Это наш дом (СИ)
— Не понял! — потрясенно выдохнул Витька. — Над нами что, кто-то издевается⁈ Какая сволочь это придумала⁈
— В чем дело? — растерянно повернулась к нему Леночка. — Ты чего так взъерепенился? Что не так?
— Все не так! — отрезал парень, раздраженно грохнув кулаком по краю пульта и ушибив руку. — Вы что, не видите, что это расы из земного фэнтези⁈ Эльфы, орки, гномы, гоблины и хоббиты! Говорю же, над нами кто-то издевается! Какая-то поганая сволочь!
— Из земного фэнтези? — растерянно переспросила пилот, которая фэнтези двадцатого и начала двадцать первого столетия не читала, хватало другой литературы. — Но…
— А ведь если бы не Витя, мы бы и не поняли, что здесь что-то не так… — задумчиво сказала Кэргынавыт. — Но что, если эти существа действительно там живут?
— Не знаю, — покачал головой парень. — Но мне все это конкретно не нравится. Связывайся-ка с нашими и расскажи о том, что мы тут обнаружили. Пусть старшие решают, что делать дальше. Я не берусь, поскольку не понимаю, что происходит. Ведь даже если ты права, и все эти существа живут на планете, то откуда земные сказочники узнали их внешний вид? А если у них еще и самоназвания такие же, то я вообще не знаю…
— Сейчас, — кивнула эскимоска и активировала связь.
Глава 12
Закончив ознакомление с отчетом, Николай Александрович замер с озадаченным видом. Ничего подобного он не ждал и ждать не мог. Планета на другом конце галактики, да еще и населенная эльфами, орками и гномами? Это что еще за чушь такая⁈ Такого же не может быть просто потому, что не может быть никогда! Немного успокоившись, капитан прошелся по рубке, напряженно размышляя и тихо ругаясь себе под нос. Затем вызвал Таорая.
Бывший инквизитор, а ныне директор Конторы, как с его легкой руки стали называть имперскую разведку и контрразведку, прибыл через десять минут. Все-таки наличие телепортов сильно облегчало жизнь. Войдя в рубку, Таорай вопросительно посмотрел на Николая Александровича.
— Ознакомься, — передал ему тот на имплант пакет информации.
На усвоение у инквизитора ушло не более двух минут, после чего он протяжно присвистнул.
— Ты понимаешь, что это означает? — поинтересовался капитан, они не так давно перешли на «ты», окончательно став друзьями.
— Понимаю, — кивнул Таорай, обхватив пальцами подбородок. — Червоточина, ведущая к той планете, могла быть и не одна. Надо срочно обыскивать ее, вдруг спрятавшиеся где-то там обосновались.
— Они вполне могут оказаться и на другой планете, — возразил Николай Александрович. — Раз в Солнечной системе нашлась одна червоточина, то вполне могла найтись и другая. Уже на Земле. Или пространственные врата древней сверхцивилизации. Доставлялись же куда-то грузы проекта «Бремен»? Кстати, так и не смогли выявить, куда именно они направлялись?
Инквизитор смущенно развел руками и пробурчал, что концы уж больно хорошо в воду прятали. Ни одной накладной, ни одного документа, ни одного свидетеля не осталось.
— А найти моряков, служивших на кораблях, возивших для «Бремена» грузы, не судьба? — пристально посмотрел на него капитан. — Я понимаю, из командного состава вряд ли кто-то остался, но рядовые матросы тоже могут что-то рассказать, и порой немало.
— Еще бы установить, какие именно корабли возили, — тяжело вздохнул Таорай. — Уж допросить моряков я бы как-нибудь догадался. Говорю же, никаких документов нигде, словно все это призраки делали. Одни только слухи.
— Сканирование Антарктиды ничего не дало?
— Ничего. Только несколько неизвестных ранее ледовых каверн обнаружили. И все.
— Проклятье! — выругался Николай Александрович. — Ну не могли же они раствориться в воздухе⁈ Куда-то же они подевались!
— Куда-то подевались, — хмуро кивнул инквизитор. — И мы найдем, куда. Пусть не сразу, но найдем. Сейчас займемся найденной планетой, потом, возможно, обнаружим еще червоточины. Система не изучена и на десять процентов! Надо срочно увеличивать число разведывательных кораблей.
— А где ты людей на них найдешь? — тяжело вздохнул капитан. — И на нынешних в экипажах уже больше половины местных. А им я не особо доверяю, им слишком долго лили в уши и закладывали в головы яд либерализма и прочих западных «ценностей». Да, к нам пока идут, в основном, этузиасты, стремившиеся в космос и раньше. Но обыватели осмотрелись и начали прикидывать, как бы поудобнее устроить свои задницы при новой власти. Я распорядился перед внедрением импланта в обязательном порядке проводить ментоскопирование, так больше трети претендентов пришлось отсеять. Обыватели! Озабоченные только собственной выгодой и ради нее готовые на любую мерзость. Нет, места им находят, такие, где не смогут сильно навредить, и включают в особый список для социальных работников, чтобы присматривали. Но нам-то нужны пилоты, герои и первопроходцы! А их очень мало, нестерпимо мало.
— Да, это проблема, — согласился Таорай. — Но ты и сам знаешь, что первые два-три поколения иначе не будет, в вашей реальности именно так и было.
— Да знаю! — обреченно махнул рукой Николай Александрович. — Но от этого ничуть не легче.
— А что ты думаешь по поводу доклада мальчишки, этого, как его, Виталия Семенова?
— Это по поводу фэнтезийных рас? И о том, что над нами кто-то всемогущий издевается?
— Да, об этом, — кивнул инквизитор.
— Да пусть там живут хоть кикиморы болотные! — отмахнулся капитан. — Дети любого народа поддаются перевоспитанию. Нам сейчас главное, чтобы червоточина не закрылась, пока мы не выстроим на планете врата. А это, сам знаешь, долгая и дорогая процедура. Место уже нашли, никем не занятые острова, причем недалеко от самого населенного материка. На нем больше всего эльфийских лесных городов, человеческих поселений, кочевых становищ орков и подземных пещер гномов. Ну и прочие прочие живут. Мы решили называть местных привычным образом. Эльфы, так эльфы. Гномы, так гномы. Орки, так орки. Причем никакой сказочной магии на той планете нет, зато артефакты какой-то древней сверхцивилизации имеются во множестве. Их работу невежественные местные жители и принимают за магию. А измышления об издевательстве — полная чушь, мы не настолько большая величина, чтобы ради нас столь грандиозную постановку затевать. Не тот у нас уровень, чтобы целую планету выдуманными расами населять, лишь бы нас обмануть. Очень может быть, что когда-то кто-то из сказочников увидел эту планету в трансе, вот и описал все эти расы. А остальные уже у него взяли.
— Все может быть, — не стал спорить Таорай, которого сложившаяся ситуация сильно настораживала. — Что сказать исследователям?
— Пусть спасут нескольких человек от смертельной опасности, потом наложат гипнопакет русского языка и хорошенько расспросят, — немного подумав, распорядился Николай Александрович. — В благодарность за спасение местные не станут лгать, относительно честно ответят на вопросы. А после постройки врат планетой займутся уже социологи, будем думать, как включать ее в империю и включать ли вообще. Может лучше оставить ее в покое. Не могу пока судить, слишком мало знаю.
— Передам, — кивнул инквизитор. — Хочу теперь вернуться к земным вопросам. Что-то западники зашевелились. Пришли в себя после нашей атаки и начали прикидывать, как бы чего ухватить, что ли?
— Скорее всего, — криво усмехнулся капитан. — Я приказал послам быть с ними крайне жесткими. Им нечего нам предложить, кроме ресурсов. Но и те следует брать с осторожностью. Нельзя идти у них в поводу ни в чем. Надо же, даже Олимпийский комитет оживился и запел сладкие песни о международном сотрудничестве. Причем его функционеры делают вид, что не помнят, как унижали Россию, как вытирали об нее ноги, не допуская русских спортсменов на Олимпийские игры и заставляя их выступать под нейтральным флагом. Они думают, что мы это простим? Очень зря.
— Действительно, зря, — понимающе усмехнулся Таорай. — А я пока займусь поиском моряков, служивших на судах проекта «Бремен». Он все-таки длился несколько лет, кто-то вполне мог уволиться прежде, чем всех остальных зачистили. Про таких могли и забыть. И еще одно…