам нужны все бойцы, способные держать передовую линию.