Право на одиночество
А потом поцеловались. И я закрыла глаза, в последний раз почувствовав лёгкое прикосновение маминой руки к своей щеке, прилетевшее ко мне с ветром, и крепкое папино объятие.
– Наташа!
Лика и Лисёнок теребили меня, и я с неохотой открыла глаза.
– Что?
– Ты смеялась, – объяснил Максим. Его счастливые глаза отражались в зеркале заднего вида. – Девочкам стало очень интересно, почему ты смеёшься во сне.
Я посмотрела на Лисёнка. Она глядела на меня с искренним, непосредственным любопытством. А Лика – с восторженным счастьем. Кажется, она только что заметила, что её птичку я так и не сняла.
Я обняла их обеих, прижала к себе и поцеловала в макушки.
– Я смеялась над собственной глупостью, Максим. Только теперь я поняла, что мы не можем быть одинокими, пока существуют те, кого мы любим.
Эпилог10 лет спустя
– Ну где же они? Где? Они должны были спуститься ещё пять минут назад!
Так говорил светловолосый мужчина, нервно заламывая руки и вглядываясь в окна дома напротив.
– Успокойся, Антош. Ничего с ними не случилось. Потерпи ещё немного. В конце концов, ты девять месяцев ждал, можно подождать и ещё пять минут!
Антон посмотрел на стоявшую рядом с ним женщину. Она мягко и спокойно улыбалась, положив одну руку на свой большой живот. Он вздохнул.
– Пчёлка, я понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Это ведь мой сын!
– Ага, – «пчёлка» улыбнулась ещё шире. – А вот и они!
Антон немедленно обернулся и с облегчением увидел спускающуюся по лестнице молодую девушку с толстой светло-русой косой. В руках она держала небольшой свёрток. Рядом, поддерживая юную мать за талию, шли мужчина с серебристыми нитями седины в волосах и девушка лет двадцати с темно-русым хвостиком. Все трое улыбались.
– Вот я и стала бабушкой! – засмеялась женщина-пчёлка, протягивая руки к ребёнку. – Ты решила, как назовёшь его, Лика?
Молодая мама зарделась и смущённо сказала:
– Александр Антонович…
– Санька, значит, – женщина кивнула, заглядывая в свёрток. – Смотри, Антошка! На тебя похож.
Молодой отец встал рядом и впервые посмотрел в лицо своего маленького сына.
– Обалдеть можно…
Все заулыбались. Мужчина с полуседыми волосами распахнул дверцы машины и сказал:
– Давайте, садитесь. Там уже Лизхен с Маришкой и дедушкой Миром заждались всех.
– Терпения им явно не хватает, – вздохнула женщина-пчёлка.
– Нашим близнецам всего семь, Наташ, откуда терпение? – засмеялся он, помогая Лике залезть в машину.
Наташа улыбнулась и перевела задумчивый взгляд на серый роддом. Пройдёт два с половиной месяца, и она вновь вернётся в эти стены, чтобы подарить своему мужу долгожданного сына.
И она точно знала, как его назовёт.
Конец