Проводник

Дарьяна отвернулась от сестры, снова горько глядя вдаль. При этом она уже ничего не видела перед собой. Перед глазами до сих пор стояли накрытые столы и рассаженные за ними многочисленные гости.
Вдруг ее насторожило молчание Дилии и она со страшной догадкой обернулась к ее, казалось омрачённому виной, лицу. Оно ей казалось сейчас особенно бледным.
— Или...что-о?! Не может быть Дилия. Скажи что я не права и сегодня не моя свадьба! Скажи мне ради всего святого. Скажи!
Затянутое молчание девушки, было красноречивее всяких слов. Дарьяна отшатнулась, не сводя расширенных глаз с сестры.
— Вы все здесь сумасшедшие... Все здесь сумасшедшие. Этого не может быть... Как ты могла скрыть? Смотрела мне в глаза и врала?!
Девушка тяжело отступила от сестры, не сводя с нее тем не менее обвиняющего взгляда.
— Я не знала! — Дилия подняла глаза от пола и умоляюще посмотрела на сестру.—Поверь, я не меньше твоего шокирована. Это правда! Я лишь знала, что когда-нибудь нам обеим предстоит это сделать, независимо от нашего на то нежелания.
Девушка подошла к Дарьяне и взяв ее за плечи повернула к себе.
— Ты мне веришь? Я бы ни за что не причинила тебе вред! Никогда слышишь? Ты веришь мне?
Отчаянно качающая головой, Дарьяна взглянула на сестру и горько произнесла:
— Я верю, верю. Но что прикажешь мне делать теперь? Я не могу сейчас вернуться туда. Мне так и хочется высказать Сахелиусу всё, что я о нем думаю! Разорвать все его договоренности. Бред! Раньше я была свободной Дилия. Какой же свободной я оказывается была!
Слезы текли по ее щекам, а при воспоминании о простом человечком мире— стало только хуже.
Она понимала, что пора вычеркнуть ту жизнь из головы, вычеркнуть и научиться жить настоящим. Тем, что считалось ее настоящей, предназначенной для нее жизнью. Она должна была научиться бороться здесь, сейчас. Иначе остаётся подчиниться воле деда, словно безэмоциональной тряпичной кукле в руках циничного кукловода.
Внезапно она застыла и вдруг с взбудораженным видом повернулась к Дилии, глядя на нее каким-то безумным взглядом, отчего та непонимающе поежилась. А затем перевела свой взор на позади стоящую охрану. Порывисто обняв сестру, Дарьяна шепнула ей:
— Я сбегу сестрёнка! - отстраняясь она посмотрела в ее шокированное выражение лица, от своих произнесенных слов. А затем вновь продолжила нашёптывать:— Прошу тихо! Ты мне поможешь ведь правда? Послушай, тебя никто ни в чем не заподозрит. Мне всего лишь нужна одна вещь в моей спальне. Помнишь то платье в котором я здесь оказалась? Ты помнишь? Принеси мне его сейчас.
Но ошеломленная подобным заявлением Дилия, даже не пыталась сдвинуться с места. Она казалось с большим трудом прошептала на заявление сестры:
— Ты снова хочешь меня оставить. Так легко для тебя это сделать? Ты даже не подумала обо мне.
— Мы сбежим вместе Дилия! Я ни за что не оставлю тебя тут наедине с этим маразматиком! Слышишь?!
Но Дилия лишь слабо улыбнувшись, покачала отрицательно головой и прошептала в ответ:
— Я не могу этого сделать. Ты же знаешь. Здесь мой дом, здесь моё предназначение и твоё кстати тоже. Как ты не хочешь этого понять?! Твоё! Ты не думаешь о народе, ты думаешь только о себе.
— Да, я эгоистка, да. Наверно. Но меня не воспитывали знаешь ли—королевой. Я и не чувствую в себе этого. Я сто раз тебе говорила, что вы ошибаетесь. Я не та, за кого вы все меня принимаете. Может тот, кто предсказывал все это обо мне, был в тот момент сильно пьян, а потому что-то напутал? Ты не думала? Нет прости, прости я шучу. Ты права с этим не шутят.— Дарьяна посмотрела на застывшую и грустную сестру. Взяв ее за руки, она вновь зашептала:— Ты та королева Дилия! Ты. У меня было время над этим подумать. Посмотри как тебя любят! Ценят все вокруг. Тебя знают, чего не скажешь обо мне. Каждый норовит кинуть в меня камень, уничтожить. Я устала от этого мира. Я очень устала. Пойми и ты меня. Какая с меня правительница?!
—Что ты говоришь? Я королева?! Не произноси больше этого вслух!
— Я исчезну на время, разве я могу тебя оставить насовсем? Послушай, ты же знаешь таких миленьких Фейри? Я побуду у них, пока тут не уляжется вся эта суматоха со свадьбой. А потом, потом же наш дед снова меня найдет и возможно он к тому времени, подостынув поймет что был не прав. Обещаю, что мы расстаёмся ненадолго! Ты мне веришь?
Дарьяна заглянула в прослезившиеся глаза сестры, ожидая от нее ответа и одобрения своих слов.
— Где лежит то платье?
Дарьяна облегчённо выдохнула, улыбнувшись сестре, она крепко обняла ее.
— Оно в шкафу, в ящике. Я спрятала его на всякий случай.— Девушка заметила, как Дилия при этих словах поджала обиженно губы.— Это было в первый день моего пребывания здесь. Я ведь тогда не знала тебя, не до конца понимала кто я на самом деле. Хотя я и сейчас многого не понимаю! Прошу поторопись!
Девушка смотрела вслед уходящей сестре и молилась чтобы все получилось так, как она задумала.
Она даже не догадывалась, что наблюдающий за ними все это время в тени мужчина—предвкушающе сжал кулаки.
Слишком легко складывались карты для него. Он не верил собственным ушам, когда понял что они задумали.
Глядя как девушка нетерпеливо притоптывает ножкой, то и дело глядя на входной проем где скрылась ее сестра.
Мужчина хищно оскалился, медленно отходя ещё глубже в тень, почти сливаясь с ним в одно целое. Он меньше всего сейчас хотел чтобы его заметили, а летящая сама ему в лапы пташка—спугнулась...
    
Глава 18
Дарьяна стояла у открытого окна в комнате Фейри. В той самой комнате, когда она оказалась здесь когда-то впервые. Все было здесь таким же: те же самые шторы, кровать, зеркало в углу и голубая дверь.
В мир пришла ночь и теперь она, глядя периодически на вокруг себя порхающих мотыльков, с замиранием сердца вглядывалась в темноту за распахнутым окном.
Девушка с наслаждением вдыхала теплый вечерний воздух доносившийся с вне. Запахи растений, цветов и ещё чего-то... до боли кажущимся знакомым. Заставляя ее сердце волнительно трепетать. Ей мерещилось что оттуда на нее смотрят, за ней наблюдают. Казалось, чей-то взгляд ощупывает ее всю— с головы до пят. Но от этого самого взгляда она, на удивление не пыталась скрыться, убежать. Девушка не чувствовала страха и неловкости.
Глубоко вздохнув и уверяя себя, что это всего лишь плод ее больного воображения, она спустила голубую занавеску и побрела к зеркалу. В темноте, ее праздничное платье, в которое ее ни о чем не подозревающую так бережно облачали слуги в замке ещё накануне утром— казалось ей ещё более белоснежнее и прекраснее. А она то ещё удивлялась, спрашивая сестру, разве можно такое волшебной красоты платье носить в будни. И прическу ей сделали по случаю: собрав два локона с боков их прикрепили красивой сверкающей из камней заколкой в виде белого цветка, оставив при этом остальные локоны свободно струиться по обнаженным и хрупким плечам девушки.