Аномальный наследник. Пенталогия (СИ)
– Не очень‑то по‑целительски, – пробурчал я, разлепляя веки.
Варвара сидела рядом на кровати, бледная, с мокрыми от пота волосами и тяжело дышала.
– Поговори мне тут ещё! – возмутилась она. – Все силы на тебя потратила!
Для того, кто «потратил все силы», уж слишком энергично она себе ведёт.
Однако вслух я сказал другое:
– Спасибо.
– Не стоит, – фыркнула женщина. – Если бы не просьба его светлости, я бы пальцем о палец не ударила. Два часа над тобой пыхтела! Но… – её взгляд стал лукавым. – Не зря. Дело сделано. Переломы оказались не особо серьёзными. Хотя вызывает уважение, что ты с такой ногой мог свободно передвигаться, – кивнула она.
Не настолько серьёзными? Ага, как же. Что нога, что палец в некоторых местах вообще представляли собой месиво из разорванных тканей и костных осколков.
Если бы не альтера, вряд ли бы целительница справилась за один присест.
– Но, – с серьёзным видом продолжила женщина, – как целительница я должна предупредить, тебе полагается покой. Похоже, ты вчера был на грани – твои внутренние органы истощены. Такое бывает у отчаянных бойцов, которые раз за разом пропуская атаки и теряя покров, вновь восстанавливают контроль. Я с этой проблемой тебе немного помогла, но не до конца. Но из‑за моей жи́вы, в твоём теле сейчас энергетическая неразбериха. Ты не сможешь сражаться в полную силу ещё пару дней. Не говоря уже о том, что лечение стоило бы повторить.
А… так вот что имела в виду Софья. Если и не вывести из строя, то ослабить, чтобы Волынский уж точно смог победить.
– Не переживай, твои старания не пропадут даром. Я выйду на бой и выиграю, – сказал я, глядя в уставшие глаза женщины.
Выдержав мой взгляд, она молча кивнула, а затем встала с кровати и произнесла:
– Твои слова звучали бы более убедительно, если бы ты прикрыл своего вялого дружка.
– Эй, это ты велела мне полностью раздеться! – возмутился я.
– А как же иначе? – хмыкнула женщина. – Любые лишние предметы мешают процедуре. Ну, бывай, – сказала она и снова сверкнула глазами. – Покажи этим заносчивым ублюдкам, что бывает с теми, кто посягает на чемпиона «Алой Мудрости». Выиграй этот гребённый турнир, как в своё время его светлость!
И уверенно цокая каблуками по паркету, она вышла из комнаты.
Глава 20
После того как Варвара оставила меня одного в гостевой спальне особняка Оболенских, я некоторое время лежал на кровати, пытаясь оценить произошедшие в теле изменения.
Мой вердикт – я почти здоров. Все видимые повреждения исчезли, сломанные кости срослись, а внутренние органы восстановились.
Правда, есть одно большое «но». У меня чёткое ощущение, что прочность костей и органов сейчас ниже обычной. То есть по‑хорошему мне действительно показан отдых и ещё одна‑две восстановительные процедуры в исполнении целительницы.
Однако эта проблема решается альтерой. Ну или естественным восстановлением с помощью жи́вы.
Есть и ещё кое‑что, как и сказала Варвара. В энергетическом плане внутри меня сейчас полный дисбаланс. Но обе энергии я могу использовать. Ну и что, что контроль скачет? К этому я уже привыкший.
А деликатничать со своим сегодняшним противником я не собираюсь.
Да и не получится. Если брать в расчёт одну лишь жи́ву, есть и другая проблема – у меня снизился доступный к использованию объём энергии, знаю, что временно, но всё же.
То есть если бы я действительно был начинающим слабым Мастером, сейчас «упал» бы до Наставника. А учитывая, что по справедливому мнению общественности мой арсенал техник крайне скуден, Волынский и в самом деле мог бы победить.
Но на его беду я не Мастер жи́вы.
Спустя двенадцать минут после ухода целительницы в дверь постучали. Дородная служанка сообщила, что обед почти подан и меня ждут. Женщина предложила мне помочь одеться, но я вежливо отказался.
Чувствую я себя сейчас весьма неплохо.
Спустя ещё четырнадцать минут в сопровождении служанки я отправился в столовую, где меня уже ждали три прелестницы и накрытый для обеда стол.
– Аскольд, как ты? Алиса с Соней мне все рассказали, как ты себя чувствуешь? – затараторила Яна, как только меня увидела. Она уже было бросилась ко мне, но остановилась в полуметре и начала оглядывать со всех сторон. – А я ведь ещё перед экзаменом поняла, что что‑то не так… – приговаривала девушка.
– Всё в порядке, Яна, – я положил ей руку на плечо. – Благодаря усилиям Варвары Семёновны я готов сегодня выйти на арену.
– Вы не сможете использовать все свои силы, Аскольд Игоревич, – сухо проговорила Софья, не сводя с меня глаз. В её взгляде читался праведный гнев, пусть девушка и пыталась его сдержать.
– Мне хватит и того, что есть. Спасибо за вашу заботу, Софья Антоновна, – тепло проговорил я. – Если бы не вы, я чувствовал бы себя гораздо хуже.
«Но всё равно одолел бы мерзавца».
– Так, Яна, Аскольд, давайте отобедаем, – а вот за властным тоном Алисы слышалась лёгкая растерянность. – Тебе нужно подкрепиться. Так Варя сказала. Да и сам ты, наверное, голоден.
На столе стояли четыре глубокие одинаковые тарелки с супом. Я занял свободное место и пожелав девушкам приятного аппетита, приступил к трапезе.
Как же вкусно! Я даже ложку вместе с супом чуть не проглотил! Я и не замечал, что до этого великолепного момента мой желудок переваривал сам себя.
– Варя рекомендовала для тебя простую еду, – пояснила Алиса после того, как я съел три первые ложки.
– Передай мои комплименты повару, – улыбнулся я. – И спасибо, что поддержали меня. Но могли бы для себя заказать что‑нибудь другое, – кивком головы я указал на тарелки девушек.
Яна смущённо отвела взгляд, Алиса усмехнулась, а Софья сохранила невозмутимое выражение лица.
– И всё‑таки какие же мерзавцы эти Волынские! – покончив с супом, громко возмутилась младшая из присутствующих Оболенских. – Это ж надо было так бессовестно попрать правила турнира! Поединки должны быть честными! Иначе какой в этом смысл! Надеюсь, это дело наделает шуму!
– Не наделает, – сухо осадила её Алиса.
– Волынские когда‑то давно были вассалами Годуновых, – процедила Софья. – А сейчас их всесторонне поддерживают. Канцлер не станет их публично наказывать. А если обнародовать детали…
– И Аскольду, и нашему роду будет только хуже, – твёрдо произнесла наследница рода Оболенских. – Неуместно открыто идти против Канцлера и его ближнего круга.
– Но… – Яна поджала губы. – Может быть, обратиться к императору? – проговорила она, и тут же осеклась, поняв, что сморозила глупость.
– Если бы только у императора была власть, – тихо проговорила Софья и отвернулась.
– Так что же… Мы ничего не можем сделать? – разочарованно спросила Яна. Алиса чуть снисходительно посмотрела на младшую сестру и терпеливо ответила:
– Канцлер хранит устои империи. Вряд ли его порадует, если подобные грязные темы станут достоянием общественности. Не переживай, всё обернётся хорошо. Мама знает, что делает. А если у неё не получится, то отец приедет и уж точно со всем справится.
– Конкретно сейчас главное – не допустить разрастания конфликта, – я тоже решил поучаствовать в столь серьёзном разговоре. – Возможно, уместно получить небольшую компенсацию в качестве морального ущерба. А отомстить за наглость можно и позже.
– Аскольд, ты говоришь о роде Министра вооружённых сил, – удивлённо выпалила Яна. – Какая месть?
– Холодная, – усмехнулся я. – Да не переживайте вы так, я просто сделаю зарубку на будущее, и всё.
– Аскольд, ты… – покачала головой Алиса.
– Тот ещё строптивец, – закончила за подругу Софья. Правда, в голосе её не было слышно ни намёка на упрёк.
* * *
Ещё в особняке Оболенских я узнал, что Надежда Григорьевна тоже едет в «Кремлёвскую бойцовскую арену», и подумал, что старшая дочь будет сопровождать её в вечернем платье. Но нет, Алиса переодеваться не стала и осталась, как и Софья, в школьной форме, а ещё Алиса осталась верна долгу заместителя главы учсовета «Алой Мудрости». Поэтому в Кремль мы ехали привычной компанией.