Аномальный наследник. Пенталогия (СИ)

Он в ужасе залепетал что‑то на неизвестном мне языке.
– Пошёл к Форкху, – ответил я и сжал пальцы, выпустив всю собранную альтеру.
Послышался хруст. На обледенелый асфальт хлынула кровь.
– У‑А‑А‑А!!! – крики боли на всех языках звучат одинаково. Мастер попытался отпрянуть назад, зажимая кровоточащий обрубок руки.
Его кисть до сих пор в моём брюхе.
– Заткнись, – выдохнул я, поймав врага за рукав куртки.
И через секунду врезал ребром ладони сбоку по его шее. Потеряв руку и вкусив моей Ауры, Мастер не мог защищаться.
Так что одним ударом я обезглавил его.
Зрелище… не из приятных. Разрез от меча Арвина выглядит элегантнее.
Надеюсь, княжнам не будет сниться это в кошмарах?
Обернувшись, я взглянул на изумлённых девушек. О, великая княгиня в себя пришла.
– Живы? Отлично, – прохрипел я.
– ЭЙН!!! – над полем боя пронёсся голос Арвина.
Повернув голову, я увидел, как с ладоней Гуру, стоящего поодаль, срывается пламя.
– В сторону, живо! – рявкнул я и рванул навстречу вражеской атаке.
От такого манёвра кисть поверженного врага вывалилась из моего живота. Форкхово дерьмо… рана немаленькая…
Огненный поток был уже близко. Ещё немного, и он сметёт княжон, княгиню и их валяющихся на асфальте ратников.
Нда… пальцы и ладони болят… Похоже, я переборщил с альтерой, когда отрывал руку прошлому Мастеру.
А теперь ещё это.
Тихо усмехнувшись, я выставил перед собой обе ладони. Тело затрясло от сконцентрированной в нём альтеры.
В голове мелькнула ленивая мысль:
«Похоже, не видать мне сегодня дня открытых дверей в военном университете».
А затем меня коснулся огненный поток Гуру.
Казалось, каждая косточка в моём теле превратилась в муку, мускулы лопнули, а вены разорвало к гребанным сарнитам…
– У‑А‑А‑А!!! – ревел я, прогоняя через себя мегатонны альтеры. Форкх меня дери, вот это встряска!
Сил обернуться, чтобы убедиться, что Оболенские успели покинуть зону поражения у меня не было.
Зато было ощущение, что ещё немного, и поток меня сметёт.
Выживу ли я? Мастера, попавшие под прошлый удар, вероятно живы, хоть и получили страшные ожоги.
Но я без покрова… Альтера рвёт моё тело изнутри, а огонь скоро сожжёт снаружи.
Но я не могу отступить!
Я…
Внезапно ощутил, что стало легче. А затем увидел, как каменная и ледяная стены, и встречные потоки огня и воды пытаются остановить атаку Гуру.
Хех, все же пострадавшие от прошлой атаки Мастера, сопровождавшие отступления Оболенских, не выбыли из игры!
А спустя три секунды огненный поток исчез.
Силы покинули меня, тело начало заваливаться, но…
Я сделал шаг и устоял на ногах.
Впереди в ста с лишним метрах от нас Мастера, которые до этого сражались с Гуру, вновь атаковали его. Не все из них смогли подняться на ноги – двое атаковали из положения лёжа, один стоял на колене.
Вокруг Гуру вился и Первый Меч Империи. Арвин изо всех сил пытался одновременно прорубить стихийный доспех, покров и тело врага. Но защита Гуру мгновенно восстанавливалась.
Я должен ему помочь. Куртка Арвина уже пылает!
Едва я подумал об этом, как яркий доспех Гуру померк. А рядом со мной появились Яна с Алисой и осторожно обхватили меня с двух сторон.
– Наконец‑то артефакт сработал, – с облегчением проговорила старшая из сестёр и повернула голову ко мне. – Тебе нужно прилечь, – её голос вновь зазвучал тревожно.
– Всё в порядке, Алиса. Просто царапина, – отозвался я. Говорить убедительно в моём состоянии было крайне тяжело.
Вдали послышался гул вертолётных лопастей. Подкрепление? Или враги?
Но сейчас важнее другое.
Я не отводил взгляда от сражения Арвина и Мастеров против Гуру. И не зря! Казалось, они все ослабли. Правда, мой друг не настолько очевидно, как другие. Из‑за альтеры? Упомянутый артефакт временно снижает уровень жи́вы тех, кто попал в зону действия?
Вертолёт приближался.
Мастера, которые были рядом с нами медленно возвращались к сражающимся. Ну да, их артефакт не задел.
И что же, сейчас соберут силы, жахнут и всё… Гуру конец?
Форкхово дерьмо, что это?
 
Враг резко оттолкнул Арвина, повернулся и пустился наутёк. Что за колоссальная скорость?!
– Артефакт побега, – прошипела позади меня великая княгиня. – Трус. Велите не преследовать, – с сожалением добавила она. – Не догоним.
– Есть, – отозвался ратник.
– Вертолёт и медиков в первую очередь сюда. Вызовите вертолёт из «Алой Здравницы». Если потребуется, запросите дополнительные вертолёты из клиник дружественных родов.
– Есть! – отозвался другой ратник.
Великая княгиня подошла к нам и окинула меня напряжённым взглядом, задержавшись на ране.
– Сейчас вам помогут.
– Не стоит. Позаботьтесь лучше о своих людях, – как можно спокойнее ответил я. Мне понадобилось приложить много усилий, чтобы терпеть боль от дыры в животе, сдерживать дрожь, кровотечение, ещё и держать лицо.
– Прошу вас, не спорьте. Рану обработают, а затем полетим обратно в усадьбу, – упрямо проговорила великая княгиня.
– Вместе с остальными бородачами… – я вяло кивнул в сторону Арвина и Ярого, которые сейчас помогали вязать двух оставшихся в живых и вяло сопротивляющихся вражеских Мастеров.
– Хорошо, – согласилась Надежда Григорьевна. – И… от всего сердца благодарю вас. Снова.
– Не стоит. Я всего лишь помогал своим друзьям.
  
Глава 26
 
– Позвольте поинтересоваться, раз у вас есть в Москве вертолёт, почему вы не отправились на нём в аэропорт? – задал вполне логичный вопрос Арвин, когда мы с княжнами и княгиней летели в усадьбу Оболенских.
– Воздушное пространство над имперскими городами закрыто для частных вертолётов, – ответила Надежда Григорьевна. – Только служебные вертолёты высших имперских чинов и вертолёты специальных служб могут его свободно использовать. Частные вертолёты, в том числе транспортно‑боевые, возможно использовать в экстренных ситуациях после получения разрешения.
– Благодарю за ответ, – сказал Арвин.
– А теперь позвольте поинтересоваться мне, с кем имею честь беседовать? – всё так же спокойно спросила у него Надежда Григорьевна.
– Ох, прошу простить мою бестактность, – мой друг стянул остатки обгоревшей бороды, обтёр лицо рукавом и поклонился из положения сидя, – наследный княжич Новочеркасский, Артём Вениаминович Платов. Можете обращаться ко мне просто Арвин.
– Значит, я не ошиблась, – со вздохом произнесла великая княгиня.
– Говорю же, можно просто Арвин, – повторил он. – Я сражался там не в качестве Артёма Платова. А лишь как тот, кто хочет помочь своим друзьям.
Часть их разговора, в ходе которого великая княгиня вежливо благодарила Арвина, я пропустил мимо ушей. Хотя перед тем как мы сели в вертолёт, медик обработал мою внушительную рану некой алхимической смесью из артефактной крынки, чувствовал я себя самым наихудшим образом. Да, сидел, держал спину прямо, глаз не смыкал, но…
– Аскольд… Как ты? – встревоженно шепнула Алиса, сидевшая рядом, и положила свою ладошку на мою руку.
– Лучше всех, – хмыкнул я, вспомнив разговор с ней двухнедельной давности.
– Ты никогда не врёшь, стало быть, сейчас шутишь, – грустно проговорила девушка. – Аскольд, прости за…
– Алиса, прошу тебя, ни слова больше, – я довольно нагло перебил её при матери, сёстрах и княжиче Новочеркасском, но мне сейчас не до этого. – Я ни капли не жалею о сделанном.
– Я… поняла… спасибо, Аскольд, – нежно проговорила она.
– Алиса, Аскольду стоит отдохнуть. Разговоры потом, – твёрдо сказала великая княгиня.
 
Я бросил в её сторону благодарный взгляд.
Надежда Григорьевна повернулась к Ярому.
– Благодарю и вас за помощь. Позвольте узнать ваше имя?
– Ярополк, ваша светлость. Я всего лишь верный Слуга своего Господина, Аскольда Игоревича.